близость зимы.
— Мы справимся, — ответила я. — Если вы проведете нас так далеко, как сможете, мы будем очень благодарны.
Она кивнула мне, уголок ее рта приподнялся в улыбке.
— А это Гавейн.
Юноша неловко поклонился, и Каз окинул его оценивающим взглядом. Парень начал забирать наши тюки и навьючивать их на мула.
— Ученик? Ты добилась успеха в этом деле.
— Я научила тебя достаточному, не так ли? — парировала она. Она мне мгновенно понравилась.
Мы последовали за Айлой прочь из Сильверсайда в сторону гор. Местность становилась все круче, тропа петляла по краю осыпи, под которой шумел сосновый лес. Через несколько часов мои ноги начали ныть, но я не смела жаловаться. Я сосредоточилась на том, чтобы переставлять ноги, напоминая себе, что это была моя идея. Нытье не поможет, и уж точно не добавит мне очков в глазах остальных.
Мы провели под открытым небом еще одну ночь, ставшую куда приятнее благодаря Казу и Гавейну, добывшим на охоте фазанов. Мы разбили лагерь в руинах давно заброшенного здания — скорее всего, укрепления, разрушенного еще в гражданскую войну. За долгие годы балки сгнили, мох и лианы карабкались по неровным каменным блокам, которые отражали свет костра и укрывали нас от резкого ветра.
Айла и Каз вели себя очень непринужденно, и в конце концов я спросила:
— Откуда вы друг друга знаете?
Айла взглянула на Каза, прежде чем ответить.
— Я была следопытом и тренировалась вместе с Казом. Мы работали вместе несколько раз, пока я не устроилась телохранителем в Купеческую Гильдию.
— Она была одной из лучших, — добавил Каз. — Но, конечно, не дотягивала до моего уровня.
Он обгладывал кость фазаньей ножки. Я заметила, как Гавейн усмехнулся.
Айла фыркнула на его колкость.
— Серьезно? Я спасала твою задницу не один раз.
— Да, бывало, — признал он и бросил чистую кость в огонь. Тот зашипел, выбросив в небо спираль искр.
Гвит встал, вглядываясь в темную кромку леса.
— К сожалению, мы не можем провести всю ночь за байками. Я возьму первую стражу, а вы ложитесь отдыхать.
Я устроилась в спальнике, поглядывая на Тарана — он казался еще более молчаливым, чем обычно. Даже по его меркам.
Ночь прошла без происшествий. Наступило очередное морозное утро, обещавшее еще много миль изнурительной ходьбы. К полудню вдали показалась наша цель — большой город, над которым висел дым от множества костров. Нам все еще предстоял долгий путь, особенно пешком.
День клонился к закату, солнце уходило за горизонт за пиками гор. Гавейн, ведший мула, внезапно остановился. Он обернулся и прищурился, глядя на деревья внизу, где свет был тусклым из-за огромных теней, отбрасываемых горами. Я видела, как он наклонил голову, и его плечи напряглись.
Айла обернулась, внезапная тишина привлекла ее внимание.
— Что там? — спросила она, и ее резкий тон заставил мое сердце подпрыгнуть.
Рыжеволосый юноша поднял руку и указал на что-то внизу.
— За нами следят.
Глава 34
Мы идем тропами наших предков, вдоль тех же русел рек и берегов. Если бы они увидели нас с острова Вечного Лета, почувствовали бы они гордость или стыд?
Хевра Андир, верховная жрица друидов
От слов Гавейна по коже пробежал холодок. Гвит и Айла вернулись к нему, пока он карабкался на пень, чтобы лучше рассмотреть темнеющий сосновый лес внизу. С одной стороны от нас поднимался скалистый склон, прорезанный оврагом после весенних дождей и талых вод. Арнакс прижалась ко мне, забрав поводья мула у Гавейна.
Тени сгущались под деревьями, но даже я видела движение. Бледные фигуры поспешно пробирались под кронами, следуя за нами вдоль склона.
Я крепче прижала к себе Арнакс.
— Кто это? Волки?
Каз покачал головой, стоя рядом с Айлой.
— Для волков они слишком велики.
Он посмотрел на Тарана, ожидая подтверждения.
— Ветер дует от них, я не чувствую запаха, — ответил Таран, нахмурившись.
Айла покачала головой:
— Сейчас слишком рано, чтобы волки досаждали путникам в этих краях. Дичи в лесах еще полно.
Тревога нарастала, знакомое шевеление в груди стало дерганым и беспокойным. Я прижала ладонь к грудине, пытаясь успокоить «нечто» внутри. Но страх только усиливался, ладони стали влажными.
— Что-то не так, — произнесла я. Все взгляды обратились ко мне, и я вздрогнула. — Я не знаю, что именно, но оно ведет себя странно.
Гвит осторожно отодвинул Арнакс в сторону.
— Ты имеешь в виду своего друга там, внутри? — спросил он, указывая на мою грудь.
Я кивнула, глядя ему прямо в глаза и моля понять, что происходит нечто ужасное. Он кивнул, стиснув челюсти. Солнце окончательно скрылось за горами, и долина погрузилась во тьму.
Айла закричала, и у меня внутри все оборвалось:
— Они идут!
Я обернулась. Из леса внизу вырвались темные фигуры. Четвероногие, с уродливыми конечностями, они скребли когтями по камням. Рога торчали из длинных черепов, местами лишенных плоти и обнажающих кость. К горлу подступила желчь. Клочья гниющего мяса свисали с них, сползая и меняя форму, пока три чудовища пытались скоординировать свой подъем по склону. Хотя они напоминали лосей или оленей, их деформации были монструозными. Они меняли длину конечностей, подбирая лучшую форму для передвижения по рельефу.
— Бегите! — крикнул Гвит.
Я схватила Арнакс, и мы бросились в сторону далекого города.
Айла бежала рядом, ее светлая коса металась за спиной.
— Мы не успеем до стен, они нас нагонят! — проревела она.
Гвит оглянулся.
— Нам нужна позиция лучше. Туда, в овраг! — он указал направо, вверх по склону.
Мы разом свернули с дороги. Гора нависала над нами, пока мы пробирались сквозь низкий кустарник. Гавейн тащил мула, животное ревело от паники.
Таран зарычал:
— Брось мула! Это даст нам время.
Овраг врезался в скалы, обрывки растительности цеплялись за осыпающиеся края. Тени скапливались на дне, пока угасал последний свет дня. Сердце колотилось, когда я оглядывалась на ковыляющие фигуры, преследующие нас.
Пульс грохотал в ушах, и нечто в груди яростно заворочалось. Я растирала грудину, боясь, что именно я притягиваю этих тварей. Пот градом катился по коже.
Гвит заслонил мне обзор вниз.
— Продолжай идти, здесь нас зажмут. Вверх по ущелью, там должен быть выход!
Он говорил уверенно, и я, ухватившись за эту уверенность, продолжила карабкаться.
Камни хрустели под сапогами, осыпаясь вниз. Раздался леденящий душу крик — мула разорвали на куски те, кто гнался за нами. Крик оборвался так же внезапно.
Каз вырвался вперед, легко прыгая по камням, пока не нашел опору, чтобы вскинуть лук. Он выстрелил через наши головы в ближайшего преследователя. Гавейн присоединился к нему, натягивая тетиву.
