Я фыркнула и начала сгребать пакеты от еды на вынос в другой мусорный мешок.
— Хорошая попытка. Они не могут это сделать.
— Могут и сделают. Они процитировали мне твой контракт, а значит, их юристы уже взглянули на него. Ты пропустила увеличенный дедлайн. Снова.
— Я только встаю на ноги. Они не могут ожидать, что я просто…
— Хейзел, двенадцать месяцев назад ты поставила свою подпись в отведённом для этого месте, — мягко сказала она. — Твой издатель любезно отодвигал твои дедлайны три раза. В этот раз ты даже не потрудилась навешать им заверительной лапши на уши. Ты просто ничего не сдала. И ты знаешь, как это выглядит для всех нас, с издательской стороны?
— Нет, но я уверена, что ты мне скажешь.
— Всё выглядит так, будто с тобой покончено. Ещё один выгоревший автор, который попросту больше не справляется. Один из тех людей, которые говорят о том, как раньше они писали книги.
— Ты такая драматичная. Что они сделают? Выпнут меня на обочину? Читатели их возненавидят меня за то, что они распрощались со мной в тяжёлый момент.
Зои затолкала в мусор целый пакет с пакетами.
— Какие читатели, Хейз?
— Мои читатели, — я внушительно тряхнула пакетом.
— Читатели, которых ты игнорировала? Читатели, которым ты не утруждалась отвечать? Читатели, которые ушли читать других авторов, продолжающих издавать книги?
Я выхватила переполненный мешок из её излишне драматичных рук и завязала его узлом.
— Серьёзно, что сегодня укусило тебя за твою накачанную на велотренажёре задницу?
Она пригвоздила меня взглядом.
— Хейзел, твои книги были бестселлерами среди любовных романов.
— Были? Злая ты в этом костюме.
— А потом ты позволила кому-то пробраться в твою голову, и теперь посмотри на себя.
Я не особенно хотела смотреть на себя.
— Хейз, если ты пропустишь этот срок, тебе конец, — сказала Зои.
Я затолкала в мешок стопку листовок-меню, которыми я вытирала что-то пролитое, и притворялась, что мои внутренности вовсе не сделались холодными как лёд.
— Они не могут так сделать. Они так не сделают. Я написала для них девять книг. Семь из них бестселлеры. Я ездила с ними в книжные туры. Читатели до сих пор пишут мне на электронную почту и просят новых книг, — по крайней мере, так было тогда, когда я в последний раз проверяла свой бизнес-аккаунт электронной почты.
— Да, ну что ж, твой издатель просит о том же. Ту книгу про Спринг Гейт, которую ты обязана написать по контракту. Ты не хуже меня знаешь, что для издателя автор ценен ровно настолько, насколько ценна его следующая книга. А у тебя её нет, — она взяла ещё один мусорный мешок, снова открыла холодильник и задержала дыхание, сгребая в мешок сгнившую салатную зелень и протухшие соусы.
Я не знала, как сказать Зои, что Спринг Гейт мёртв для меня. И что идея возвращения к серии, которую я так любила и которая положила начало моей карьере, вызывала у меня тошноту.
Ооо! Может, моя героиня будет профессиональным клинером, и герой нанимает её для наведения порядка в фермерском доме умершего родственника? Если неряхой будет кто-то другой, это менее гадко, верно? К тому же, я могу вписать в историю полное преображение дома, чтобы подкрепить рост персонажа. Я могла представить, как она будет таскать вещи до помойки, на голове у неё будет миленькая косынка, а на щеках — пятна грязи.
— Я не могу контролировать креативный процесс, ясно? — сказала я, потянувшись к ближайшему блокноту.
«Клининг. Помойка. Испачканное лицо». Книга практически писала сама себя.
Зои глянула на меня поверх двери холодильника.
— Если это правда, и ты действительно не успеешь к этому дедлайну, тогда тебе надо думать о плане Б.
— А что именно представляет из себя план Б? — потребовала я.
— Возможно, тебе пора обновить своё резюме.
Я широко развела руки, бросая Зои вызов посмотреть на мои дырявые шорты, разномастные носки и тапки в виде бешеных кроликов.
— Как по-твоему, я выгляжу заслуживающей приёма на работу?
