черте города тоже требуют творческого подхода. Иначе есть все шансы перекочевать за ту самую черту, после которой у тебя остаётся только голый титул, с нарядом из бесконечных долгов.
Ворчание ворчанием, но присланный материал я изучила досконально. В результате вложенные усилия даром не прошли, что обещало в скором времени стабильный поток свежей рыбы, без вреда для местных водоёмов. Впору задуматься о новых блюдах. А если учесть, что среди хавардисских рыбаков были такие же фанатики, как изготовитель идеальной бастурмы, то кто знает, чем обернет поддержка их “страсти”. Вроде как в озере можно встретить крайне редкий вид рыбы. И с вестью о том, что её можно содержать подобно овцам, парочка рыбаков задалась целью отловить и развести именно эту загадочную жемчужную форель.
Пока остальные тихо посмеивались, я искренне пожелала удачи уверенным в себе рыбакам и спонсировала их новые лодки с ловушками. Справятся – озолотятся, щедро возвращая мои вложения в виде налога, а если не справятся, то ничего не поделаешь. Пусть тогда хоть обычным промыслом займутся и смогут обеспечить свою родню. Сейчас моя главная задача – достаток даже в самой бедной семье. Процветание земель всегда зависело и будет зависеть от процветания её народа. И с каждым днём мои чаянья всё больше приближались к реальности, неумолимо отдаляясь от пустых фантазий.
Дело по добыче древесины тоже успешно функционировало, наращивая обороты. Теперь к лесным угодьям прибавилась Поющая Роща с крайне необычными деревьями.
– Да тут ювелиры нужны, – прокряхтел глава лесорубов, когда отправился со мной на первый осмотр дополнительных угодий.
– Боюсь, они не привыкли работать с такими… масштабами, – неуверенно ответила я, оглядывая фронт работы.
– Тогда горняки, – выдал свой вердикт дровосек, после чего открестился от обсидиановых стволов, откровенно побаиваясь работать с непривычным материалом. Так что пришлось следовать совету закостенелого работяги.
Зато нанятая бригада горняков вполне охотно взялась валить лес из вулканического стекла. Так ещё и едва ли не на ходу изобретая более подходящий для этого метод. Пробные образцы имели неровные края спилов, а кое-где спешили крошиться, но горнодобыдчики, присланные куда более дружелюбным соседом, и, пожалуй, единственным таковым, быстро подстроились. Видимо барон, уже являющийся нашим компаньоном по валу леса, не поленился и нашёл для нас самую идейную команду. Старый друг Дэмиана, кстати, всё обещал нас навестить, но никак не мог найти свободное время между делами своих земель и обострениями старческих болезней.
Обо всём этом нам рассказал Робен, продолжающий по-дружески помогать с самыми важными делами бывшего работодателя. Так же, поверенный помог мне заочно познакомиться с очень полезным человеком. Вполне справедливым и порядочным главой торговой гильдии. До него быстро дошла весть о необычном вине и мясных закусках, что подают в поместье Смолейна. Как хороший торговец он взял стойку и поспешил найти производителя.
Благодаря этому мне удалось не только обзавестись стабильной точкой сбыта вина из голубых роз, а так же бастурмы и лекарств Наэтты, но и первых ещё небольших ковриков из шерсти. Отзывы из гильдии приходили крайне положительные, что подстегивало жителей Туманной долины совершенствоваться, а меня всё чаще обращаться к главе гильдии за советом о том, что сейчас лучше всего продаётся.
Чтобы не гонять Робена туда-сюда я наладила личную переписку с главой торговой гильдии. При том необычайно быструю. Кстати, это удалось сделать не без участия мужа.
Возможность Дэмиана перемещаться по долине с помощью тумана меня не только поражала, но и давала пищу для размышления. Так, однажды, я спросила у мужа, что ещё он может перебросить таким образом. Его ответ удивил.
Оказалось, что кроме меня других людей ему не удается телепортировать. Тогда мне стало интересно, а что из неодушевленных предметов поддаётся таким необычным тёмным чарам. После чего вслух принялась рассуждать о том, как было бы здорово совмести он заклятье, которое ограждает жителей от тёмных созданий и свою туманную способность. Из этого могла бы выйти отличная система доставки – поддерживай заряд эфира в объекте (в данном случае почтовый ларец) и нужда в гонцах по долине отпадёт.
После этого разговора Дэмиан крепко задумался. А затем и вовсе пропал на пару дней, после чего вернулся с удивительной даже для него вестью, что всё сработало! Так граница Хавардиса обзавелась магическим ларцом на крепкой стойке. Стоит только положить в него любой пергамент, закрыть крышку с выжженным магией гербом поместья, как бумага переместится в идентичный ящик уже на территории нашего дома.
Подобное заклятье произвело настоящий фурор в долине, заставив порядком притихшего после случая с Пряхой Барнса начать неустанно трудиться. Он, кстати, стал тем, кто помог Дэмиану осуществить задумку в кратчайшие сроки. Муж признался, что без уже не такого хмельного мага ему бы пришлось дольше ломать голову над моей задачкой. И теперь Барнса дружно “благодарили” всем графством, ненавязчиво, а то и очень даже заметно поторапливая.
Именно наш штатный маг стал ответственным за установки этаких сот для связи с другими поселениями. Первый ларец на границе так же обрастал новыми ячейками, с обозначением соответствующего городка. И да, именно городка, ведь теперь жизнь даже в самой унылой деревеньке Хавардиса кипела, грозясь своим жаром самостоятельно разогнать все тёмные эманации.
Следуя слухам об изменениях в долине сюда стали возвращаться те, кто в последние годы уехал в поисках лучшей жизни. Всё же не все были настолько преданы и помнили чуть более светлые времена хозяина Туманной долины.
Часть из молодого поколения стала думать о том, что теперь будет становиться только хуже. Поэтому они попытались найти новый дом за пределами Хавардиса. Вот только лорды в новых землях оказались ещё менее деятельны, чем Дэмиан. Их интересовали только налоги, а с бедами люди должны были справляться сами – скромные посты стражи в помощь. Так что при первом же намёке на уже не такое мрачное будущее Туманной долины многие поспешили вернуться.
Так все поселения стали обрастать свежими домиками для вернувшихся семей. Тут уже я похлопотала, и остаток от вложений в производство шерсти пошёл на строительство. За это, естественно, каждая семья обязывалась отработать на долину десять лет. Контракты нехотя, но подписывали, и то лишь после моего личного заверения, что работы скоро станет в разы больше.
Пустыми мои слова не были. Самые умелые плотники долины успешно освоили технику создания ткацких станков, а пастухи не могли нарадоваться на пополнения в отарах овец. Очищение миазмов открыло возможность расшить пастбища, тем самым подстёгивая овец к размножению.
Этой весной
