в груди, а горло стянуло тесным обручем. Что-то недосказанное царапало ее изнутри и рвалось наружу. Она остановилась как вкопанная, лихорадочно решая – уйти ли в дом или все-таки поговорить с Тэхёном. Тот тоже не торопился выходить из машины – как будто хотел предоставить Дженни право выбора.
Неужели ей так и не удалось перерезать соединяющую их нить, которая самой Дженни прежде казалась такой тонкой? Ей снова захотелось загнать куда-то поглубже мысли о том, что несмотря на то, что Тэхён сделал, он все еще почему-то важен для нее… хоть это и унизительно. Куда бы закопать эти мысли – так, чтобы она сама не смогла до них добраться?
Темная фигура отделилась от БМВ и приблизилась к ней.
– Мы можем сейчас поговорить, Дженни? Знаю, тебе это неприятно, но мне очень нужно десять минут твоего времени. Я стерегу тебя у дома уже три дня. Сегодня я просто так не уеду.
Дженни с удивлением заметила упрямое отчаяние на лице Тэхёна, хотя не собиралась замечать больше ничего и никогда. Она вообще собиралась забыть о его присутствии в этом мире.
– Ну, только если ты угрожаешь мне провести здесь всю ночь…
Дженни сама удивилась своей способности шутить в этот момент. Ее внутренности кололо мелкими иглами, а голова горела. Когда это мучение закончится? Разве Тэхён не может просто исчезнуть из ее жизни и памяти?
– Можем зайти к тебе?
– Нет, – быстро ответила Дженни. – Давай присядем здесь. – Она кивнула в сторону скамейки.
– Да, – обреченно бросил Тэхён, как будто на большее он и сам не рассчитывал.
Он быстро подошел к своей машине и, наклонившись, достал две кружки с кофе на вынос. Протянул одну Дженни.
– Это твой любимый, с ванильным сиропом. Я помню.
Они уселись на скамейке в метре друг от друга, и Дженни попыталась усилием воли собрать чувства в тугой пучок – чтобы не расплакаться и не сказать ничего лишнего.
– Клянусь, я не сразу понял, что сделал чудовищную вещь.
Голос Тэхёна прозвучал слишком резко для ночной тишины, и Дженни снова вздрогнула. Она повернулась, чтобы взглянуть ему в глаза, но Тэхён смотрел вниз, вертя в пальцах пластиковую кружку. Через секунду он продолжил:
– Ты не представляешь, насколько я был зол. Я был просто в ярости. И еще пытался скрывать это от тебя. Сначала – чтобы не портить наши отношения, а потом – чтобы испортить тебе жизнь.
– Я ничего не замечала, – тихо проговорила Дженни. – Это самое ужасное.
Ей очень хотелось сейчас разозлиться на него. Раньше это не было проблемой, но сейчас катастрофически не получалось.
– Нет, – покачал головой Тэхён, – пожалуйста, не пытайся казаться такой железной, Дженни. Я знаю, что ты не такая. Проблема совсем не в тебе, а во мне. Это я не смог с собой справиться. С тем, что рядом с тобой оказался просто жалким неудачником…
«Так и есть, – проговорил голос у Дженни в голове. – Тэхён – единственный, кто знает, что ты не такая уж и железная. Поэтому ты никак не можешь от него избавиться. Кроме него ты ни с кем не умеешь быть самой собой».
Дженни вдруг захотелось разрыдаться у Тэхёна на плече. Вместо этого она стиснула зубы и ответила:
– Да, ты и есть проблема. Чертов предатель, вот кто ты!
Ее голос прозвучал злобно и сдавленно, и Дженни сама не узнала его. Тэхён поднял на нее глаза.
– Я знаю, ты никогда не простишь меня.
Дженни вдруг почувствовала страшную горечь, которая ядовитой струей прокатилась по ее венам.
– Да, никогда, – эхом отозвалась она.
– Я ужасно жалею о том, что сделал, – дрогнущим голосом проговорил Тэхён. – Я просто хотел сказать тебе это.
– Я бы задушила тебя сейчас, – выдохнула Дженни и поспешно отвернулась. Чтобы ненавидеть Тэхёна, ей нельзя было встречаться с ним взглядом.
Она поднялась со скамейки и, стараясь не смотреть в сторону бывшего любимого, зашагала к дому. Подходя к подъезду, она услышала, как Тэхён хлопнул дверцей машины и завел мотор.
«Неужели причина этого кошмара – то, что он никак не мог выдержать ее успех?! Они все с ума посходили? Чего они от нее хотят?!»
Больше всего сейчас Дженни хотелось зареветь злыми слезами. Что она должна сделать, чтобы самые близкие люди перестали ее уничтожать?
Эпизод 40. Идеальный бойфренд
Давай налью тебе чаю, – мягко проговорил Джунхо после того, как Каюн со слезами на глазах рассказала ему о чудовищном разрыве, случившемся между Дженни и Джису Утром, сидя в его крошечной светлой кухне, она вдруг расплакалась, дав волю эмоциям. Чувствовала она себя при этом очень уютно: Джунхо успел стать для нее домом. В голове у девушки промелькнули расплывчатые кадры: над ней склонилось лицо улыбающейся полной женщины с платком на голове, она будто успокаивала ее… кажется в ее прошлой жизни у нее тоже был дом.
– Я еле сдержалась, чтобы не заплакать или не закричать… Не представляю, как Дженни выдержала!
Джунхо секунду пристально изучал Каюн, как будто оценивая ее эмоциональное состояние, а потом исчез в недрах кухни и скоро вернулся с белой кружкой чая.
Поставив кружку перед Каюн, Джунхо обнял ее сзади и поцеловал в макушку. Каюн почувствовала его тепло, которое окутало ее с головы до ног.
– Ты дала Джису дельный совет. Это, пожалуй, лучшее, что можно было для нее сделать.
– А я ведь прилюдно поддержала Джису на собрании… – с горечью продолжила Каюн. – Я уверена, что Дженни восприняла это как предательство!
– Ты все сделала правильно… – Джунхо нежно поцеловал ее в шею. – Ты у меня молодец…
Каюн прижалась к нему спиной: именно такие слова ей и нужно было услышать.
– …и теперь тебе стоит все-таки тихо посидеть, – продолжил Джунхо. Он взъерошил Каюн волосы на затылке и, обойдя стол, уселся напротив нее. – Не стоит слишком выделяться. И какой в этом смысл? Это не твоя война.
У Каюн неприятно засаднило в горле.
«Зачем он говорит так?!»
– Не высовываться, пока это меня не касается? – Она с вызовом взглянула на Джунхо. – Такой твой подход?
Каюн сама не поняла, откуда вырвались эти слова и почему они полетели острыми стрелами в Джунхо. Ей тут же стало стыдно.
«Джунхо слишком хороший, и поэтому она может позволить себе резкости. Если она так будет себя вести, он, наверное, бросит ее?»
Она с мучительным вниманием уставилась на бойфренда. Сердце мерило секунды.
Джунхо тоже задержал на ней взгляд, в котором сквозило что-то незнакомое: то, чего раньше он никогда не показывал Каюн. Она ожидала, что Джунхо
