Алекс
— Вот, попробуй вот это, обещаю, тебе понравится. Диме они всегда удаются божественно.
Алекс протянул ей брускетту с яйцом «Бенедикт» и лососем.
— Я уже не могу, Саш! — Катя засмеялась. — Ты меня что, откармливать, как на убой, собираешься?
— Самый маленький кусочек! — Он наклонил голову набок и сделал свою фирменную моську «бровки домиком».
— О кей! Но это последний кусочек.
Она откусила краешек, и жидкий желток потек по подбородку.
— Ммм! Дай салфетку!
Он наклонился и языком провел по тонкой струйке.
— Да, — Алекс зажмурился. — В такой подаче они и правда божественны.
— Прекрати!
Она встала и потянулась, как сытая кошка. Саша тяжело задышал. Катя кинула на него хитрый взгляд через плечо.
— Савицкий, даже не начинай! — улыбаясь, сказала она.
Но он услышал, как сбилось её дыхание.
Это невероятно. Но после удивительной безумной ночи он хотел её ещё больше. Эта женщина сводила его с ума. Его взгляд скользил по её обнаженному телу, и пламя желания разгоралось в нем, подобно бушующему лесному пожару.
Но он видел, как она морщилась при каждом движении, поэтому старался обуздать себя. Теперь спешить было некуда, она не исчезнет из его жизни, как было до этого, он больше не допустит такого.
Её кожа покрылась мурашками. Он медленно встал и, взяв покрывало, подошёл к ней и, накинув его на Катины плечи, обнял и прижал к себе.
— Ну что, родная, ты готова идти спасать свой дом от стриптизеров?
— Саш, — она покраснела, — тут такое дело.
— Так, Екатерина Владимировна, что ещё случилось? — Он положил подбородок на её макушку.
— Ну, в общем, девчонки знают, что я беременна. — Она вздохнула.
Алекс развернул её к себе.
— Солнышко, скажу тебе одну вещь, так, на всякий случай. Рано или поздно об этом узнают все. Так что, месяцем раньше, месяцем позже, какая разница. Тем более теперь ни у кого не возникнет вопросов, почему мы так скоропостижно побежали в загс.
Она подняла голову.
— А мы туда побежали?
— Ещё как. — Он улыбнулся. — Только не мы туда, а он к нам. Но это чуть позже. А пока, иди сюда.
Он подхватил её на руки и положил на кровать.
— Побудь здесь.
Алекс зашел в гардеробную, откуда вышел через пять минут. На нем были льняные шорты и майка-поло. Одну руку он держал за спиной. Его лицо было серьезным, он, прищурившись, смотрел на Катю.
— Родная, — он подошел к кровати и сел на краешек, не спуская с неё глаз. — Я хотел это сделать очень, очень давно. Но… Его голос дрогнул.
— Саш?
— Катюша, ты выйдешь за меня замуж?
Катя наклонила голову на бок и прикусила губу. Он держал перед собой серую бархатную коробочку.
— Катя?
Её глаза наполнились слезами. Она протянула руки и кончиками пальцев провела по его лицу.
— Скажи мне, что написано на букве, Саш? — шёпотом спросила она.
— Ты моя навсегда. — тихо ответил он.
— Я твоя навсегда. — эхом повторила она, целуя его в губы.
— Господи, Катька, как долго я этого ждал.
Он открыл коробочку и достал кольцо.
Он помнил, как невероятно сложно было найти этот камень, такой же, как её глаза, дымчатый, с золотистыми искрами внутри. Все ювелиры, один за другим, твердили, что таких алмазов в природе не бывает. И в одном камне никогда не будет такой разноволновой дисперсии. Но Алекс знал, что рано или поздно он его найдёт. Он искал его, как память о ней, и даже подумать не мог, что однажды подарит ей этот бриллиант, как знак своей любви. Когда она так внезапно ворвалась в его жизнь, он сразу нашёл ювелира и вместе с ним создал уникальную оправу из белого и шоколадного золота.
И вот сейчас этот шедевр он одевал на её палец, чувствуя, как его слегка потряхивает.
Камень заиграл на её руке, отбрасывая сноп разноцветных искр.
— Зачем, Саш? — удивленно спросила она.
— Потому что я так хочу.
— Спасибо.
— Дурёха, — он засмеялся, — это тебе спасибо! Иди ко мне.
Он прижал её к себе, целуя волосы, поглаживая спину. В первый раз, обнимая её, он не чувствовал дикого возбуждения, а только покой и нежность, как когда-то в юности.
— Ну что? По коням?
Она кивнула и, выпутавшись из своего кокона, встала.
— Я в душ. Подождешь меня?
— Солнышко, я бы, конечно, с большим удовольствием к тебе присоединился, но так и быть, подожду.
Алекс лег на спину и, заложив руки за голову, любовался плавным движением её бедер, легким покачиванием груди при каждом вдохе и наклоне. Она почувствовала, что он смотрит на неё, и, бросив через плечо взгляд, кинула в него свои шорты. Саша ловко поймал их на лету и прижал к своему лицу, вдыхая её аромат.
— Ты знаешь, что ты извращенец, — прищурив глаза, буркнула она.
— Малышка, это ты меня сделала таким, так что теперь не бурчи! И вообще, дуй в душ, иначе я за себя не ручаюсь. — Он задвигал бровями и демонстративно начал расстёгивать шорты.
— Маньяк! — взвизгнула она, бросая в него ещё и майку, и скрылась в ванной.
Алекс достал телефон и набрал номер матери.
— Мама. Я привез Сашку. Навсегда. Ларка подписала документы и на развод, и на то, что она добровольно отказывается от своих прав на сына. Да, вот так. Сегодня, надеюсь, Эдуард Петрович закончит со всеми формальностями, и я, наконец, навсегда покончу с этим фарсом. Катя рядом. Ты даже не знаешь, насколько. Она согласилась стать моей женой, и у нас будет ребенок. Да, так быстро. Я думал об этом с семнадцати лет, мам. Сколько, по-твоему, мне ещё надо думать? И да, завтра я встречаюсь с Ираидой.
Мать на том конце трубки со свистом выдохнула.
— Не волнуйся, я никому уже не верю. Ты сможешь
