свободу. Эмили хлопала в ладоши с таким энтузиазмом, словно делала это первый раз в жизни. Она не могла ни нарадоваться, что теперь ее ладонь снова принадлежала ей и она распоряжалась ей по своему усмотрению.
После многочисленных поклонов, сестры Дэвис скрылись за занавесом, а все зрители повставали с мест. Эмили желала как можно скорее выйти из тесных рядов и оказаться подальше от Натана, но казалось, никто не спешил расходиться. К тому же еще миссис Фейн принялась шептать на ухо мужу, к кому из столичных гостей они должны быть в первую очередь предоставлены.
Вдруг, Эмили ощутила, как чья-то рука опустилась на ее талию.
– Эмили, ты же исполнишь со мной первый танец? – услышала она ненавистный голос Натана.
Неслыханная дерзость!
– Ни за что! – и со всей силы ткнула его локтем под ребро.
Он издал какой-то крякающий звук и тут же его рука слетела с талии.
– По-моему, ты напрашиваешься на наказание, – через несколько секунд снова заговорил он. – Я вот только не могу выбрать, устроить тебе новую порку или страстно поцеловать.
Эмили не удержалась и повернувшись к нему, одарила его сердитым взглядом.
– Если ещё хоть раз ты напомнишь мне о… ну ты сам знаешь о чем, я собственноручно застрелю тебя.
Натан усмехнулся.
– Так значит ты хочешь чтобы я поцеловал тебя? Замечательный выбор! Лично я тоже предпочел бы оказаться с тобой в более уединенной обстановке. Это принесет нам гораздо больше удовольствия.
Руки Эмили так и потянулись к нему, чтобы придушить этого негодяя.
– Ты выдаешь желаемое за действительное. Ты никогда не поцелуешь меня. Слышишь, никогда.
– Ох, Эмили, на твоём месте я бы не зарекался. Когда-то ты обещала больше не разговаривать со мной, и что я сейчас вижу, а вернее слышу? Ты ведёшь со мной сладкие речи. Я больше чем уверен, что совсем скоро ты подаришь мне поцелуй.
Не видя смысла продолжать этот разговор, Эмили недовольно фыркнула и отвернулась от него. В это время родители, наконец, решили выйти в проход и освободили ей путь. Правда Джудит тут же взяла дочь под руку, и как несколько минут назад шептала мужу, теперь шептала ей, кому они должны быть представлены. У матери были по истине наполеоновские планы, и Эмили пришлось не один круг пройти по залу, пока та их полностью не осуществила.
Кроме себя и отца, Эмили жалела мистера Дэвиса, которому пришлось как мальчику на побегушках у миссис Фейн, ловить того гостя, с кем Джудит желала познакомиться, и с важным видом представлять их друг другу. Каждое такое знакомство оборачивалось продолжительной беседой, и к тому времени, когда в зале не осталось никого, кто бы не знал семью Фейн, танцы давно начались, а Эмили уже хотелось оказаться дома.
– Дорогая, но ведь ещё слишком рано! – воскликнула Джудит, когда услышала просьбу дочери. – Мы только-только обрели новых знакомых. К тому же я собиралась пригласить их завтра к нам на пикник. Нет, о возвращении домой не может быть и речи! Ты ведёшь себя так, словно стала монахиней. Конечно, ты станешь женой священника, но тебе не стоит всё время проводить дома. И пока мистер Гриффин занят делами прихода, ты обязана налаживать связи. Нет, мы определенно не станем покидать дом мистера Дэвиса! У нас всего одна коляска. И если ты устала, то просто посиди на стуле. Никто не требует от тебя танцевать весь вечер.
– Я могу взять коляску, а потом прислать ее обратно, – настаивала Эмили.
– А вдруг мне или мистеру Фейну станет дурно, и нам срочно понадобится вернуться? Ты же знаешь, что у отца плохое здоровье. Не могу же я потом бегать и просить хозяев или гостей одолжить нам свою коляску?
Эмили знала, что мать слишком драматизирует. Ее упрямство и желание свести знакомство с важными господами мешали ей пойти на маленькую уступку.
– Миссис Фейн, простите, что вмешиваюсь в ваш разговор, – вдруг из-за спины Эмили появился Натан и встал напротив миссис Фейн, – только что я совершенно случайно стал свидетелем вашего спора, – Эмили сразу же нахмурилась, всем своим видом показывая, что не верит ни единому его слову. – Но я хотел бы предложить вам свою помощь. Если вы доверяете мне и не боитесь отправить со мной свою дочь, я мог бы отвезти мисс Фейн домой. Я как раз возвращаюсь в поместье и мне не составит труда по пути заехать и к вам.
– Ну что вы, мистер Коулман, я полностью доверяю вам. И раз Эмили так хочет вернуться домой, то я буду только признательна вам за оказанную моей дочери услугу.
– Тогда через десять минут жду мисс Фейн в своем экипаже.
Кивком головы мистер Коулман отдал обеим дамам честь и направился к выходу.
Чуть не плача, Эмили растеряно смотрела на мать. Теперь ничто не способно остановить Натана от исполнения своих угроз. Они вдвоем будут сидеть в его экипаже, и если он вздумает поцеловать ее, никто не сможет помешать ему это сделать.
Безнадежным взглядом, как заблудившийся в пустыне путник, она осмотрела гостей. Только чудо могло спасти ее, или…
Ну конечно! Тут же лицо Эмили просветлело, а глаза засияли. Она выглядела так, словно только что нашла оазис! Ничего у Натана не выйдет! Она будет мудрее и хитрее его. Сегодня в очередной раз он убедится, что мисс Фейн ему не по зубам. Она выиграет этот раунд! А он будет повержен!
С улыбкой победителя Эмили натянула перчатки повыше и решительно направилась в противоположный конец зала. Готовьтесь, мистер Коулман, совсем скоро ваша же доброта обернется против вас!
Глава 16
Когда Эмили вышла на крыльцо, там уже стоял экипаж Натана, а он сам переминался с ноги на ногу и держал дверцу коляски открытой. При ее появлении его губы растянулись в улыбке, а взгляд обещал неприличные удовольствия.
Прежде чем спуститься к нему, Эмили на пол пути остановилась, а потом чуть отошла в сторону, пропуская вперёд пожилую вдовушку Нэш. Та семенила ногами и подслеповатыми глазами всматривалась в шикарный транспорт.
– Мистер Коулман, благодарю вас за предложение отвезти меня домой, – проскрипела она старческим голосом, когда оказалась возле Натана. – Мой покойный муж очень любил все эти шумные мероприятия, но лично меня они всегда утомляли. К сожалению, после его смерти мне приходится полагаться на доброту соседей и ездить вместе с ними на балы и приемы, а потом ждать, когда они решат вернуться домой. Как вы знаете, у меня почти нет средств
