ее свет перестал защищать ее?», — ужаснулась я. А потом произошло страшное, у всех на глазах Матвей сомкнул руки на шее Алексии и свет ее погас. Глаза застыли и тело упало на землю.
«О! Господи! Нет, нет! Не может быть! Как он убил ее, она же воин света!», — запаниковал мой внутренний голос. И я почувствовала, как надежда, что нас спасут, рухнула, и я потеряла контроль над пламенем и защита с воинов исчезла. Я пыталась вызвать голубое пламя снова, но оно вспыхивало в ладонях, и не слушалось меня. Я почувствовала, как кусочек надежды, что Алексия нас спасет, в моей душе навсегда исчез.
Все ошарашено стояли, и не могли поверить своим глазам. Враги наставили оружие на наших воинов, мы проиграли войну, это понимал каждый.
Рядом со мной возник Арман, и схватив меня приставил нож к моей шее.
— Дарк! Повелитель тьмы! Мы проиграли это сражение, ты получил, что хотел, оставь мои земли и моих людей! — громко крикнул Арман, оглушив меня.
Увидела, как Бальтазар с ужасом смотрел на своего брата.
— Ты угрожаешь мне? — смеясь, спросил Матвей, подходя ближе, но, когда увидел нож у моего горла остановился.
— Если ты не уйдешь с моей земли, я перережу ей горло! А мы с тобой знаем, что в этом случае она будет недосягаема для тебя и навсегда потеряна, не так ли? — сказал Арман зловеще, и сильнее надавил на мое горло.
Я почувствовала, как лезвие ранило мою шею, и тонкая струя крови потекла по металлу.
«Что он задумал?», — взволнованно шептал мой внутренний голос.
— Я убью тебя, Арман, — рычал Бальтазар, видя, что он меня ранил.
— А с чего ты решил, что она мне нужна? — спросил Матвей, изобразив безразличие.
— Ну, как знаешь, — ответил Арман и приподнял руку, чтобы убить меня.
Я зажмурилась, готовясь к боли, но услышала крик Матвея.
— Стой! Я тебя недооценил, милорд Арман! Уважаю за такую решительность! Хорошо, мы покинем твои земли, в будущем мне пригодится такой союзник, как ты! Но если встанешь на моем пути, когда я приду за леди Милой, я уничтожу и тебя и все твои владения! — с гордо поднятой головой проговорил Матвей.
Милорд тьмы вскочил на коня, а потом со страстью в глазах посмотрел на меня.
— До встречи, моя дорогая! — сказал он, и увел войска за собой.
Арман не отпускал меня, пока последние воины не исчезли с горизонта. А потом убрал нож и позвал Нику, чтобы она исцелила мою рану.
— Ты! — зловеще закричал мой муж и напал на Армана.
Они сцепились в поединке, и мое сердце больно защемило. Бальтазар покрылся пламенем и в его глазах читалась ненависть к брату. Я заметила в его руках огненный шар, и поняла, что он не остановится, пока не убьет Армана, а этого я не могла допустить и схватила мужа за руку. Меня больно обожгло его пламя. Кожа моя начала краснеть, но я терпела боль.
— Бальтазар! Остановись! — умоляющим тоном начала я. — Арман спас нас всех. Подумай! Мы проиграли эту битву, и Матвей наверняка убил бы всех, а меня забрал к себе!
Муж на несколько секунд задумался, а потом посмотрел на мою раненую руку, и перестал пылать.
— Прости, Арман! Я так разозлился, что ты ее ранил, а сейчас вижу, что и сам не лучше, — вздохнул Бальтазар, — леди Ника, помогите моей жене!
Ника подбежала ко мне и помогла исцелить ожог. Арман задышал ровнее и ответил.
— Я сам был не в восторге, что пришлось так поступить, но я не мог допустить, чтоб Мила досталась этому дьяволу!
Братья пожали руки в знак мира, а потом все занялись тем, что готовили тела погибших к погребению. Как принято на Пандоре, их отдавали огню, и пепел, разлетаясь по ветру, заставлял живых плакать. «У нас больше нет воина света, у нас больше нет надежды одолеть такого сильного врага, что нам теперь делать…», — думала я, чувствуя, как сердце разрывается в груди. У всех жителей второго королевства был обреченный вид. И я впервые не видела выхода, и будущее, казалось, приблизилось ко мне на несколько шагов.
— Я не понимаю, как же так! Алексия была подготовлена, она несколько раз ранила Матвея, они бились наравне, почему он смог одолеть ее? Что произошло? Почему он вдруг прикоснулся к свету, и не получил ожог? — рассуждал Энза, когда мы собрались в зале заседания за большим круглым столом.
С тех пор, как убили Алексию, прошла неделя, как и обещал, Матвей больше не нападал и не преследовал нас.
— Я тоже ничего не понимаю, — прошептала я, накручивая прядь волос себе на палец, и смотря куда-то в даль, ни на чем не фокусируясь.
— Мила! Не падай духом! Я видела, как твое пламя исчезло, в тот момент, когда не стало воина света. Может, поэтому у тебя исчезает способность телепортироваться, потому что сдаешься или винишь себя? — прошептала Валькирия, с сочувствием посмотрев на меня.
— Может, ты и права, — ответила я с безразличием.
Валькирия точно подметила, я упала духом, перестала надеяться, и сила моя с каждым днем стала угасать.
Послышался стук в дверь, и на пороге появился Михаил. Стража пропустила его, и он с запыхавшимся видом, присел рядом с нами.
— Милорд Арман! Я только что вернулся от прорицательницы Катерины, узнал все, что вы просили.
— Рассказывай! — жестко ответил Арман, смотря на Михаила с нетерпением.
