успокоится.
Некоторое время спустя Аксель вышел из своей спальни. В руке он держал телефон Тессы и наушники.
— Я купил их для нее, чтобы она могла пользоваться ими во время бега, — объяснил Аксель, протягивая ему вещи. — Я не знаю, какую музыку она любит, поэтому я настроил для нее несколько плейлистов и подключил наушники к ее телефону. — Теон кивнул, забирая их.
— Может, нам стоит что-нибудь предпринять? — спросил он, снова переводя взгляд на Тессу.
— Мне нужно осмотреть ее раны, — вздохнул Теон.
— Ты хочешь, чтобы я это сделал? — спросил Аксель.
— Нет, — резко ответил Теон. Брови Акселя поползли вверх. — Я имею в виду, что сам сделаю это. Я в состоянии исцелить большинство из них благодаря нашей связи. Просто дам ей еще несколько минут.
Аксель кивнул.
— Ты собираешься поговорить с отцом об этом?
— В конце концов, — ответил Теон. — Я еще не решил, как с этим поступить. Сначала мне нужно узнать больше подробностей.
— Как ты думаешь, к ужину с ней все будет в порядке? Отец не простит ее, — продолжил Аксель.
Блядь.
Ужин.
— Думаю, придется, — натянуто произнес Теон.
Следующие десять минут все молчали, не сводя глаз с девушки сидящей у окна. Связь постепенно возвращалась к желанию и жажде ее прикосновений, вместо стремления оттолкнуть ее. Однако он не был сосредоточен на этом. Он размышлял о том, что он связан с ее самыми большими страхами.
Так или иначе, она боялась его.
Часть его была удовлетворена такой реакцией. Он жаждал контроля, и внушение страха определенно стало одним из способов добиться этого. Ему трудно поверить, что она так сильно боится его, и, возможно, в этом была его вина. Возможно, все это его ошибка, его провал. Пытаясь сделать так, чтобы ей было комфортно, он слишком скрывал от нее свою истинную природу.
В конце концов он оттолкнулся от барной стойки и направился к ней. Она повернулась и встретилась с ним взглядом, в ее серых глазах все еще читался страх.
— Что у тебя с ногой? — резко спросил он.
Она отшатнулась, опустив глаза к своим ногам.
— Я не хотела. Это произошло случайно.
— Я не расстроен, Тесса. Я хочу исцелить ее ради тебя.
Он увидел, как дернулось ее горло, когда она сглотнула.
— Я неудачно приземлилась, когда спрыгнула со шпалеры. И подвернула лодыжку.
— Ты бежала всю дорогу до конюшни с растянутой лодыжкой? — натянуто произнес Теон, глядя на ее ноги. Одна лодыжка определенно распухла.
— Я… Аксель сказал мне бежать. Я подумала, что ты захочешь, чтобы я выполняла его приказы, раз тебя здесь не было. Прости, — прошептала она. — Я не…
— Я не… Черт возьми, Тесса. Я не злюсь, что ты сбежала от этих ублюдков, — сказал он, протягивая руку и нежно кладя ее на распухшую лодыжку.
Его магия усиливалась, тьма прижималась к его коже, перетекая из его руки к ней. Использование его теней для этого ощущалось совсем по-другому. А без всех четырех ее меток это истощало сильнее, чем в другие разы, когда он использовал свою магию.
Его пристальный взгляд скользнул по порезам и царапинам, покрытыми коркой засохшей крови, на ее руках и животе. А также по синякам, которые начали проступать на коже.
Напряженным тоном он сказал:
— Я не могу вылечить все сразу. Завтра я смогу сделать больше, но я хочу проверить их все. Посмотреть, может, для некоторых из них потребуется целитель.
Тесса кивнула и снова уставилась в окно. Небо было того же цвета, что и ее глаза. Она напряглась, когда его руки заскользили вверх по ее ногам и голому животу, изучая каждую царапинку. Связь снова загудела от физического контакта и от того, что эффекты чар Павила и Метиаса начали ослабевать.
Он не мог не задаться вопросом, происходит ли то же самое с ней?
По тому, как ее конечности напряжены и извиваются под его руками, он мог бы предположить, что нет. Но, казалось, она всегда вела себя так рядом с ним. Если только они не спали. Когда она спала, то была похожа на богиню, которой следует поклоняться.
— Кажется больше нет серьезных повреждений. Или я что-то упустил? — он спросил.
Она покачала головой.
— Нет. Ты сделал гораздо больше, чем я заслуживаю.
Теон провел языком по щеке. Что он должен на это ответить?
— Почему ты думаешь, что не заслуживаешь помощи при травмах? Я что-то пропустил?
— Я ослушалась тебя, Теон. Пренебрежение моими травмами было бы оправданным последствием.
Боги.
Это было то, что сказал бы его отец.
— Я вылечу остальное завтра, Тесса. Наша связь просто еще недостаточно крепка, чтобы позаботиться обо всем сразу. Есть еще что-то, о чем мне нужно знать? — когда она промолчала, он добавил, — Скажи мне, или я заставлю тебя сделать это.
Он не думал, что это возможно, но ее лицо побледнело еще больше при упоминании об очаровании. Теон неестественно замер и его голос стал опасно тихим, когда он спросил:
— Кто-нибудь из них напал на тебя?
— Нет, — ответила она, поворачивая руки и протягивая их к нему. По всем ее предплечьям тянулись царапины, некоторые из них все еще кровоточили.
— Где-нибудь еще? — спросил он сквозь стиснутые зубы. Она покачала головой, и Теон глубоко вздохнул. — Пойдем в ванную. Мы можем очистить раны, а потом ты можешь принять ванну. После, ты сможешь отдохнуть до вечера, прежде чем нам нужно будет готовиться к ужину.
Она вздрогнула при упоминании об ужине, но послушно поднялась на ноги. Он оглянулся через плечо на Луку и Акселя, которые молча наблюдали за ними с озабоченностью на лицах.
— Кто-нибудь из вас может заказать обед? — спросил Теон. — Что-нибудь горячее.
— Уже занимаюсь, — сказал Аксель, доставая из кармана телефон. — Еду доставят через час.
— Спасибо, — ответил Теон, следуя за Тессой через дверной проем в спальню.
Она направилась прямиком в ванную и потянулась, чтобы стянуть через голову свой порванный топ для бега. Затем она исчезла в гардеробной, а Теон направился к огромной ванне, чтобы наполнить ее водой.
Он услышал, как она вернулась в ванную, и до него донесся ее голос.
— Принять ванну?
— Я подумал, что это поможет расслабиться лучше, чем душ, — ответил он, поворачиваясь к ней лицом, — Но если ты предпочитаешь…
Слова замерли у него на губах. Она стояла перед ним в кружевном красном белье, которое сочеталось с красным спортивным лифчиком, в котором она была на утренней пробежке. Несмотря на засохшую кровь и грязь на ее коже, связь вспыхнула желанием при виде нее.
Он прочистил горло.
— Если ты предпочитаешь принять душ,
