стакль.
Несколько мгновений я смотрел на неё, ожидая. Мэгги тоже рассматривала меня, будто что-то решая для себя. И вдруг выдала:
— Я знаю, где она.
Ясное понимание прошило сердце, душу, легло осознанием в голову. Я совершенно точно чуял, о ком она. И чуял, что не лжёт.
— Что ты хочешь за свою информацию? — спросил хрипло, ругая себя за то, что выдаю собственные эмоции, не в состоянии скрыть их.
Сколько дней я уже не видел Эсмаилью! Казалось, физически не могу больше обходиться без неё. Казалось, если она не согласится пойти со мной — мне останется только сделаться её тенью, чтобы постоянно оставаться рядом.
— Что ты можешь пообещать?
Мы вдруг словно остались вдвоём. Я, Ночной принц, и эта нищая человечка, могущественная ведьма, которая чуть ли не с самого начала знала, кто я. И к чему всё идёт.
Что ей может быть нужно? Наверняка если задаёт вопрос, значит, у меня есть вся необходимая информация для ответа.
— Мира? — предположил я.
— Мира, — согласилась Мэгги. — Ты, господин Ночной, начал эту войну, ты её и закончи. А ещё — дроу больше не будут забирать людей на рудники, и наших девушек для воровства их магии. Ты должен поклясться, что решишь этот вопрос. Ночные сами пусть на себя работают. И да, я знаю, что тогда подскочат цены на все товары подземного производства. Пусть.
Да уж, того, кто пережил потерю близких и бедность, ценами не напугать. Это мы, принцы с королями, можем бояться.
Впрочем, я тоже не боялся. Довольствоваться малым привык с детства. Всё остальное — исключительно средства достижения цели. Не станет одних, найду другие.
— Лишь бы дроу больше никому жизни не ломали, — добавила она.
— Моё влияние в Нижнемирье не настолько велико, чтобы одним щелчком пальцев изменить вековой уклад, — отозвался я осторожно. — Но я сделаю всё, что от меня зависит.
— Этого достаточно, — улыбнулась Мэгги, как-то разом расслабляясь. Даже прошла вперёд и села в свободное кресло. — Мои видения говорят, что если вы воссоединитесь, то мир наладится. А если нет — нас ждёт гораздо более страшная война. Я помогу тебе.
Траверта Эсмаилья
Я долго обдумывала всё случившееся. И пришла к выводу, что хочу увидеть Наррана. Посмотреть ему в глаза.
Дроу сказали, что это был его приказ — избавиться от меня? Но дроу даже пытки не берут, они не выдали бы своего господина. Они слишком свирепы и…
А вдруг это были не те дроу? Вспоминались Гельри с Грантером, да и королева-мать не слишком жалует моего Ночного, насколько я понимаю. Мало ли, кто решил испортить ему планы?
Наррану нельзя знать о ребёнке? Но от ребёнка могли избавиться, забирая из меня артефакт, и даже я никогда не узнала бы об этом! При должном старании наших лекарей.
А из этого следовало, что ребёнок Наррана выгоден эльфам. Чем? Кроме шантажа, мне ничего в голову не приходило.
А я не позволю шантажировать моим ребёнком моего мужчину!
Живьюнов вернул?
Но ведь мог же и сжечь… Это был бы более эффектный прощальный подарок. Который я вполне прочувствовала бы.
А может, свадебный? С чего Клементирий спрашивал о помолвке? Кто-то увидел у Наррана серьгу… а по эльфийским законам мы уже женаты, если носили парные серьги хотя бы один лунный цикл.
Но это означало, что Нарран никого не разубеждал.
И не снял её…
Такая мысль неожиданно согревала, дарила какую-то странную призрачную надежду.
С каким договором он присылал эльфийку? Что ответили ему эльфы через Кальвера? Я так и не узнала.
Поэтому я готовилась к побегу. Набиралась сил, гуляла, изучая окрестности. Мне не открыли, где мы находимся, но я пыталась выяснить как можно больше.
Они говорят, он женится на Люсьенде. Но зачем? Он же понял, что она желала избавиться от него. Кто-то заставил? Мне не верилось, что кто-то может иметь на Наррана де’Лавра настолько сильное влияние, чтобы заставить жениться. Похоже, в планы эльфов просто не входил союз с ним, никак.
Живьюн в Коралловом замке почти не откликался мне уже. Но я очень надеялась, что смогу найти его. Это была моя единственная, эфемерная, шаткая надежда. Я понимала, что до Селлевера не добегу, именно там меня и будут искать первым делом.
За этот месяц я окрепла, горошинка в моём животе росла. Артефакт Жизни по-прежнему откликался мне, но как-то странно, как будто нас связало что-то ещё.
Не мог ли Нарран и правда воздействовать на него? Может быть, когда пытался меня откачать, после принятого яда?
За мной почти постоянно следили, поэтому я не могла толком ни вещей собрать, ни еды запасти. Даже брюк не приносили — только платья, лёгкие и длинные. Красивые, но абсолютно не походные.
С посетителями в храме тоже работать не давали, к нам сюда вообще никто не приходил, поэтому и денег каких-никаких собрать не удалось.
Старик Уливентелий говорил, я не смогу больше работать с Артефактом, как раньше. Чудо, что вообще выжила, но все структуры и связи с ним нарушены.
Я молчала, не выдавая пока, что всё ещё поддерживаю пусть странную, но связь.
Ничего, у меня оставались мои украшения, серьги, которые никто не отбирал. Со всеми, кроме одной, я легко готова была расстаться. Правда, драгоценных среди них было мало, но на самый крайний случай сойдёт.
Потому и не пыталась делать запасов, чтобы никого не насторожить. Вместо этого следила за внутренним распорядком, изучала графики смены охраны, понемногу расширяла места прогулок и намечала план бегства.
* * *
В тот день я спала плохо, то и дело вздрагивая от каких-то шумов, непонятных теней и образов, проникавших в сознание.
Почему-то приснилась та девушка, Мэгги.
— Жди! — сообщила она, и я проснулась.
Озноб пробежал по плечам. Укутавшись в шаль потеплее, я поднялась. Вышла в сад.
Утро, на траве ещё не высохла роса. Солнечные лучи освещали многоярусные растения, играли, переливались в серебристых паутинках и нежных бутонах.
Но умиротворение не приходило. Даже наоборот. В воздухе сгущалась нервозность. Несколько охранников промчались по галерее, едва касаясь подошвами пола.
Лунные. Я ощущала — не знаю каким образом, возможно, потому что одно время тоже владела этим артефактом. Но я вдруг почувствовала их приближение.
А ведь это неплохая идея! Попробую ещё раз завладеть и заставлю их защищать меня. Не пустить погоню по моему следу!
Только что они делают здесь?
Какая же удача… и почему это раньше не пришло мне в голову?!
Следующей прошила совершенно иная мысль. Если они приближаются, то… Неужели…
