в следующее мгновение его рот уже касается меня. Его язык раздвигает меня, скользя от входа вверх, к пульсирующему узлу нервов.
С моих губ срывается изумлённый стон, когда по телу пробегают искры.
— Ты на вкус даже лучше, чем я представлял, — бормочет он, проводя языком по губам, словно смакуя, прежде чем вернуться к своему занятию.
Его язык безжалостно дразнит меня, двигаясь с ничем не сдерживаемым пылом. Я думала, что он никогда этого не делал, но, должно быть, ошибалась, потому что его умение поражает. Наши взгляды снова встречаются, когда он втягивает меня в рот.
— Торн, — выдыхаю я, извиваясь под ним.
В его глазах вспыхивает самодовольное удовлетворение, когда мои движения становятся всё более беспорядочными. Жар скапливается внутри меня, когда я снова и снова произношу его имя. Он вводит в меня два пальца, медленно двигая ими вперёд и назад, мучительно неторопливо.
— Пожалуйста, — прошу я.
Его пальцы сгибаются, надавливая на чувствительную точку, от чего перед глазами темнеет, и всё взрывается.
— Торн, — вскрикиваю я, не в силах сдержаться, когда меня накрывает.
Не успеваю я опомниться, как он уже поднимается на ноги и накрывает мои губы горячим поцелуем. Его пальцы всё ещё движутся во мне, позволяя мне пережить последние волны удовольствия. Я стону, чувствуя на его языке запретный вкус самой себя.
— Пожалуйста, Айви, — шепчет он у моей кожи, когда волна наконец отступает.
— Позволь мне сделать это снова.
— Мм? — бормочу я, пытаясь уловить смысл его слов сквозь туман.
— Ты сказала, что мне не нужно останавливаться, — говорит он совершенно серьёзно. — Это всё ещё так?
Я уже готова ответить «да», когда с другого конца переулка раздаются шаги. Гриффен стоит там, его лицо искажено абсолютным шоком, когда он смотрит на нас, прижатых друг к другу. Жар вспыхивает на моём лице, когда я вспоминаю, насколько я сейчас обнажена. Мои руки тянутся к шнуровке, пальцы дрожат, пока я поспешно её затягиваю. В тот же миг крылья Торна расправляются, закрывая остатки моего достоинства и отрезая мне вид на его друга.
— Я… — начинает сбитый с толку фейри.
— Уходи, — обрывает его Торн, его голос низкий и угрожающий.
— Как ты можешь…
— Сейчас же!
Шаги удаляются в противоположную сторону, и я понимаю, что Гриффен ушёл, но его появление оставляет пространство для трезвых мыслей, вытесняющих туман желания. Тошнота поднимается в груди, когда я замечаю одно из тел, лежащих мёртвым на мостовой. О боги. Это было неправильно. Нам не следовало делать это здесь. Нам вообще не следовало этого делать.
Вопросы кружатся в моей голове один за другим. Что, если Торн на самом деле не хочет меня так, как я хочу его? Что, если сегодня ночью он заинтересовался мной только потому, что понял, что может прикасаться ко мне без вреда? Я бы не стала винить его за это. Было бы естественно воспользоваться такой возможностью с кем угодно. Но от этой мысли мне становится странно дурно.
— Прекрати, — голос Торна вырывает меня из этого водоворота.
Я поднимаю взгляд и вижу, что он смотрит на меня, прищурившись.
— Что?
Он подходит и встаёт прямо передо мной.
— Что бы ты сейчас ни думала.
Я приподнимаю подбородок.
— Ты не знаешь, о чём я думаю.
— Я знаю, что ни о чём хорошем.
Несмотря на его слова, ядовитые мысли продолжают расползаться. Сегодняшняя ночь была безрассудством. Нам повезло, что нас прервал именно Гриффен, а не кто-то другой. Любой мог увидеть нас здесь, на виду. А с новостями о моей помолвке, разлетевшимися по городу… я даже не хочу представлять, что сделает Бэйлор, если узнает. Делла была права. Я веду себя безрассудно.
Если бы нас обнаружили, больше не было бы ни шанса на свободу, ни проблесков лучшей жизни. Я поставила всё это на кон ради чего? Нескольких минут удовольствия с тем, кто только и делал, что лгал мне.
Это неправда, напоминает раздражающий голос где-то в глубине сознания. Ему не всё равно на тебя.
Я качаю головой. Что бы это ни было, мне нужно разобраться в своих чувствах вдали от Торна. Потому что суровая правда в том, что даже если ему не всё равно, он всё равно исчезнет, как только получит то, за чем пришёл. А я останусь здесь, запертая с Бэйлором навсегда. От этой мысли меня охватывает холод, и я теряю устойчивость.
— Это было ошибкой, — шепчу я, проходя мимо него.
Его обнажённая рука хватает меня за запястье, останавливая, и прикосновение его кожи к моей вызывает новую волну дрожи.
— Ты так не думаешь.
— Думаю, — настаиваю я, не глядя на него. — Если это дойдёт до Бэйлора…
Он хватает меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.
— Я бы защитил тебя. Тебе не нужно…
— Ты не можешь защитить меня, — перебиваю я, вырываясь из его хватки. — Пока этот ошейник у меня на шее, никто не может.
В его глазах вспыхивает решимость, но мы оба знаем, что я права.
— Мне нужно возвращаться.
Он кивает, медленно отступая и увеличивая расстояние между нами. Его ладони сжимаются в кулаки, словно ему приходится физически сдерживать себя, чтобы не прикоснуться ко мне. Если быть честной, я борюсь с тем же самым. Каждый нерв в моём теле кричит, требуя протянуть руку и снова поцеловать его.
Один уголок губ Торна приподнимается, заметив моё колебание.
— Кажется, тебе нужно идти?
— Да. — Мои брови сходятся, когда я понимаю, что стою и смотрю на него дольше, чем собиралась.
— Тогда тебе, наверное, стоит это сделать. — Он приближается, как хищник, почуявший кровь в воде. — Если только ты не передумала?
Я качаю головой, и мысли снова начинают расплываться.
— Уверена? — шепчет он, протягивая руку и заправляя прядь волос мне за ухо.
— Я с радостью докажу тебе, почему уходить — плохая идея.
Я облизываю губы, чувствуя, как во рту пересыхает. Понимая, что мне нужно уйти, прежде чем я снова утону в его притягательной близости, я собираю остатки сил и окутываю себя иллюзией. Ощущение иголок, покалывающих кожу, помогает мне прийти в себя.
Торн не двигается, пока я иду к выходу из переулка, его взгляд всё это время прикован ко мне. Он так и не объяснил, как всегда точно знает, где я, даже когда не может меня видеть. Раздражение нарастает, и это облегчает уход.
— Спокойной ночи, Жнец, — бурчу я.
Его тёплый смех разносится в темноте, и, когда он отвечает, в его голосе слышится улыбка.
— Спокойной ночи, Ангел.
Покачав головой, я выскакиваю из переулка и направляюсь обратно к
