перед нами, с довольным румянцем, всё ещё пылавшим на её щеках.
Рук тут же погрузился в хмурое молчание — реакция на откровенное признание сестры-близнеца.
Наш строгий архангел сделал вид, что ничего не услышал.
К счастью, Зора переключила внимание, оглядела стол и задала очевидный вопрос: — А где Ли-Ли?
— Она пошла в туалет, — тихо ответил я.
Зора посмотрела на каждого из нас, а затем покачала головой.
— Нет. Не пошла. По пути сюда я заскочила в комнату для маленьких девочек, там было пусто, как в винной лавке в первый день Великого поста.
Каждый из нас обменялся взглядами друг с другом. Прежде чем я успел задать вопрос, Рук перебил меня.
— Уже занимаюсь, — заявил он с пониманием в голосе. Сразу же на его лице появилось сосредоточение, прежде чем его глаза широко распахнулись.
Я не мог до конца объяснить дрожь его губ, когда они пытались сложиться в слова. Возможно, это было беспокойство или, может быть, даже шок, но в любом случае было ясно, что это не то, что он хотел увидеть, когда прослеживал путь нашего маленького падшего ангела до ее текущего окружения.
Взглянув на Сайласа, я почувствовал, как из моего горла вырвалось рычание, пока я пытался прояснить, что именно обнаружил наш компаньон-трикстер.
— Где она, Рук? — Мой взгляд метнулся к нему.
У него хватило такта смутится от того, что он увидел.
— Недалеко. Она в ночном клубе через несколько зданий отсюда.
Взгляд Сая был таким серьезным, каким я его никогда не видел.
— Что она там делает?
Рук сидел молча, не зная, что ответить. К счастью, у его сестры было больше здравого смысла, чем у него.
— Она… — Зора обреченно уставилась в землю. — Пуста.
— Пуста? — Я повторил ей это слово. Как она могла быть пустой?
Зора кивнула еще раз, не отрывая взгляда от земли.
— Пустота. Возможно, не физическая, но я не чувствую ничего, кроме сфабрикованной плохой энергии, исходящей от ее души, когда она взывала ко мне.
У Рука слегка отвисла челюсть.
— Ты пытаешься сказать, что она застряла в собственном воображении?
Неловко переминаясь с ноги на ногу, Зора искала ответ, который не преуменьшил бы ситуацию.
— Я говорю, что ничто не привязывает ее к реальности, какой мы ее видим. — Зора посмотрела на всех нас с извиняющимся и в то же время испуганным выражением в глазах.
— Черт возьми, — в отчаянии пробормотал я себе под нос. — Нам нужно добраться до нее, прежде чем она сделает что-нибудь, о чем потом пожалеет.
Положив руку мне на плечо, Рук посмотрел мне прямо в глаза.
— Приятель, нам нужно быть умнее в этом вопросе. Мы не знаем, во что ввязываемся.
— Как бы мне ни было неприятно это признавать, трикстер прав. Переполненный клуб далек от идеала для осмотрительности. Слишком велика ответственность, и мы усугубим ситуацию, если ворвемся туда без плана, — отметил Сай.
Взгляд Зоры метался между нами троими, пока мы пытались придумать план, который привел бы к наименьшему количеству жертв.
Наконец, она задала вопрос, который никто из нас не хотел рассматривать.
— А если она зашла слишком далеко?
Сай провёл пальцами по векам. Рук бросил на меня взгляд — дрожащий, будто он собирался сообщить действительно хреновую новость.
Я резко выдохнул и покачал головой:
— Нет. Это не вариант. Я не позволю.
Я посмотрел на Сайласа — он опустил руку и шагнул ко мне. Обеими руками он крепко схватил меня за плечи и заглянул прямо в глаза.
Глядя в упор, он грубо выдавил из себя: — Мы должны быть готовы.
— Готовы к чему? — встревоженно спросила Зора, её голос стал на октаву выше — по ходу мысли она уже начинала понимать, к чему мы ведём.
Я сжал зубы, не отводя взгляда от архангела, чьи пальцы всё сильнее сжимали мои плечи.
— К тому, что Сайласу придётся использовать на ней свой меч. — Мой голос прозвучал хрипло, срываясь на эмоциях до такой степени, что я сам едва узнал его.
— Я думала, Божественный Меч Ли-Ли — это единственное, что может сразить ее? — спросила она с замешательством на лице.
Сай объяснил: — Это так. Однако меч архангела превосходит это. Каждый Божественный Меч, который я когда-либо создавал, содержит маленькую частичку моего клинка. Так что, в некотором смысле, частичка меча Кина есть и в моем собственном.
До Зоры наконец дошло, насколько все серьезно. Выражение ее лица сменилось с печального и резко изменило направление на такое, которое отражало окрепшую решимость.
— Мы не позволим этому случиться, — твердо заявила она, как будто это можно было воплотить в жизнь.
Все, что я мог сделать, это кивнуть в знак согласия с благородным обещанием Зоры.
Прежде чем покинуть гастропаб, мы все быстро разработали план игры. Нас было четверо и одна Кинли. При обычных обстоятельствах это были хорошие шансы. Осталось посмотреть, сохранятся ли они в более не стандартной ситуации.
Когда мы прибыли в ночной клуб, небольшая группа людей попыталась получить доступ, но потерпела сокрушительную неудачу. Один человек жаловался на то, что двери заперты, а другой предположил, что, возможно, клуб закрылся раньше обычного.
— Это нехороший знак, заметил Рук.
Сай кивнул в сторону переулка: — Давайте срежем путь.
Скрывшись из виду за углом здания, подальше от любопытных людей, мы сверхъестественным путем проникли в клуб. Вся наша группа в мгновение ока переместилась из переулка внутрь ночного клуба.
Зрелище, которое нас встретило, было ударом прямо мне в живот. Все присутствующие люди стояли на коленях, а в центре комнаты была Кинли. Она стояла на коленях, сложив руки в жесте, похожем на молитву.
Почувствовав наше присутствие, она вскинула голову и открыла глаза. Завораживающий синий оттенок, который я привык обожать, исчез, сменившись зловещей тенью черного и вспышкой оранжевого и красного.
Рук сделал шаг вперед, но Сайлас остановил его, крепко схватив демона за руку.
— Подожди, — грубо приказал Сай.
Кинли поднялась на ноги, ее почерневшие крылья и руки были раскинуты в стороны. Ее ладони были обращены вверх, и струйки черного дыма лизали кончики ее пальцев, как будто ее ногти тлели.
— Уходите, — сказала она глухим голосом, который едва ли походил на ангела, которого я знал и отчаянно любил.
Я покачал головой.
— Мы не бросим тебя, когда ты больше всего в нас нуждаешься.
— Да будет так. — Не было никаких споров, никаких просьб к нам изменить свое решение, не было ничего, что говорило бы о том, что ей не наплевать.
Я посмотрел на Сайласа, уже заметив, что он смотрит
