И к тому же после сегодняшнего я уверена, что Джису сама сможет о себе позаботиться.
– Ты только не обижайся на меня, Дженни, – вдруг тихо проговорила Каюн, – ты для меня как сестра, и я совсем не хочу с тобой ругаться.
Было слышно, что Каюн серьезно расстроилась. Дженни захотелось утешить ее.
– Не переживай. Мы не будем из-за этого ссориться. Я рада, что мы можем вот так разговаривать и все обсуждать!
Когда Каюн произнесла слово «сестра», Дженни вдруг поняла, что испытывает к едва знакомой девушке точно такие же чувства. Похоже, у нее каким-то невообразимым образом и в самом деле появилась «сестра».
Эпизод 39. Никогда-никогда
Сегодня госпожа Дан отпустила «ангелов» с тренировки на час позже обычного. Девушки были измучены до предела, но просить главного хореографа закончить пораньше было все равно, что умолять солнце взойти ночью. Оказавшись наконец в раздевалке, Каюн без сил рухнула на скамейку.
– Неужели все? Вроде привыкла к уровню интенсивности имени госпожи Дан… Но когда она нас так задерживает – выматываюсь…
– Ты молодец, Каюн! – сразу отозвалась Дженни. – Отлично справляешься, только психика пока не привыкла.
– Еще пара лет – и втянешься! – пошутила Кенни. Каюн показалось, что та впервые смотрит на нее вполне дружелюбно – как будто совместные многочасовые тренировки успели их сблизить.
Дженни тоже выглядела усталой, а может быть, расстроенной. У Каюн мучительно засосало под ложечкой: «Может, это из-за меня? Может, Дженни все-таки обиделась за вчерашнее? Но почему?»
– Девочки, ну и денек сегодня, а? Сходим куда-нибудь вместе? – предложила она. – Тим-билдинг, м-м?
Джису заметно оживилась. Она искоса взглянула на Дженни и поддержала Каюн:
– Я за! И посмотрите, какое классное место я недавно нашла, – листайте вправо!
Она сунула под нос Дженни свой телефон – и та с удивлением переспросила:
– Это кто, неужели Мун Джехи – тот актер, который недавно взял первое место на SBS Awards? Откуда он у тебя?..
На экране было вовсе не модное кафе, а мужчина лет тридцати с красивым широким разрезом глаз и точеными скулами, как будто тайком выхваченный камерой – взгляд направлен в сторону. Джису, вспыхнув, выхватила у нее свой мобильный.
– Нет, это не он… просто похожий кто-то… ты не туда посмотрела.
Она поспешно выключила телефон.
– В любом случае не сегодня, – отказалась Дженни. – Сегодня мне надо встретиться с матерью. Идите без меня.
– Я тоже пас. – Кенни быстрее всех оделась и уже направлялась к выходу. – Спорт.
– Да? – удивилась Дженни и хитро улыбнулась. – Ты и так самая накачанная из нас…
Кенни выпрямилась и свысока посмотрела на нее.
– Ну, хоть в чем-то я должна быть лучше тебя?..
Дженни неопределенно пожала плечами, старательно пропуская слова Кенни между ушей.
Когда спустя пять минут Джису и Каюн остались одни, Каюн вдруг почувствовала, что до дрожи в коленках хочет понять, почему Джису так поступила с Дженни.
Она пытливо взглянула на Джису и осторожно спросила:
– Слушай, ты сегодня свободна? Я бы все-таки сходила куда-нибудь. Может, недалеко – в Small bar на первом этаже?
Джису удивленно взглянула на нее.
– Вдвоем? Без девчонок?
Каюн кивнула.
– Не хочется домой. Можно просто по чашке кофе.
Они спустились на первый этаж: в Small bar можно было пройти прямо из холла, не выходя на улицу. В небольшом темном квадратном баре было малолюдно. Они уселись рядом с совсем желторотой парочкой – оба не старше пятнадцати. Рядом несколько офисных сотрудников что-то шумно отмечали.
Джису подозвала официанта.
– Можно нам два дайкири?
Через минуту принесли заказ. Джису пригубила коктейль из высокого бокала.
– Ты меня удивила. Была уверена, что и разговаривать со мной не будешь, не то что защищать перед самим Каном…
Каюн изумленно уставилась на Джису.
– Не благодари. – Помолчав, она криво улыбнулась. – Наверное, зря я так резко выступила… С агентством мне ссориться, конечно, рано… Но меня просто вынесло от его тона! К тому же ты не заслужила такого…
Джису сделала большой глоток и внимательно посмотрела на Каюн.
– Спасибо. У меня всегда были условия хуже, чем у девчонок. Так уж вышло: когда я пришла в группу, то ни о чем не просила, мне было достаточно того, что меня просто взяли. Кан это сразу почувствовал, предложил мне минимальный уровень вознаграждения и с тех пор его почти не индексировал… а мне никогда не хватало смелости попросить о большем. Так что выпад со стороны Кана меня ничуть не удивил. Но дело даже не в нем…
Справа вдруг послышался звон бьющегося стекла. В компании коллег, уже сильно опьяневшей, начинались взаимные откровения. Сбитого со стола бокала они даже не заметили, зато высокий парень громко зашептал в ухо своей плотненькой, похожей на нахохлившегося кукушонка, соседке:
– Госпожа Юн, я не хотел говорить, но наш новенький, стажер О… – Тут у парня сбилось дыхание, и он еще тяжелее задышал алкогольными парами прямо в лицо женщине. Та сморщилась и попыталась отстраниться, но не тут-то было: ее сосед зашипел еще громче:
– О отправил анонимный мейл нашему директору, господину Чо, о том, что его жена приходит к нам в офис почти каждый день, но обедает отнюдь не с ним… Вы представляете себе?! Это же настоящее предательство, госпожа Юн! Этого дурачка О скоро уволят, и он нигде не сможет найти себе работу!
Драматический рассказ явно произвел слабое впечатление на госпожу Юн, которая, казалось, была озабочена только тем, чтобы отодвинуться от разоткровенничавшегося коллеги подальше. Зато Джису выглядела такой ошарашенной, как будто подслушанная история касалась ее лично.
– Эй, зависла? – окликнула ее Каюн. – Сочувствуешь господину Чо? Или стажеру О? Лично мне жаль госпожу Юн!
Но Джису даже не улыбнулась. Она уставилась большими глазами на Каюн и вдруг сказала:
– Ты же даже не знаешь, что произошло между мной и Дженни. Если бы знала – ни за что не стала бы защищать меня перед агентством.
«Знаю, – подумала Каюн. – Но ведь есть какая-то причина, по которой такая милая и безропотная Джису так поступила. Почему она так сделала – вот что я хотела бы выяснить!»
И Каюн вперилась в Джису нетерпеливым взглядом.
– Расскажи мне, я хочу знать!
– Да, я расскажу, – тихо ответила Джису и снова отпила из бокала. – Ты ведь все равно узнаешь. Мне даже хочется тебе рассказать. Мне почему-то кажется, что ты сможешь меня понять. Даже если я сама до сих пор в ужасе от своего поступка…
Каюн отметила, что напряженное выражение на лице Джису сменилось привычным терпеливо-спокойным. Подростки, сидевшие за столиком перед ними, мило кормили друг друга
