вынуждая опуститься спиной на гладкую поверхность. Она поддалась без сопротивления, позволяя мне дюйм за дюймом задирать ее ночную рубашку. Тут я увидел, что она не надела нижнее белье, и коснулся ее лона.
– Видишь, как ты внимательно меня слушаешь, пока я ласкаю тебя. Похоже, мне стоит делать это чаще. Может, тогда ты меньше будешь со мной спорить.
– Пожалуйста, помолчи, – выдавила она, но ее бедра ритмично двигались навстречу моим пальцам, увлажняя их. – Просто… я хочу тебя, Доминик.
Я прекрасно знал это. Еще в офисе она умоляла меня, и ее тело явно не собиралось так быстро об этом забывать. Как и мое. Но я не торопился: сначала поцеловал ее гладкий живот, потом ребра, а затем сосредоточился на сосках, прикусив их именно так, как ей нравилось.
Она вцепилась в мои волосы, побуждая меня действовать быстрее, но я нарочно тянул время. В этом и заключалась моя цель – доказать ей, а может, и самому себе. Член упирался в брюки, но я не стал расстегивать ремень и продолжал ощущать, как ее возбуждение обволакивало мои пальцы.
– Доминик, я серьезно. Пожалуйста, я хочу тебя.
– Что конкретно ты хочешь?
– Хочу, чтобы ты взял меня, – выпалила она, но я медленно покачал головой:
– Неверный ответ. Видишь ли, я тут художник и эксперт, детка. – Я опустился перед ней на колени. Ты жаждешь сперва выяснить, какое воздействие оказываешь на меня, а после мои ласки. Именно этого ты и желаешь. Я докажу. Раздвинь ноги.
Она не колебалась, и я осознал, что прежде мой дом был несовершенен. Она на моем кухонном острове – вот чего ему недоставало. Она была тем самым последним штрихом. Я расположил ее на гранитной столешнице и разложил вокруг все возможные лакомства, поскольку намеревался воспользоваться этим сполна.
Я взял взбитые сливки и нанес их на ее лоно. Она ахнула от контраста ощущений, прохладный сладкий слой покрыл мой любимый десерт. Сегодня вкус Клары обещал быть незабываемым. Отделил лепесток от одного из пирожных, провел им по ее животу, а затем последовал за ним языком, позволив лепестку растаять во рту. Мой стон, прозвучавший у самой ее кожи, вынудил девушку вздрогнуть.
Потом, не спеша, слизал взбитые сливки с ее клитора, упиваясь ее возбуждением и сладостью.
– Это самый сладкий десерт, что мне довелось пробовать, Клара. Никто другой мне не нужен, – только ты. – Я продолжал наслаждаться ее вкусом, даже когда полностью слизал сливки. Ее тело сжималось, она стонала и выкрикивала мое имя раз за разом. И когда она решила, что все закончилось, когда мышцы начали расслабляться, я лишь усилил напор. – Еще не все, детка. Далеко не все. Оседлай мое лицо, красавица. – Она всхлипнула, сказав, что больше не в силах. Я шлепнул ее по попе. – О, ты сможешь. Прямо здесь и прямо сейчас. – Я притянул ее к краю столешницы. – Оседлай как следует, жестко и грубо, так, как ты хочешь.
Я подмигнул ей, и она прищурилась, но решительно сжала челюсти и опустилась на мое лицо. Я дернул ее на себя, впиваясь в клитор. Произносил вслух то, что она жаждала услышать, и, боже, ее тело со мной соглашалось.
Новый оргазм заставил ее содрогнуться, выгибая спину, а из горла рвались мольбы о чем-то даже неведомом ей самой. Когда она попыталась отстранить меня, я вновь шлепнул ее по попе.
– Разве я не доказал тебе раньше? Я знаю твои желания лучше, чем ты сама.
Мое внимание невольно приковало заметное покраснение на ее бедре. Я чуть перевернул ее и, склонившись к уху, прошептал:
– Сколько раз мне надо отшлепать эту попку, чтобы ты наконец поняла, детка?
Она поерзала на прохладной столешнице, но не отстранилась. Напротив, ее тело поддалось навстречу мне.
– Поняла что?
– Что ты художник. – Я шлепнул ее, и она ахнула. – Что ты не сомневаешься в своем мастерстве. – Очередной шлепок. – Что я в тебя верю. И что тратить мои деньги на твои идеи не просто допустимо, а необходимо. Хочешь знать почему?
Она всхлипнула «почему», пока я поглаживал ее.
– Потому что ты принадлежишь мне. А я признаю совершенство. Несовершенное, но прекрасное совершенство.
Я запустил руку между ее ног и почувствовал, как возбуждение стекает по внутренней стороне бедер.
– Черт возьми, ты вся влажная, детка. Тебе нравится, когда твой босс тебя наказывает, да?
Не колеблясь ни мгновения, она выдохнула «да» снова и снова.
Мой палец беспрепятственно погрузился в нее.
– Как жадно ты принимаешь меня. Твое лоно обожает меня. Интересно, станет ли оно таким же красным, если я шлепну по этому месту, детка? От розового до красного, прямо как в твоей пекарне?
Я уже не мог смотреть на это иначе. Не после того, когда два раза слегка шлепнул ее по лону и увидел, как поблескивавшая от влаги кожа потемнела.
Она плакала, умоляла, стонала, требуя овладеть ею. Но я лишь ввел второй палец и приказал:
– Кончи, красавица. Докажи, что наказание пришлось тебе по вкусу. – Она выкрикнула мое имя, и член напрягся в брюках. – Проклятье, кексик. Ты кричишь для своего фальшивого парня так, будто мечтаешь, чтобы он стал настоящим. Ты чертовски хорошая девочка.
Я начал опускаться перед ней на колени, чтобы опять вкусить ее, но вибрация телефона на столешнице заставила ее напрячься. Она потянулась, перевернула телефон экраном вверх и тихо произнесла:
– Звонит твоя бывшая.
Никто не испортит этот миг.
– Не обращай внимания.
Клара покачала головой и, спрыгнув со столешницы, оправила ночную рубашку, глубоко вздохнула, будто пытаясь собраться с мыслями после оргазма. Затем повернулась, вновь забралась на кухонный остров и встретилась со мной взглядом, вероятно, чтобы оценить мою реакцию.
– Нет. Ты говорил, что всегда игнорируешь ее. Ответь ей.
И тут Клара сделала то, чего я совершенно не предвидел: нажала на зеленую кнопку и сама ответила на звонок:
– Алло.
Мои глаза невольно расширились, а она прикусила губу.
– Да, он в кабинете. Позволь спросить, по какому вопросу ты ему звонишь?
Тишина.
– Мне известно, кто ты. А вот знаешь ли ты, с кем разговариваешь сейчас? – поинтересовалась Клара спокойно, без намека на испуг. Натия жаждала уловить в ее интонациях тревогу, но непоколебимость Клары вынудила меня гордиться ею. – Что ж. Теперь тебе ясно, что между нами все серьезно. А причина, по которой ты не можешь до него дозвониться, проста – он крайне занят.
Она наклонила голову, продолжая слушать, но ее пальцы уже уверенно расстегнули мои брюки и обхватили возбужденный член. Клара начала медленно двигать рукой вверх-вниз, вверх-вниз. Когда
