судьбе, которую каждый из нас обязан принять.
Драйтон шагнул в средний круг, не переступая границу смоляного. Тени, извиваясь, потянулись к небу, а пламя костров стало плясать в каком-то неведомом ритме.
Кира наблюдала, как первый из кадетов – высокий юноша с иссиня-черными крыльями – вошел в малый круг, перешагнув смолу. Тени, почуяв его присутствие, ринулись к нему. Магия сгустилась вокруг кадета. Пламя костра, разожженного в центре круга, взметнулось ввысь, окутывая фигуру юноши черно-фиолетовым огнем.
Ритмичные звуки начали разноситься по кругу – дракониты, стоявшие вокруг, били себя кулаками в грудь. Их лица были суровы, но в глазах читалась гордость. Ритуал был для них не просто традицией, а испытанием, подтверждением их связи с магией и наследием.
Кадет, стоящий в центре, замер, его плечи дрогнули, когда огонь сгустился вокруг него. Тени пробежались по его коже, исчезая под ней, и на миг пламя окрасилось алым, прежде чем вновь стать черным. Спустя несколько секунд пламя и тени успокоились, и кадет, словно пережив неведомый шторм, вышел из круга.
– Достойный, – провозгласил Драйтон.
Следующий драконит шагнул вперед. Девушка с темной косой и блестящими черными глазами вошла в круг. История повторилась – тени устремились к ней, обвивая ее, как хищники, а она стояла неподвижно, будто статуя. Пламя заплясало вокруг ее фигуры, а дракониты вновь начали бить себя в грудь.
Кира почувствовала, как у нее пересохло в горле. Это зрелище завораживало и пугало одновременно. Магия драконитов была иной – она не была похожа на пламя фениксидов. Тени были живыми, цепкими, и в них чувствовалась первобытная угроза. Каждый участник выходил из круга другим, часть их души оставалась в огне, отдавая магии дань.
– Это… неправильно, – тихо прошептал Фирен, сжимая край своего плаща. – Магия не должна быть такой… хищной.
Финорис прищурилась и сложила руки на груди. Легкая дрожь пробежала по ее крыльям.
– Они используют ее иначе, – пробормотала она хрипло. – Магия теней… Они кормят ее собой.
– Кормят? – Фирен взглянул на сестру, его глаза расширились.
– Смотри сам. – Финорис кивнула на круг.
Настала очередь другого кадета, молодого парня с резкими чертами лица. Пламя не просто окутало его – оно рванулось вперед, пытаясь разорвать его на части. Его спина выгнулась дугой, руки сжались в кулаки, а рот открылся в беззвучном крике. Но он выдержал. Пламя, как по команде, сжалось и затихло, а парень вышел из круга, тяжело дыша. На его лбу блестел пот, но он гордо вскинул голову, зная, что прошел испытание.
– Достойный, – повторил Драйтон.
Ритуал продолжался, пока каждый кадет из рядов драконитов не прошел малый круг, отдавая часть души теням костра. Кира понимала, что этот ритуал черной луны был для них священным. Но для нее он оставался чужим и непонятным.
– И это все? – вдруг раздался голос Мирры, когда последний драконит вышел из круга. – Постояли, посмотрели и разошлись? Дракониты считают, что мы только на это способны?
Слова прозвучали как вызов. Армунт – последний, кто заходил в смоляной круг, вскинул голову, и в его глазах блеснула ярость. Несколько драконитов за его спиной начали перешептываться. Финорис потянула Мирру за руку, шепча ей что-то, но та отмахнулась.
Драйтон повернулся к Мирре и холодно посмотрел на нее.
– Ты хочешь пройти посвящение, фениксидка? – спросил он угрожающе. И указал на центральный круг. – Тогда прими наш огонь. И если ты выдержишь, ты поймешь, что значит быть одной из нас.
Пламя, словно откликнувшись на его слова, закрутилось, сливаясь в шар из теней и огня, но не смогло прорваться за смоляную границу. Мирра замерла, но затем подняла голову, будто собираясь с духом, чтобы сделать шаг. Ее глаза встретились с глазами Киры, и в них промелькнуло сомнение. Страх. Смесь вызова и мольбы.
И тут чья-то рука с силой толкнула Киру в спину, выбивая ее из строя фениксидов прямо к центру. Она остановилась в нескольких шагах от границы внутреннего круга, отделяющей ее от теней, что забирают часть души.
Незнакомый голос разрезал тишину:
– Если кто и должен это сделать, так это Скайфолл.
Черный всполох огня лизнул сапоги Киры, пробуя на вкус.
Мирра отступила, но продолжала с тревогой следить за Кирой. Финорис шагнула за подругой, протянула руку, чтобы вернуть Киру, но та покачала головой. Она не выставит свой клан посмешищем.
Драйтон кивнул. Его губы изогнулись в жестокой полуулыбке.
– Тогда вступи в огонь, фениксидка, – произнес он, словно озвучив приговор.
Кира сделала шаг, затем еще один, пока не оказалась в центре внутреннего круга. Она втягивала воздух короткими глотками, когда магия вокруг начала густеть. Дракониты, все как один, начали ритмично стучать себе в грудь. Пламя взметнулось ввысь.
– Теперь ты увидишь, кто ты на самом деле. Смотри вглубь, – сказал Драйтон, и его голос превратился в шепот ветра.
Земля под ногами начала дрожать, а воздух заполнился яркими вспышками света. Кира почувствовала, как ее окружает тепло, смешанное с холодом, будто две силы борются за право обладать ею.
Внезапно перед ее глазами возник образ – огненная Феникс и темный Дракон, переплетенные в танце. Их движения были хаотичными, но в них читалось что-то странно знакомое и родное.
Кира протянула руку, и в этот момент вспышка света ослепила ее. Она почувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Твой выбор определит твою судьбу. Время на исходе, дитя, – раздался глухой клекот тенебра.
И затем – тьма.
Глава 16
– Это все ваша дурацкая легенда, я уже тысячу раз прокляла их, ну а толку. Не понимаю, зачем сжигать бесценнейшие рукописи…
Голос продолжал вторгаться в сознание, не замолкая:
– …Гениальный план, как всегда. Особенно вот эта часть, где мы все сгораем, – просто шедевр.
Кира очнулась, чувствуя, как пульсирующая боль расходится от спины по всему телу. Все вокруг казалось странно размытым, и в голове продолжал звучать настойчивый голос:
– Ты только глянь, какая хрупкая… А ведь кричала, что все выдержишь. Славная попытка, рыжуля, но надо бы поднажать. Ну давай, просыпайся, иначе мы тут все зависнем и нас начнут искать. У тебя теперь куча дел. И я не говорю про вышивание крестиком.
Кира зажмурилась, пытаясь отогнать странное ощущение, но оно не исчезало.
– О, ну все, ты точно будешь жить. Молодец. И, кстати, можешь сказать своему ручному дракончику, чтобы расслабился. Хотя нет… Лучше не надо: он забавный, когда злится.
Кира открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Воздух вокруг казался густым. Сквозь туман она различила фигуру. Шеду стоял рядом, всматриваясь в ее лицо, а живые тени вокруг него, как всегда,
