— Рэм, не играй со мной, пожалуйста, — тихо и слегка хрипловато попросила она.
— Я не играю с тобой, — он вдруг стал абсолютно серьезен. — Клянусь, Анита, я не играю.
— Ох, — потрясенно выдохнула девушка и отчаянно залилась краской, понимая, что если он не играет, то притяжение между ними, которое все время усиливается, настоящее.
— Я никогда не попрошу больше, чем ты сама захочешь и будешь готова мне дать, — он пристально смотрел ей в глаза, позволяя убедиться в его искренности. — Поверь мне, шерити, я слишком сильно тебя люблю, чтобы пытаться манипулировать твоими чувствами.
— Рэм, я…
— Не нужно ничего говорить, — он поцеловал ее руку и отпустил, — я знаю, что еще не время, — мужчина слегка грустно улыбнулся и снова подлил шампанского в ее бокал, — и я не буду тебя подталкивать.
Анита замерла: его слова были неожиданными, но очень приятными, ее радовало, что он готов отдать ей привилегию принятия решения. Однако он иначе воспринял ее молчание, помрачнел, сглотнул и произнес:
— Мне уйти?
— Зачем? — удивилась девушка и непонимающе на него посмотрела.
— Ты хочешь, чтобы я остался? — уточнил мужчина, а его сердце замерло в ожидании ее ответа.
— Конечно, — импульсивно ответила она, а потом смутилась своей смелости и рассеянно отпила из бокала.
— Спасибо, шерити, — его глаза окутали ее теплом и любовью.
— За что? — удивилась Анита, принимаясь за еду.
— За то, что позволила остаться, — улыбка, от которой перехватывает дыхание, и он отпивает из своего бокала. — Позволишь воспользоваться твоей тарелкой?
— Рэм? — она скептически приподняла бровь.
— Без всяких задних мыслей, — поспешил уверить ее он. — Я в спешке взял одну тарелку. Это чистая правда Анита.
— Значит никаких странных традиций? — прищурилась она.
— Никаких, — подтвердил он и вдруг рассмеялся: — Тебе кто-то рассказал о древней традиции Акелдамы? Про то, что приняв еду из рук алекдамского воина, девушка принимает его ухаживания? — она кивнула, а он продолжил: — Во-первых, это очень древние традиции, которые уже почти не соблюдаются, а во-вторых для того, чтобы все сделать правильно, я должен был бы кормить тебя собственными руками.
— Ох…
— Дамир этого не сказал? — усмехнулся Рэм.
— Нет… Стоп, откуда ты знаешь, что это мне Дамир рассказал? — пораженно распахнула глаза девушка.
— А больше просто некому было, — он хитро подмигнул ей, хотя в глубине души невероятно злился на Пустынного Властелина, поколебавшего доверие Аниты к нему своим неполным рассказом.
— Знаешь, — задумчиво произнесла она, — я бы поделилась с тобой тарелкой, даже если бы это и была какая-то странная традиция.
— Даже если бы это означало помолвку? — хрипловато поинтересовался Рэм, неотрывно вглядываясь в ее глаза.
— А это означает? — осторожно спросила девушка.
— И да, и нет, — запутанно ответил он и потянулся к ее тарелке.
— Может объяснишь как это и да и нет, — она взяла с тарелки очередной кусочек и совершенно не отреагировала, когда и он поступил так же.
— Действительно по одной древней традиции то, что мы делаем может считаться помолвкой, — хитро усмехнулся мужчина и отправил в рот, подцепленный с ее тарелки кусочек мяса.
— И почему мне кажется, что там есть какое-то но? — Анита механически слизнула с пальцев сладкий сок фруктов. Рэм застыл, наблюдая за ней, его сердце колотилось как сумасшедшее, а сам он мог только думать о том, чтобы заключить ее в объятья и прижаться губами к ее таким нежным и сладким.
— Так в чем подвох? — она сделала очередной глоток из своего бокала, и с чуть лукавой улыбкой прикусила нижнюю губку.
— Подвох? — его голос звучал едва слышно, но невероятно соблазнительно. — Нет, не подвох, шерити, — слова казалось бархатно скользили по ее коже, заставляя мечтать о его прикосновениях. — Для того, чтобы это можно было считать помолвкой, нам не хватает хотя бы одного свидетеля. Так что можешь не переживать по поводу этой традиции.
— Также как и ты, — девушка чуть склонила голову к плечу и спрятала за ресницами ставший серьезным взгляд.
— Я бы предпочел свидетеля, — его слова стали совершенной неожиданностью для нее, и она пораженно распахнула глаза.
— Почему?
— Я люблю тебя, Анита, — нежный и невероятно откровенный взгляд мужчины и смущал и волновал ее, — и хочу быть с тобой рядом. Хочу быть единственным для тебя, хочу назвать тебя своей… навсегда.
— Рэм… — она напряглась: то, что он сказал, с одной стороны нравилось ей и невероятно льстило, а с другой — пробуждало старые страхи и неуверенность.
Мужчина почувствовал ее состояние и поспешил успокоить:
— Не переживай, шерити, — он поднес ее руку к губам и легонько поцеловал, — все зависит только от тебя. Как ты решишь, так и будет. Я приму любое твое решение.
— Ты слишком хорош, чтобы быть настоящим, — она смутилась, осознав, что высказала вслух свои мысли.
— Значит ли это, что я тебе нравлюсь? — его горячие губы коснулись ее ладони, и у нее перехватило дыхание. — Очень нравлюсь? — он заглянул в ее глаза, осторожно поглаживая ее запястье пальцами и ощущая быстрый пульс.
В ее глазах отражалась борьба самых разных эмоций и чувств — девушка еще не успела разобраться в себе. Рэм чуть грустно улыбнулся — она еще не была готова сделать выбор, а он так надеялся. Ну ничего, он умел ждать. Пусть сейчас и было невероятно трудно сдерживаться и ничего не предпринимать, он смог удержаться в рамках. Мужчина вновь наполнил их бокалы шампанским, взял крупный сочный персик, аккуратно разрезал его на части и протянул кусочек девушке.
— Попробуй, он с Акелдамы, — ушел от смущающей ее темы он.
Анита взяла предложенный ломтик любимого фрукта и благодарно кивнула, оценив его такт.
— И как тебе? — напряжение исчезло, как только он сметил тему.
— Волшебно, просто волшебно, — ей настолько понравился персик, что она хотела облизать пальцы, но он перехватил ее руку и тщательно вытер сок влажным полотенцем.
— Не делай так, — чуть хрипловато прозвучала его просьба, — это слишком жестоко, шерити.
— О… прости, я не хотела, — краска смущения выступила на ее скулах.
— Я знаю, — он переплел свои пальцы с ее и тепло улыбнулся. — Значит, тебе понравились персики с Акелдамы?
— Очень, — кивнула девушка и подавила желание поцеловать Рэма.
— Тогда ведь ты не откажешься от небольшой экскурсии по Акелдаме? Нет, не прямо сейчас, — заверил ее он, почувствовав ее замешательство и беспокойство. — Через пару недель.
