хозяина дома, довольно скромно. Пара ковров на полу прикрывала холодный камень, широкий деревянный стол уверенно держался на толстых резных ножках и отгораживал ошони от его гостей. Вдали, за рядами шкафов с книгами и свитками стояло одинокое кресло, явно предназначенное для чтения в уединенной атмосфере.
Увидев Сапфир в срамном наряде, в котором грудь принцессы едва прикрывали шелка, а вырез на спине почти утопал в ямочке над ягодицами, принц пришел в бешенство.
– Что на тебе надето? – прохрипел он, застыв голодным взглядом в районе груди.
Кардахар прижал кулак к губам и едва не расхохотался. Галлахер невозмутимо отвернулся, делая вид, что срамоты и не приметил. Обринь окинула взглядом платье и прищурилась.
Кажется, эта воительница пока что не досталось ни комнаты, ни ванны, ни сменного наряда.
Гронидел хотел подойти к Сапфир и вывести ее, но она ловко перехватила меч и направила острие на него.
– Не так резко, – предупредила она бывшего мужа, у которого из ушей от злости вот-вот должен был пойти пар. – Мы не на площади, чтобы представление устраивать. Поговорим. Обсудим план. И разойдемся.
Гронидел обошел принцессу по кругу, как сторожевой пес миску с едой, а затем отбросил лезвие ее меча и прошипел:
– Мы поговорим! – заверил он. – Наедине!
– Это уж вряд ли. – Сапфир кокетливо повела плечом и подмигнула смеющемуся Кардахару.
– Ты приказал ей эту тряпку принести? – возмущенно пророкотал голос Гронидела.
– Хотел показать тебе, как умею шутить, – огрызнулся тот и захохотал.
– Я вызову тебя на бой чести! – Принц указал на Кардахара.
– Успокойтесь оба! – не выдержал перепалки Галлахер. – На кону бой за наших близких, а вы дурью маетесь!
Король был прав. Все это понимали, и никто не собирался оспаривать.
Гронидел взмахнул рукой и накинул на плечи Сапфир иллюзию из белой меховой мантии, скрывавшей все части ее тела, кроме рук, шеи и головы. На удивление иллюзия оказалась теплой и согревала, как настоящая меховая мантия, что в условиях холодного подвала показалось принцессе милым.
Она тряхнула головой, вновь прогоняя настойчивые нелепые мысли о заботе бывшего мужа, и напоказ закатила глаза, втайне наслаждаясь мягкостью и теплом морока на плечах.
Принцесса подошла к столу, за которым стоял ошони по имени Кардахар, и присмотрелась к разложенной перед ним карте Великого континента.
– Вы хотите уничтожить Сферу, но не знаете, как в нее попасть. – Сапфир прижала ладонь к карте, припечатывая ее к столу. – Вы желаете проникнуть на фейские корабли, но не представляете, где они находятся. Вы собираетесь отражать атаки противника на Сантияр, прикрываясь технологией богов, у которой ограниченное время действия. Я ничего не упустила в вашем плане?
Услышав о времени действия технологии богов, Кардахар, Галлахер и Обринь с возмущением уставились на Гронидела.
– Два дня, – сказал он, как будто о чем-то незначительном упомянул. – Силовые установки перестанут работать примерно через двое суток. Этого времени нам должно хватить, чтобы разрушить Сферу и вернуть остальных в тела.
– В которых они проживут не больше года? – любезно уточнил Кардахар.
На этот раз переглянулись только Сапфир и Обринь.
– О чем это ты толкуешь? – спросила Обринь.
– Это неважно, – отмахнулся Гронидел.
– Мне так не кажется, – взял слово Галлахер. – Они должны знать, на что идут. Все они. – Король повернулся к Сапфир. – Твое тело – оно не совсем полноценное. Те, кого Рой отправляет сюда, не могут иметь детей и живут в телах не больше года.
– Запрограммированная гибель, – произнесла Сапфир, но из всех присутствующих ее понял только Гронидел. – Ловко! – Принцесса натянуто улыбнулась и прислонила тяжелый меч к стене. – Чтобы бы мы ни сделали, если умерли однажды, больше года нам не жить.
Она подошла к изящному креслу в дальнем углу помещения и совсем не грациозно рухнула в него.
– Если шансов вернуться окончательно и бесповоротно нет, к чему тогда пытаться хоть кого-то вернуть из сферы в тела? – Она повернулась ко всем остальным, замершим у стола с картой Великого континента. – Вы спросили у пленников Сферы, чего они хотят? Сказали им правду о том, что их ждет по возращении? Нет? – Она засмеялась. – Тогда хотя бы у меня спросите, хочу ли я оставаться в этом мире, зная, что жизнь моя продлится всего год? —
Она хищно улыбнулась и перевела взгляд на искаженное виной лицо Гронидела.
– Нет, – сказала четко и сжала губы, с болью глядя на бывшего возлюбленного. – Не хочу. – И отвернулась.
– Мы что-нибудь придумаем! – с воодушевлением заявил принц, пытаясь вернуть надежду в помещение, из которого она только что ускользнула. – Создадим тела в мире богов и переселим созна…
– От мира богов почти ничего не осталось, – перебила его Сапфир. – Ничего вы там не создадите и никого не переселите.
– Лекарство! – не унимался Гронидел и сделал шаг Сапфир навстречу. – Если дело в запрограммированном апоптозе клеток, можно использовать оружие генетической модификации…
Принцесса прижала ладонь к губам и начала посмеиваться.
– Я говорю о реально существующих технологиях! – возмутился Гронидел, глядя на ее реакцию. – Это не сказки и не вымысел! Если Рой создает тела и программирует их гибель, можно найти средства эту программу обмануть.
Сапфир захохотала так громко, как никогда не смеялась в своей жизни.
Она так устала сражаться и идти вперед, что всерьез надеялась навсегда расстаться с жизнью и больше к ней не возвращаться. Хотела стать ничем и существовать нигде, исчезнуть и раствориться в воздухе дымкой тумана по утру. Теперь ей говорят, что после борьбы, после стольких лишений и неимоверно трудного пути она получит долгожданное освобождение всего через какой-то там год. И ей бы радоваться, но в речах Гронидела всегда есть подвох…
За год слишком многое может измениться.
Этот год может подарить радость свободы от пришлого врага. Год без бесконечной череды смертей и пыток. Год счастья! А потом – неминуемая смерть.
Смерть сейчас – это одно. А уход из жизни, когда вокруг все хорошо – совсем другое.
Не о таком финале она мечтала. Не о лживых речах мужа, источавших надежду. Не о сражении, где все в конце все равно умрут. Но ей ли рассказывать о том, насколько мечты могут отличаться от реальности? Она хотела быть воином, защищавшим простой народ, а стала великой Огненной Девой, именем которой проклинали людей. Она хотела опустить руки и умереть, а теперь будет жить надеждой, что Гронидел не обманет и никого не предаст, что Повелитель Лжи действительно найдет способ всех их спасти.
– Сапфир… – раздался тихий голос совсем близко от нее, и принцесса оборвала смех.
Она смотрела на мужа, застывшего перед ней. Когда он подошел?
