ко мне.
Елисей идёт на меня. Я отступаю и в итоге выхожу из спальни. Прикрыв дверь, он смотрит обеспокоенно.
– Ты в порядке?
– А что?
– Твоя бабушка сказала, что у тебя приём. Ты была у врача?
– Я посещаю психолога.
– Но ты в порядке?
– Не знаю.
– А кто же знает? – он делает шаг вперёд, а я натыкаюсь на стену коридора за спиной и вздрагиваю.
– Ты вносишь хаос в мою жизнь, – говорю открыто.
– А ты внесла в мою такой бардак почти десятилетие назад, что до сих пор разбираюсь, – признаётся он, замирая прямо передо мной. – Что мне с тобой делать, девочка моя?
– Я знаю, – произношу, глотая воздух.
– Хм? – выставляет по обе стороны от моих плеч руки и касается носом моих волос.
– ДНК, – как только я это говорю, он перестаёт дышать, затем продолжает, водя носом по виску. – Он нам не нужен, Василиса.
– Нужен, – сипло, почти умоляю.
Слышится долгий вздох. Такой тяжёлый, что в душе больно.
– Хорошо. Но я его и в руки не возьму.
Он прижимается к моей скуле губами в долгом поцелуе и уходит.
Глава 33
Елисей
Калитка была открыта, когда я приехал за Василисой и Анной.
Я ждал каждый день и каждый момент, в ожидании встречи с ними. Сегодня было всё иначе. Эта встреча не была связана с весельем. Но я понимал, почему это важно для Василисы. В конце концов, я был тем человеком, который заговорил о тесте ДНК.
Она говорила о цене правды. Но для такой правды цены не существовало, потому что решение уже было принято.
Анна Павловна открыла мне дверь ещё до того, как я поднялся по ступенькам.
– Доброе утро, Елисей.
– Доброе утро.
– Они собираются. Но ты можешь подождать девочек со мной.
Мы прошли в гостиную, и бабушка Василисы, непривычно тихая, отошла к окну и посмотрела на меня строгим взглядом.
– Ты же понимаешь, что это важно для неё?
– Понимаю.
– И ты понимаешь, какой результат успокоит сердце моей внучки.
Это как раз и было моим решением, которое я принял, наверное, даже когда не знал об этом сам.
– Есть только один правильный результат, – ответил я ей, и женщина, коснувшись груди, выдохнула. Затем Анна Павловна торопливо подошла ко мне и обняла. – Я не ошиблась в тебе.
Топот на лестнице заставил её отойти и украдкой стереть слёзы с лица, чтобы в следующую секунду улыбнуться влетающей в гостиную правнучке.
– Дядя Елисей.
Это приветствие заставляло меня улыбаться. Мне хотелось его каждый день. Потому что она обнимала меня, иногда начинала прыгать, всё ещё обнимая, топтаться по моим ногам, извиняться и делать это снова.
Василиса же была тихой. Сегодня особенно. И лишь слегка улыбнулась, сказав «Привет».
– Готовы ехать?
– Мама сказала, что мы едем в больницу.
– Это будет весело.
– Больницы – это не весело.
– Но не в этот раз.
Василиса сказала, что перевозить Анну нужно в специальном кресле, поэтому, когда я распахнул заднюю дверь, она охнула.
– У нас есть своё.
– Отлично. А это будет стоять в машине.
Неодобрительно она посмотрела на меня, но отвлеклась на изнемогающую дочь.
– Скорее, мамочка.
Василиса справилась с ремнями сама, а после села на заднее сиденье с Аней. Конечно, я рассчитывал на другое её местоположение, но воспоминания о нашей последней поездке могли сыграть плохую шутку. В любом случае настаивать я не стал.
Центр, куда мы решили обратиться, находился в Краснодаре. Поэтому поездка, длившаяся два часа с парой остановок, стала неизбежно захватывающей.
Анна задала ещё больше вопросов, пожалуй, обо всём, что успела увидеть или просто вспомнить. Я ответил на все. Даже если ответа не знал, мы с Василисой прибегали к помощи интернета, и всё получалось.
В Краснодаре сориентироваться помог навигатор, и клинику мы нашли без проблем.
На оформление и процедуру ушло чуть больше часа. Всё это время Василиса была сама не своя. Я хотел бы ей помочь, но попросту не знал как. Всё, что мне оставалось, – это уверять её, что всё будет хорошо.
На выходе я коснулся кармана и остановился.
– Проклятье, я, похоже, забыл кошелёк и ключи от машины.
– Что? Нам нужно вернуться, – Василиса тут же развернулась, но я её остановил.
– Вы прогуляйтесь по территории, тут очень красиво, а я быстро сбегаю, а когда вернусь, сходим в ресторан.
– Уверен?
Она посмотрела на меня так, словно извинялась за весь этот день, и была неправа в моём понимании.
Протянув руку к её лицу, я провёл пальцем по её скуле и улыбнулся.
– Уверен. Буду через минуту.
– Ладно. Будем ждать. Позвони, если что.
– Хорошо.
Как только Василиса и Анна ушли, я поднялся на второй этаж и вошёл в кабинет, откуда мы вышли пять минут назад.
– Что-то забыли?
– Да. У меня к вам просьба.
– Какая? – женщина посмотрела непонимающе.
– Мне нужен определённый результат.
– В каком смысле?
– Когда вы сделаете тест.
– Что вы имеете в виду?
– Если результат будет меньше 99 процентов, я хочу, чтобы вы добавили в него необходимое количество цифр и сделали его положительным.
– Но… ни за что. Это подсудное дело…
– Мы здесь не для того, чтобы доказать кому-то родство между мной и Анной. Моя жена пережила изнасилование. Родила ребёнка. Ей нужно жить дальше. И для того, чтобы переступить пункт «ДНК» и дать себе шанс, она должна знать, что родила не от насильника. Даже если это так. Я прошу вас помочь нашей семье.
Пока я говорил, женщина не дышала и не шевелилась. А когда закончил и протянул весьма толстый конверт, она даже на него не посмотрела. Поэтому я положил его на стол и прикрыл папкой.
– Я… хорошо. Простите.
– До свидания.
Сбежав по ступеням, я скорее услышал своих девочек, чем увидел. Анна громко смеялась, и когда я их нашёл, понял почему. Василиса катала её на качелях.
– Нашёл? – спросила она, стоило мне приблизиться к ним.
– Да. Оставил на стойке, где производил оплату.
– Ясно.
– Ну что, пообедаем, а потом погуляем? Раз уж мы в Краснодаре, не стоит упускать момент.
– Да-а-а, – закричала Аня, и Василиса пожала плечами.
– Почему бы и нет. Они отправят результаты на почту?
– Могут, но я поеду скоро обратно, чтобы подписать официальные документы на фирму. Заберу на обратном пути.
– Хорошо, – сделал шаг к качелям, чтобы остановить их и забрать дочь, но Василиса остановила прикосновением к плечу. – Елисей?
– Да?
– Изначально это была попытка отдалиться от тебя, – сказала она, честным взглядом смотря в мои глаза.
– Я знаю, милая.
