флакон?
— Возможно, здесь снова замешана тьма? — спрашиваю я, выслушав Аарона. — Я могу…
— Ты ничего не можешь, Оля, — отрезает он. — Тебе нельзя волноваться. Мы доберемся до правды, не переживай.
Спустя еще два дня целитель сообщает, что опасность миновала. Ничего не могу с собой поделать — слезы, что я подавляла столько дней, бесконтрольно текут по щекам. Внутри зарождается робкая радость. Надежда. Облегчение.
Чувства Аарона — отражение моих.
— Мне нужно отойти на пару часов, хорошо? Решить кое-какие дела, — говорит он мне, когда целитель уходит. — За этой дверью остаются два стража.
— Мне больше не нужно оставаться все время в кровати. Все хорошо.
Он и так все эти дни от меня почти не отходил. Не мог. Словно кокон создал, сотканный из любви и заботы. И этот кокон питал меня, давал силы, чтобы восстановиться. Помог удержаться новой жизни, растущей внутри меня.
Аарон уходит, и я забираюсь в кресло с ногами. С каким-то энтузиазмом принимаюсь разгребать письма, что пришли в эти дни. И двадцати минут не проходит, как в дверь раздается стук.
— Войдите! — хриплым голосом отзываюсь я. Прочищаю горло.
Заходит страж и сообщает, что ко мне пришел гость. Гостья, точнее. Тэлсуни. И очень просит поговорить.
Глава 69
Внутри все словно холодом сковывает. Мысли вихрем проносятся в голове. Зачем ей приходить — особенно сейчас, когда Аарон впервые за все время оставил меня одну? Мы с ней не подруги. И совместных тайн у нас нет. Наверняка она слышала, что произошло со мной. Или даже руку приложила…
Запрещаю себе об этом думать. Аарон сказал, что разберется. Но старые раны опять кровоточат в груди. Возвращают в ту ночь, когда на моем пути встала Леира. Ее полный ненависти взгляд. Пустота за спиной. Чувство падения и неотвратимой беды.
Тяжело сглатываю. Перевожу взгляд на часы — до его возвращения Аарона чуть больше полутора часов.
— Передайте, что я смогу принять ее, когда вернется Владыка, — отвечаю я. Страж кивает и удаляется.
Снова возвращаюсь к письмам. Взгляд бездумно скользит по строкам. И дойдя до конца листа, понимаю, что придется заново перечитывать. Ни слова не уловила. Все мысли об этом странном визите.
Делаю над собой усилие. Концентрируюсь. А затем слышу это.
Тихий всхлип.
Недоверчиво поднимаю голову и смотрю на закрытую дверь. Кажется, донесся оттуда. Возвращаюсь к письму. Строки прыгают перед глазами. Ну не могла же это Тэлсуни быть? Она, наверно, уже вернулась в свои покои…
Не выдерживаю. Поднимаюсь на ноги и иду к двери. Открываю и вижу Тэлсуни, сидящую на каменном выступе. Честно говоря, даже не сразу узнаю. Губы поджаты, по бледным щекам слезы текут. Она плачет безмолвно, но с таким выражением лица, словно ее сердце на части рвется.
Настолько погружена в себя, что даже не сразу меня замечает. А увидев, сразу отводит взгляд.
— Тэлсуни, — мой голос садится. Прочищаю горло. — Что-то случилось?
Она кивает. Молчит.
Закрой дверь, возвращайся к себе, — твердит что-то внутри меня. Но как ни пытаюсь, не могу развернуться и уйти. Не могу остаться равнодушной.
Да и, в конце концов, чего я боюсь? Не кинется же она на меня. Я уже не та испуганная Оля, которую муж запер в доме со своей ревнивой истинной. У меня есть магия, что может меня защитить.
Да и она… не Леира. Надеюсь.
— Мы поговорим, — произношу я. — Стражи будут в комнате.
Тэлсуни поднимает голову. Смотрит пару секунд на меня и снова кивает.
— Хорошо.
Выдыхаю и активирую защиту — я это заклинание за последний месяц отточила до совершенства. Почему-то легче всего дается. Возвращаюсь в комнату, и за мной заходит Тэлсуни со стражами.
Сажусь в кресло и предлагаю ей тоже сесть. Отказывается. Эмоции на ее лице сменяют друг друга так быстро, что я даже не успеваю их все уловить. Какое-то мучительное отчаяние. Горечь.
Я сама все это недавно пережила, а потому чувствую их так же остро, как свои.
— Я пришла, чтобы попросить прощения, — говорит она. У меня моментально внутри что-то обрывается и в бездну падает.
Она? Это действительно была она?
По связи ощущаю беспокойство Аарона и спешно пытаюсь взять себя в руки.
— За что?
— Вы… знаете, — Тэлсуни поднимает на меня заплаканные глаза. — Я пришла сейчас, потому что другой возможности у меня бы не было. Я не хотела, чтобы все так получилось. Я… не плохой человек. Просто… я не знала, что делать. Мне так плохо.
Ее плечи начинают трястись, а я просто не знаю, что ей ответить. Внутри словно кислотой все разъедает — до тех пор, пока там не остается пустота. Черная дыра.
Я ни секунды ей не доверяла, но это делал Аарон. Целых пятнадцать лет. Считал ее своей семьей. Единственной, кто был на его стороне.
И что она добивается сейчас? Пришла давить на жалость? Хочет, чтобы я за нее заступилась? За ту, что чуть не убила моего ребенка?
Горло спазмом сжимает.
— Он убьет тебя, — сухо говорю я.
— Я знаю. Я сама все расскажу.
— Расскажешь? — внутри меня словно вулкан взрывается, и я встаю с кресла. Тэлсуни отступает на шаг, словно боится ко мне приблизиться.
Представляю, что именно так она ему и расскажет — со слезами, истерикой и раскаянием. И каково будет ему? Отдавать этот приказ или лично свершить правосудие. А он это сделает — я точно уверена.
Каково ему будет смотреть в ее затухающие глаза?
Я точно знаю, что никакого интереса как к женщине у Аарона нет. Но, тем не менее, он дорожит ей. Испытывает чувство вины. Мне кажется, что это со шрамом связано.
Эти мысли тяжелым камнем ложатся на мое сердце. Размазывают его. В этот самый момент я так остро ненавижу Тэлсуни, что мне сложно дышать. Уж лучше бы она не приходила, не извинялась. До конца держала бы эту свою вежливую улыбку. Даже когда ее голова полетела бы с плеч.
Уж лучше бы…
Лучше ли?
— Зачем ты вообще это сделала?
— Ты хоть представляешь, каково это — любить такого мужчину, как Аарон? — выкрикивает она с каким-то отчаянием. — Дракона. Владыку. Видеть, как он взрослеет. Обращает внимание на женщин — всех, кроме тебя? Того, кому не нужна ни жена, ни дети. Он сам мне множество раз говорил! Я думала, что это возраст. Что он станет старше и наконец-то заметит. Я ведь сильный маг. Могла подарить наследника. И даже предлагала.
Она запрокидывает голову и шумно втягивает воздух. А я смотрю на
