и уходом. Он не дурак, — поделилась Настя с тревогой. — А тут — бах! — никого не было, и я…
— Не переживай из-за этого, — ободрил Сергей. — Обычно магический морок рассеивается особым способом так, чтобы казалось, будто человек не просто материализовался из ниоткуда, а вышел из-за угла, или из тени, или из-за чьей-то спины. Это особенно хорошо срабатывает в небольших, наполненных людьми помещениях. Так что все будет в порядке. Когда ты появилась, в офисе царила паника, люди хаотично передвигались по этажам, шумели и все такое. Парамонскому ни в жизнь не отследить, откуда ты взялась. Он решит, что ты пробралась следом за соседкой, но это уже другая проблема.
— И тоже проблема, — подтвердила Настя. Она достала смартфон и показала демону запись. — Перед тем, как морок спал, я успела снять видео, на котором Парамонский угрожает Анне Михайлове и пытается подкупить ее. Вот смотри. Я надеялась продержаться невидимкой до ухода, тогда бы было легче. Теперь же Парамонский свяжет видео со мной — тут без вариантов. А Белов меня узнает.
Звук пришлось уменьшить почти до минимума, чтобы окружающих не смущать. Видео закончилось.
— Твой бывший муж? — Сергей указал на Белова, застывшего на последнем смазанном кадре.
Настя кивнула.
— Да. К сожалению.
Демон на секунду замолк, подбирая слова, а потом произнес:
— Этот человек реально опасен, но ты его не бойся. Если он попытается причинить тебе вред, я уничтожу его.
— Что, прости? — Настя опешила от такого признания.
— Это человек убивал людей в прошлом. Он может попытаться напасть на тебя, но я предотвращу это. Так что не беспокойся о безопасности.
Настя растерялась:
— Но я ведь могу и сама постоять за себя, с ведьмовской-то силой. Я не боюсь.
— Я знаю, — согласился демон. — И говорю про крайний случай, который может возникнуть, если что-то пойдет не так. Просто имей это в виду.
— Ты же не можешь нападать на людей? — недоумевала Настя.
— Не могу. Так и есть, — донеслось в ответ. — За нарушение этого правила следует суровое наказание. Но я готов понести его, если так будет угодно судьбе.
— Почему?
— Потому что… — договорить он не успел.
— Привет, ребята! — громко окликнули из-за арки, ведущей на террасу.
К столу приближались Карик и Валя. Они придвинули стулья и начали рассказывать наперебой:
— Тут такое произошло! Анна Михайловна сегодня ходила к Парамонскому на переговоры.
— Я в курсе, — невозмутимо кивнула Настя.
— Так вот, — Валя сделала страшные глаза, — в это же самое время в офисе случился пожар. По всем местным каналам новостей уже показали. И представляешь, что заявил Парамонский?
Настя насторожилась:
— Нет.
— Он сказал, что его офис подожгли жители Болотной, не дающие ему построить элитный жилой комплекс вместо «этих стремных развалюх».
— Он именно так и сказал! — Карик возмущенно сжал кулаки. — Назвал наши дома «стремными развалюхами», которые надо снести. Он сказал, что хочет построить «как у цивилизованных людей». Ха-ха! — Сосед быстро нашел что-то в интернете и показал Насте с Сергеем фото улицы с аккуратными маленькими домами. — Парамонский искренне уверен, что его человейники, которые через десяток лет превратят район в гетто, это «цивилизованно». Вот. — Он ткнул пальцев в домик. — Это Стокгольм. Там за снос деревянного дома, которому сто лет, Парамонского бы помидорами тухлыми забросали и штрафанули бы нехило. Видите? Они сохраняют и ценят свою историю, а мы чем хуже?
— Погоди… — Настя притормозила гневный поток Кариковой речи. — То есть Парамонский обвинил в поджоге нас?
— Именно так, — подтвердила Валя. — Теперь он пытается подкупить кого-нибудь из журналистов или блогеров, чтобы раздули эту тему. Пока никто не согласился. По крайней мере из тех, кого мы знаем. Это сознательные люди, они не станут писать всякие сплетни…
— Но кто-то может прельститься деньгами, — не согласился с женой Карик. — Люди разные бывают. К тому же у Парамонского тоже наверняка есть свои знакомые в кругах СМИ.
— Да уж… — Валя понурилась. Потом вспомнила нечто важное. — Кстати! Мы ведь не случайно сюда пришли. — Она указала на домик-замок, перечеркнутый косыми дождевыми линиями. — Эту старую богадельню тоже хотят отсюда убрать.
— Что? — Настя ушам своим не поверила.
— Угадай, кто получил грант на ее реставрацию? Реставрацию, конечно, в кавычках. — задал риторический вопрос Карик, а Валя озвучила очевидное:
— Наш общий «друг».
— Но реставрация — не снос? — усомнилась Настя.
— По факту — да. Но ты вспомни про старую рыбную лавку на пешеходной улице в центре? Ее снесли под ноль, а на месте возвели уродливое здание в псевдояпонском стиле, добавив еще два этажа и цоколь, убив тем самым единую историческую стилистику всей улицы.
Настя догадалась:
— Так вы сюда по поводу богадельни пришли?
— Мы знаем владельцев кафе. Они тоже против сноса домика-замка. Многие посетители приходят сюда в том числе ради красивого вида за окном. В общем, хотим поговорить и привлечь новых сторонников в наши ряды…
Вскоре Карик и Валя ушли беседовать с владелицей.
Дождь кончился. Небо прояснилось, раскинув над городом полог лилового нежного вечера, окаймленный парой бледных радуг.
Настя с Сергеем вышли на улицу и сели в машину.
— На Болотную? — осведомился демон, заводя мотор.
— Да. — Настя откинулась на спинку сиденья. Призналась честно: — Я запуталась. И устала. Хотела как лучше, в итоге всем навредила…
— А еще ты придумала, как избавиться от проклятья, — напомнил Сергей.
— И все еще сомневаюсь… Вдруг опять не получится?
— Что-то обязательно получится.
— Что-то? — Настя нервно хихикнула. — Сегодня утром этим «чем-то» стал пожар, который только добавил новых проблем. Не хотелось бы еще сюрпризов подобного плана.
Машина неторопливо ползла вдоль набережной. Плелась над берегом чугунная, еще пушкинских времен, кованая ограда. Стройные фонари прятали в черном ажуре гаснущие комочки желтого света, перепутав грозу с ночью.
У пристани стоял синий круизный лайнер. Настя насчитала четыре палубы. Два белых лебедя на носу корабля изгибали шеи дугами и будто любовались собой, глядя в темную воду…
— От неприятных сюрпризов никуда не деться. У всех случаются, — произнес Сергей. — Такова жизнь.
— Да. — Настя снова взглянула на корабль. —
