не было убийством, Севитус. Множество свидетелей подтверждают, что ваши люди первыми напали и на Сару, и на ту девочку. Все эти свидетели заслуживают доверия, и их слова доказывают, что она действовала в целях самообороны.
Кардинал вскинул руки, сжав кулаки.
— Она сожгла их заживо своей еретической магией! — он замолчал, его плечи задвигались, словно он пытался успокоиться. — Простите, ваша светлость, но это не первый раз, когда эта женщина хладнокровно убивает.
— Неужели, ваше высокопреосвященство? — герцог произнес титул так, будто это было оскорбление.
Кардинал выпрямился во весь рост, в его голосе зазвучала явная усмешка.
— Сара Брандт прошлой весной сбежала из деревни Уиллоубрук, где она разыскивается за убийство жены сына барона Эктона.
Герцог даже не пытался скрыть своего отвращения к тому, как с ним разговаривает кардинал, и вскинулся на троне. Дверь в глубине зала открылась, вошла леди Бекка, а за ней молодая служанка. Спина девушки была напряжена, в руках она держала поднос, накрытый тканью. Бекка встала рядом с герцогом.
— Я прекрасно осведомлен о выдвинутых против нее обвинениях, — ответил герцог. — Эти обвинения были сфабрикованы вашим священником в деле об убийстве Мелоди Брайт, — он улыбнулся с холодным взглядом, заметив, как дернулась голова кардинала при упоминании имени Мелоди. — Что касается использования магии, то в Треване это не преступление, и так будет до тех пор, пока я сижу на этом троне.
— Возможно, — огрызнулся напыщенный чиновник, — но как быть с обвинением в убийстве? Неужели вы не хотите, чтобы она предстала перед судом за это гнусное деяние против вашего народа?
Герцог сделал паузу, картинно обдумывая ответ. Воздух в зале стал тяжелым. Сердце колотилось у меня под ребрами, и больше всего на свете хотелось взять Гвита за руку. Но я не решилась.
Герцог рассмеялся, и этот звук раскатился по залу подобно грому:
— Ну вот, в чем-то мы наконец согласны. Я точно знаю, в чем обвиняли Сару, и я уже поручил своим верным людям связаться с семьей несчастной девушки. Мелоди Брайт действительно была убита, здесь вы говорите правду. Но не Сара оборвала жизнь бедняжки.
Он наклонился вперед, упершись локтями в колени, и впился взглядом в кардинала.
— Ваш священник скрыл правду, выгораживая барона, который набивал его карманы. Священник сам во всем признался. Он провел некоторое время в моих подземельях и весьма охотно помогал следствию.
Я прижала руки ко рту, чтобы заглушить победный крик.
Кардинал засуетился.
— Как вы смеете?!
Герцог Тревельян вскочил с места, ткнув пальцем в сторону человека в рясе.
— Он покрывал изнасилование!
Слова герцога эхом разнеслись по залу. Его лицо стало пунцовым. Он снова сел, возвращая самообладание.
— Он готов был отправить невинную женщину на казнь за преступления другого человека, Севитус. Как вы можете стоять передо мной и поддерживать это?
Тишина повисла в воздухе, как меч над головой кардинала. Даже с галереи я чувствовала, как в его голове крутятся шестеренки. Слезы обожгли глаза — правда наконец-то вышла наружу. Судьба Мелоди была отомщена.
Леди Бекка шагнула вперед и сорвала ткань с подноса, обнажив окровавленный кусок мяса.
— Люди, причастные к этому, находятся в нашей темнице и во всем сознались. Сын барона уже несет наказание, — она подняла плотную массу голой рукой и швырнула ее к ногам кардинала. Раздался тяжелый влажный шлепок. Кровь брызнула на пол и закапала с пальцев Бекки.
Кардинал поморщился от жуткого зрелища:
— Вы вырезали ему язык после того, как выбили признание?
Леди Бекка выпрямилась.
— Вы ошибаетесь. Это не язык.
Каз втянул воздух сквозь зубы и поморщился.
— Таран, твоя сестра только что…? Это его…? — он содрогнулся.
Таран хищно оскалился, в его глазах читалась гордость.
— Моя сестра отобрала его оружие.
Горло сжало спазмом. Они отомстили за Мелоди. Я сделала это.
— Варварство! — взревел кардинал. — Я и не ожидал ничего иного от нечестивой…
Астер встала, ее трость с грохотом упала на пол.
— Осторожнее выбирайте слова, кардинал. Оскорбление герцогини в ее собственном зале добром для вас не кончится.
Капитан Петра встала за спиной леди Бекки, положив руку на эфес меча. Три женщины стояли за троном герцога с выражением лиц воительниц, готовых на все. Кровь капала с руки Бекки, пачкая ее светлое платье.
Герцог усмехнулся.
— Думайте что хотите, но Сару Брандт вы не получите. Она — моя подопечная. Уберите свои войска из Микалстоуна и Тревана до завтрашнего рассвета.
Кардинал застыл. С коротким поклоном он развернулся и вылетел из зала, его солдаты последовали за ним. Тяжелые двери закрылись с глухим гулом.
— Твою мать, — вполголоса выругался Гвит. — Лучше нам подождать здесь. Неизвестно, когда эти канарейки действительно уберутся.
Я поднялась на негнущихся ногах и села на скамью в глубине галереи, прислонившись головой к стене. Гвит сел рядом. Таран и остальные отошли в другой конец балкона, давая нам пространство.
— Ты справилась, — тихо сказал Гвит. — Твое имя чисто, а убийца Мелоди понес наказание.
Я кивнула, не в силах говорить. Гвит придвинулся ближе, его рука коснулась моей.
— Она бы гордилась тобой, Сара. Я горжусь тобой. Прости, если тебе казалось, что я сомневался в тебе раньше.
Я почувствовала прикосновение на своем бедре. Гвит положил свою руку ладонью вверх — открытое приглашение. Я медленно вложила свою руку в его. Мозолистая кожа сжалась вокруг моих пальцев с неожиданной нежностью.
— Все хорошо, — выдохнула я.
Позади нас Каз прошептал Тарану:
— Почему они носят эти маски? Это выглядит зловеще. Что они прячут?
— Многие люди носят маски, — ответила я прежде Тарана. — Мы прячем истинное «я» за маской, которая подходит ситуации. По крайней мере, в случае с жрецами ты точно знаешь, что они делают именно это.
Долгие годы я тоже этим занималась. Скрывала себя ценой собственной личности. Но с Искрой мне больше не нужно было сомневаться в каждом своем слове. Это было освобождающе.
Гвит все еще держал меня за руку.
— Кажется, путь свободен, — сказал Таран, выглядывая за дверь. — Пойдемте к герцогу.
Глава 44
Настоящее время
Морига расхаживала по круглому залу в крепости, склонив голову в раздумьях. Все складывалось как надо, но Искра приближалась.
Мерцающий свет в центре зала привлек ее внимание. Зеленое сияние потрескивало, расползаясь по краю пустоты, висящей в воздухе. В темноте шевелились очертания, отчаянно рвущиеся на свободу.
Голос проскользнул в ее разум, холодный и гнилой.
Она идет. Мы чувствуем ее. Разорви путы и выпусти нас.
— Это не так просто, — процедила Морига сквозь зубы.
Если Искра достигнет нас, нас забросят назад. Жизнь продолжит осквернять реальность. Этого нельзя допустить.
Морига подавила раздражение.
