отпустив меня и схватив за плечи.
Я покачиваюсь от его крепких объятий, потому что едва стою на ногах. Ник сразу же подхватывает меня на руки, я даже не успеваю ничего ответить. У меня просто нет сил.
– Что с тобой? – говорит он, касаясь губами моего лба. – Милая, да ты вся горишь.
– Я знаю, – еле слышно говорю я.
– Тебе срочно нужно в постель, – говорит он взволнованным голосом. Кажется, Ник серьезно обеспокоен. Только от чего, не понимаю.
– Мысли только об одном, – мямлю я, обмякнув у него на руках, пытаясь пошутить.
– Ничего смешного, Стел, – практически рявкает он на меня. – Я вообще-то говорю о постельном режиме. Лежи и не вставай, – командует он, укладывая меня в кровать и накрывая одеялом. – Где у тебя аптечка?
– В ванной, в шкафчике над раковиной, – хриплю, закашливаясь.
– Ты разболелась, милая. Боже, почему не позвонила мне? – спрашивает он, гладя меня по волосам. Я вижу по его глазам, как он обеспокоен и расстроен моим состоянием. Никогда бы не подумала, что Ник на такое способен.
– Я спала и даже не знаю, где мой телефон, – говорю я.
– Я тебе звонил миллион раз. Уже подумал, что с тобой что-то стряслось.
Я качаю отрицательно головой: – Обычная простуда.
– Обычная, – грустно ухмыляется он. – Я чуть с ума не сошел, ты понимаешь это?
– Прости, – тихо шепчу в ответ. – Прости, что заставила тебя волноваться.
Ник идет в ванную, а я снова укутываюсь одеялом, размышляя о том, что впервые вижу его в таком смятении. Мой Ник вовсе не такой. Он сильный, смелый и ничего не боится. Тогда почему его так напугала какая-то простуда?
Мой? Я его назвала моим? Боже, я, кажется, на фоне простуды совсем лишилась разума, выдавая вероятно желаемое за действительное.
– Ты что-нибудь сегодня ела? – прерывает Николас мой внутренний диалог, не дающий мне решить, этот мужчина мой или нет.
– Нет, я спала весь день, – чувствую, как от упоминания еды у меня заурчало в животе. К тому же, понятия не имею, сколько сейчас времени.
– Выпей лекарство и воды, скоро принесу тебе что-нибудь поесть, – целует меня в лоб Ник и исчезает за дверями моей спальни.
Боже, он на самом деле слишком идеальный, а я просто безмозглое создание. Почему мне даже в голову не пришло ему отправить утром сообщение? Хотя мне было плохо, какие там сообщения.
Ищу свой сотовый телефон и вижу более тридцати пропущенных звонков, почти все от Ника. Пару от Патрика и от Джулии.
Перебрасываюсь с Патриком парой сообщений, чтобы узнать, что совещание и без моего участия прошло по плану, после набираю номер Джулии.
– Привет, – хриплю своим простуженным голосом.
– Почему не отвечаешь? – набрасывается она сразу на меня. – Все в порядке?
– Приболела немного, – откашливаюсь, прочищая горло.
– Ох, подруга, ты что разболелась? – взволнованным голосом говорит Джулия, начиная включать режим мамочки. – Может мне приехать? Как ты там справляешься?
– Джулс, сколько вопросов. Успокойся, все со мной в порядке, – хихикаю, вся сжимаясь от головной боли.
– Вы только посмотрите, она еще и смеется. Стел, что смешного? – ага, режим мамочки уже на полную катушку. – Мало того, что больная, так еще совсем одна, без сил, как ты одна справишься? Нет, мы точно с девочками уже едем.
– Джулс, перестань. Со мной все в полном порядке. Тем более, что я не одна. Недавно приехал Николас, он обо мне позаботится.
– Ну, слава Богу! Послушай, этот парень просто мечта любой женщины, и ты еще чего-то сомневаешься. Я с тебя балдею, – говорит она завороженным голосом.
– Как там девочки? – быстро перевожу разговор на другую тему.
– Смотрят мультики и блинчики лопают, – слышу отдаленные звуки работающего телевизора. – Девочки, – кричит Джулия, – скажи Стелле «привет!».
«Привет!», – раздаются голоса хором на заднем плане.
– Мамочка, – слышу внезапно в трубке. – Как твои дела?
– Привет, мое сокровище, все хорошо. Как ты проводишь время? – спрашиваю дочь.
– Мы сегодня целый день мультики смотрим, представляешь? – у меня расплывается улыбка на лице, когда я слышу, что у моего ребенка радостный голос, а это значит, что у нее все хорошо.
– Молодец детка, только не донимайте тетю Джулию, хорошо? – включаю строгого родителя.
– Ладно, мамочка, – соглашается она. – Я люблю тебя!
– И я тебя, солнышко, – за эти пару дней я безумно соскучилась по своему ребенку. – Передай Анне Мей привет.
– Окей, – говорит она, совсем как взрослая. – А ты передай привет Николасу!
У меня округляются глаза, что она говорит это.
– Конечно, малышка.
* * *
Весь вечер и следующий день Николас не отходит от меня, откладывая свои дела и направив все свои суперсилы на мое выздоровление. Он даже привозит знакомого врача, который выписывает мне антибиотики, способные помочь в скорейшем выздоровлении.
После визита врача я настаиваю, что со мной все в порядке и Нику необязательно весь день возиться со мной, но он ничего не хочет слышать. Я просто вынуждена ему уступить, потому что меня безумно радует, что в моей жизни есть человек, способный позаботиться обо мне. И этот человек не мой родственник, не моя подруга, а мужчина, который по доброй воле хочет быть рядом со мной. Он ведь ничего не просит взамен, только взаимности.
Я не хочу, чтобы Ник подхватил от меня вирус, поэтому настаиваю, чтобы он спал в гостевой спальне. Он со мной соглашается, демонстрируя свою разумную сторону.
Перед сном он приносит мне горячее питье и присаживается на край кровати. Николас снова гладит меня по волосам и все никак не идет спать, отчего у меня закрадывается сомнение, что он хочет о чем-то поговорить.
– Стел, я подумал…., – начинает он говорить и заикается, опустив глаза вниз. – Может, нам стоит съехаться? Что думаешь? – поднимает на меня свой вопрошающий взгляд. Я, наверное, в данный момент выгляжу смущенной, озадаченной, потерянной. Я ожидала разговора о чем угодно, только не об этом. Почему ему пришло в голову сделать столь серьезный шаг?
– Не думаю, Ник, что это хорошая идея, – неотрывно смотрю на него, кажется, даже не моргаю.
– Почему? Я и так практически все ночи остаюсь у тебя, мы поладили с Райли. Почему ты не хочешь? – сыплет он аргументами, и я не могу с ним не согласиться.
– Дело ни в том, что я не хочу этого, – начинаю я заводить свою любимую пластинку.
– А в чем тогда? – он становится слишком напористым.
– Я… мне…просто не готова…и…, – мямлю я словно пятилетка, хотя, вероятно, моя дочь точно бы нашла что сказать, но не я в данную секунду.
– Не надо оправдываться, Стел! – прерывает он мою невнятную речь. – Я просто прошу