— Ни капельки.
Я сжала руки в кулаки вдоль боков.
— Ладно. Я буду писать. Ясно?
Она захлопнула холодильник. Её зелёные как лес глаза пригвоздили меня взглядом.
— Я несколько месяцев не слышала, как ты смеёшься. Ты ещё хоть помнишь, каково это — быть смешной?
— Я, бл*дь, просто уморительная. Буквально сегодня мой халат застрял в дверях лифта, и миссис Хоровитц против своего желания полюбовалась моей задницей, — формально это было неделю назад, потому что именно тогда я в последний раз выносила мусор. Но юмор не сводился к точности. Юмор сводился к удачному выбору момента.
— Это что-то важное? — Зои подняла толстую стопку юридических документов, на верхней странице которых отпечатался круг от кружки кофе.
Я выхватила бумаги из её рук.
— Нет, — соврала я, положив их на верх холодильника.
— Ещё я слышу шепотки в своём офисе, — сказала она, меняя тему.
— Может, у тебя там привидения водятся?
Ооо! Как насчёт романтической комедии в маленьком городке, но добавить щепотку чего-то паранормального? Может, герой видит призраков? Или, может, героиня-уборщица обнаруживает зомби? Погодите-ка. Это уже не паранормальное.
— Они беспокоятся насчёт релевантности, — вот это вытащило меня из своих мыслей.
Я изобразила сильный рвотный позыв.
— Ты же знаешь, я ненавижу это слово.
— Да, ну что ж, лучше бы ты сделала его своей мантрой, потому что я не хочу, чтобы они заставили меня распрощаться с тобой.
— Ты хочешь отказаться от меня как от клиента? Зои! После всего, через что мы прошли? После того, как Зак Блэк пригласил нас обеих на танцы в средней школе? После ротавируса в Ванкувере? После того, как мы пропустили наш рейс в Брюссель и в итоге поехали автостопом на туристическом автобусе амстердамской панк-группы, и потом они написали о нас песню?
Она взмахнула рукой.
— Я-то не хочу отказываться от тебя! Я хочу быть твоим агентом и зарабатывать с тобой много денег, но прямо сейчас ты не упрощаешь задачу!
— Знаю, — жалобно сказала я.
— Слушай, Хейз. Не хочу быть засранкой или типа того, но твои продажи сейчас на самом низком уровне с тех пор, как ты была начинающим автором. Читатели целую вечность не видели тебя в лицо. Ты больше года не отправляла им емейл-рассылку. Твоя последняя активность в соцсетях — это когда твой аккаунт взломали и Ложная Хейзел начала писать в личку подписчикам и просить денег на роскошную первоклассную пересадку почки.
— Ты со всеми своими клиентами такая злая?
— Если тебя нежно держать за ручку, ты не реагируешь. Зато ты реагируешь на суровую правду. По крайней мере, раньше реагировала.
— О Господи. Ты такая драматичная. Ладно. Хорошо. Я сделаю ту штуку.
Зои положила полный мусорный мешок поверх других полных мусорных мешков, лежавших на полной мусорной корзине.
— Какую штуку?
Я взмахнула своей вазой с вином.
— То мероприятие с подписанием книг, от которого я отказалась.
Она побарабанила глянцевыми красными ногтями по разделочной доске.
— Это уже начало, но я тебе сразу скажу, этого недостаточно.
Она полезла в свой стильный портфель и достала две толстые папки, со звучным шлепком приземлившиеся на почти чистую столешницу.
— Прочти это.
Я вздохнула.
— Если надирание задницы окончено, не хочешь ли ты вазочку вина?
— Я бы не употреблять в пищу ничего из этой квартиры, даже если бы тут появился Педро Паскаль и начал кормить меня с ложечки.
Глава 2. Штаны для отличной задницы
Хейзел
— Ручки?
— Есть, — сказала Зои, похлопывая свой катящийся чемодан, пока мы быстро шли к Залу В в отеле Хойт. Мы обе опаздывали из-за моей катастрофической попытки самой сделать себе причёску. Я ненавидела опаздывать, особенно когда я и без того нервничала. Это было моё первое участие в мероприятии с несколькими авторами, и я волновалась, что моя пищеварительная система взбунтует.
