помолвка разорвана. Мисс Роли с клеймом брошенной невесты пришлось спешно покинуть дом и скрыться от ожидавшего ее позора. Как я могу доверять человеку, который не только вел разгульную жизнь, но и так жестоко поступил с невинной девушкой? Согласись я выйти за тебя, не случится ли со мной тоже самое?
Эмили заметила, как при упоминании о Ванессе Натан весь напрягся, а его пальцы настолько сильно сжали поводья, что почти побелели. В его голосе послышались ледяные ноты:
– То, что произошло между мной и мисс Роли не имеет ничего общего с тем, как я отношусь к тебе.
– Но ты бросил ее, и теперь не известно, захочет ли ещё кто-нибудь взять ее в жены. Возможно, до конца своих дней ей так и придется провести жизнь в полном одиночестве.
Эмили ждала, что сейчас он начнет либо оправдывать себя, либо во всем винить девушку, но вместо этого Натан сел прямо, натянул поводья и с силой дёрнув за них, коротко бросил:
– Не думаю, что тебе стоит беспокоиться о мисс Роли. Она прекрасно умеет это делать сама.
Коляска снова затряслась по дороге. Эмили почувствовала себя крайне неловко. Она уже пожалела, что упомянула об этой помолвке. Все таки было несправедливо не зная всех фактов обвинять одну из сторон. Но в то же время молчание Натана не помогало развеять ее сомнения. Что если ему просто нечего было ей возразить?
Наконец, они подъехали к зданию Церкви.
Глава 23
Джон появился во дворе, когда коляска остановилась возле крыльца Прихода. Он поспешил к гостям и помогая Эмили спуститься на землю, выразил радость по поводу их приезда.
– Я уже с раннего утра на ногах! – сообщил он, суетясь возле невесты и с нетерпением наблюдая за Натаном, который спрыгнул с коляски и не спеша направился к ним. – Там двадцать больших ящиков! Двадцать! Боюсь даже представить, сколько в них книг?! Это же работа на целую неделю!
Джон не заметил, но Эмили бросила тревожный взгляд на привезшего ее спутника. Ей не хотелось всю неделю провести в его обществе, да ещё и в такой близости. Не хватало ещё столько времени находиться между двумя мужчинами, один из которых был ее женихом, а второй усиленно метил на это самое место. Оставалась надежда, что энтузиазм последнего продлится не дольше одного дня и уже завтра он сошлется на неотложные дела и покинет их общество.
Все вместе они обошли здание Церкви и приблизились к пристройке, у входа в которую стояло с десяток ящиков.
– Пока погода благоприятствует, – пояснял Джон, – я решил оставить на улице половину, иначе в библиотеке будет совсем не развернуться. Надеюсь на милость Господа и что по Его воле дождь не прольётся до момента, пока все книги не окажутся под надёжным укрытием.
– Тогда нам нужно поторопиться, чтобы лишний раз не искушать Высшие силы, – произнесла Эмили, на самом деле думая о себе и Натане.
Внутри бывшего курятника ничего не напоминало о его прошлом предназначении. Здесь не только царила идеальная чистота, но и вдоль всех стен располагались открытые стеллажи. Пока еще они пустовали. Несколько шкафов стояли посредине помещения. Лишь находящиеся на полу большие ящики нарушали порядок. Несколько из них уже были вскрыты и внутри лежало множество книг.
– Вот, не удержался, посмотрел, что же нам прислали, – Джон подошёл к открытому ящику и взял одну из книг. – «Песни невинности и опыта». Ну, как вам это нравится?! Вот ещё. «Школа злословия». Пьеса. Это же ужас какой-то! Разве можно такие книги ставить в приходскую библиотеку?!
Эмили благоразумно промолчала относительно первой книги, так как ее название показалось ей очень даже любопытным, а вот на счет второй всё же решила высказать свое мнение.
– В «Школе злословия» нет ничего плохого. Это комедия, в которой высмеиваются царящие нынче нравы. Но я думаю ты прав, для приходской библиотеки она вряд ли подойдёт.
– Ну конечно! – воскликнул Джон. – Книги должны обучать, взывать к возвышенным чувствам, развивать в нас всё самое хорошее, а не высмеивать низменные инстинкты! – он брезгливо бросил пьесу обратно. – Очень надеюсь, что здесь не всё подобное этому.
Эмили подошла к другому ящику и вытащила оттуда первую попавшуюся книгу.
– О! Это должно тебя успокоить, – она протянула ему небольшой томик.
– «Векфильдский священник», – прочитал он и тут же его лицо просветлело.
В это время Натан прошел к тому самому ящику, где только что стоял Джон и взял книгу, которая так заинтересовала Эмили.
– А это я возьму себе, – еле слышно сказал он, и пока высоконравственный викарий его не видел, засунул ее во внутренний карман пиджака.
Эмили проследила за движением молодого человека и от досады закусила губу, так как сама надеялась в тайне от жениха припрятать ее для себя. Она одарила Натана сердитым взглядом, на что тот криво улыбнулся, решив, что именно его интерес к подобному произведению вызвал у нее недовольство.
Вскоре, все занялись работой. Первым этапом было освободить один из ящиков, чтобы потом складывать в него неподходящие книги.
Вначале работа шла молча, так как каждый внимательно изучал содержание того или иного произведения и решал, в какую именно стопку его отнести. Эмили не могла про себя ни отметить насколько ответственно Натан подошёл к этому заданию. В сущности, она первый раз видела его за каким бы то ни было занятием и выполнял он его достаточно серьезно. Эмили вдруг поняла, что совсем не знала эту сторону мистера Коулмана. Все эти годы она видела лишь ту, которая ей не нравилась. Никогда раньше Натан не представал перед ней в ином свете. Всё время их знакомства он казался ей легкомысленным и глупым. Болван! Вот кем он был для нее. Но сейчас, незаметно наблюдая за ним, она была удивлена. И хотя вызвался он помогать Джону лишь для того, чтобы продолжать испытывать ее терпение, при этом выглядел как человек, который умел увлечься своей работой.
Против воли Эмили нравилось смотреть на него и ловить каждое его движение. Натан даже стал казаться ей каким-то красивым. Привлекательным. Желанным…
Всё настойчивее в голову приходило воспоминание их поцелуя. Она будто снова ощущала его дерзкие, но такие мягкие губы. И ей нестерпимо захотелось вновь почувствовать как он коснется ее рта, как будет ласкать его, как проникнет…
О Боже! Она совсем сошла с ума! Словно избавляясь от наваждения, Эмили резко встряхнула головой и громко закрыла книгу. Все тут же уставились на нее.
– Это просто возмутительно! – воскликнула она,
