настроение, подышим свежим воздухом. Может, повезет — подстрелим ирбиса. Мне недавно доложили, что видели, как он охотился в горах.
Едва за королями закрылась дверь, как из портала вышел Орланд. Нахмурившись, он посмотрел на Аронда.
— Что-то ты, друг мой, сдал. Давай не жмись, показывай свои погреба. — Большие губы короля разошлись в радостной предвкушающей улыбке.
Широкие плечи Аронда задергались от смеха: теперь можно было вздохнуть полной грудью и за бокалом вина узнать подробнее, что произошло с его несмышленой дочерью.
* * *
На третий день охоты Кэмбела полностью захватил азарт. При виде белоснежного ирбиса, игравшего с черной, как ночь пантерой, его сердце замедлило свой бег. Сперва король полностью позабыл про недавнее стремление найти принцессу, а затем и про месть — сейчас перед его глазами стояли лишь два хищника. Любой ценой он решил отыскать красавцев, и тогда… Уж меткости его стрельбы любой мог позавидовать. Наслаждаться моментом мешал только военачальник, ступающий по пятам.
«Надо же… Райлас умудрился найти свою пару в академии Рахт. Оказывается, у него на шее висели заговоренные обручья. Их могла видеть только та, что смогла бы принять в себя силу графа и выносить от него детей. Поговаривали, что много жен умерло у его предков, прежде чем они додумались заговорить браслеты на схожесть магии. С тех пор с их помощью и искали себе супруг, не обращая внимания ни на родовой статус, ни на красоту. Вот еще! Связать себя узами брака с безродной девкой? Да ни за что!»
Кэмбел, крадучись, бесшумно ступал по белоснежному горному склону. Он шел к тому месту, где вчера видел играющих хищников, чтобы устроиться в засаде.
К счастью, Райлас задержался неподалеку от него — за другим валуном. Ваир же пробирался по склону с другой стороны. Его глаза тоже загорелись азартом, когда он услышал, какие красавцы обитают в его горах.
Легкий скрип снега вывел Кэмбела из задумчивости. Дыхание замерло от предвкушения. Выглянув из своего укрытия, он увидел кувыркавшуюся на снегу пантеру. Хищница была молодой, игривой и к тому же непуганой, иначе не каталась бы своей черной шерстью по белоснежному покрывалу.
Король затаил дыхание, натянул тетиву на луке, прицелился, но не выстрелил. Белый покров рядом с черной хищницей разлетелся в разные стороны и из него, подпрыгнув вверх, вылетел белоснежный красавец. Рот Кэмбела открылся от изумления: белый хвост с черной кисточкой на конце плавно выделывал выкрутасы в воздухе, помогая гибкому телу в полете.
Он узнал его мгновенно. «Это же тот самый хищник, что напал на меня возле забора академии!» Черные кончики на небольших ушах лишь подтверждали догадку.
Кэмбел вновь натянул лук и прицелился, предвкушая, как расстелет шкуры хищников в своих королевских покоях. Выпущенная стрела полетела с едва различимым свистом, но белоснежный ирбис, словно почувствовав приближавшуюся опасность, отскочил в сторону. Стрела вонзилась в белый покров рядом с его лапой. Черный вертикальный зрачок на голубой радужке злобно впился в короля.
Король не сразу сообразил, что упустил из виду второго хищника. Лишь услышав возле своего уха грозный рык, понял свою оплошность. Черной пантеры нигде не было, и не сложно было додуматься, где она находилась.
Когда острая боль от укуса пронзила его плечо, северянин заорал во все горло, стараясь привлечь к себе внимание военачальника, но тот будто не собирался приходить к нему на помощь. Опершись об валун, Райлас с безразличием смотрел на муки короля.
Поняв, что помощи ему ждать не от кого, Кэмбел, превозмогая боль, ударил локтем по морде хищницы. Пантера разжала челюсть, жалобно мяукнув. Этих мгновений королю хватило для того, чтобы подняться и броситься бежать, но тут на его пути встал снежный барс.
Хищник оголил свои острые белые клыки; в черном вертикальном зрачке пылала злость. Кэмбел остановился. Его тело покрылось колючими иголками от мысли: «Фамильяры! Белый, скорее всего, принадлежит принцессе, а вот пантера… Не может быть…»
Северянин перестал дышать, настолько его поразила собственная догадка. «Две дочери ректора, так похожие друг на друга. Принцесса была практически в моих руках. Я мог схватить ее до инициации, но упустил… И все этот ненавистный Куранский испортил. Ничего, поплатится он у меня!»
Кэмбел вскочил и бросился бежать, что есть сил, видя единственный путь к спасению в том, чтобы добраться до Ваира. К его удивлению, фамильяры не спешили нападать. Черная пантера игралась с его ногами, пытаясь ухватить лапой пятки, а ирбис бежал в стороне, зорко следя за баловством подруги.
В какой-то момент северянин понял, что сил на бег совсем не осталось, рубашка вся промокла от крови, сочившейся из раны на плече. Но у Кэмбела оставался еще один козырь в запасе — тонкий острый стилет в ножнах сапога.
Увидев перед собой ирбиса, смотрящего на него с холодным блеском стали в глазах, король понял, что это его последний шанс убить хотя бы одного фамильяра. Выхватив из сапога нож, он, размахнувшись, прыгнул, вложив все оставшиеся силы в прыжок.
До цели оставалось совсем немного. Но барс, словно разгадав его маневр, подпрыгнул, выгнулся в полете, схватил шею Кэмбела зубами и дернул со всей силы. Туловище короля северных земель полетело в одну сторону, голова же покатилась в другую. Отплевавшись, ирбис не спеша направился к своей подружке, с разочарованием смотревшей на обездвиженную игрушку. Облизав своим окровавленным языком мордочку черной пантеры, снежный барс повел ее прочь — обучать азам охоты.
Райлас подошел к останкам короля и с безразличием посмотрел на застывшее в предсмертном крике лицо Кэмбела.
— Вот и окончились дни твоего правления. Если бы не фамильяры, сам бы тебя со скалы сбросил.
Дождавшись, когда вся кровь до последней капли выйдет из тела мертвого узурпатора, Райлас положил к нему оторванную голову, скривившись от того, что придется нести ненавистную ношу к королю южных земель и объяснять при каких обстоятельствах погиб его друг.
Глава 15
Дания. Найди меня, держи в своих руках, не отпускай
После седьмой распитой бутылки Сунинского вина столетней выдержки, Орланд обвел пьяным взглядом огромные бочки винного погреба Ир Куранского и радушно улыбнулся.
— Аронд, до чего у тебя здесь уютно.
Широкие плечи ведьмака дернулись от смешка. В его черных глазах пляской отсвечивали всполохи света факелов, висевших на каменной кладке стен.
— Не замечал. — Аронд посмотрел в ту сторону, куда был устремлен взгляд короля. — На эту бочку не смотри: рано еще из нее вино пить.
Дар Мирский повернулся,
