линию, – но вместо ответа спросила:
– Мама, а как ты поняла, что тебе нравится папа?
Мать удобно устроилась, скрестив ноги по-турецки.
– Дай-ка вспомнить…
Ся Дэн подперла подбородок рукой, готовая слушать.
Мать задумалась и начала рассказывать:
– Когда я вернулась в Китай учиться, у меня вообще не было бытовых навыков и я чувствовала себя чужой везде. Твой папа в то время только начинал бизнес, и ему было тяжело, поэтому он оставил резюме в одном кадровом агентстве.
– И что потом?
– Мне тогда нужен был учитель китайского, и так получилось, что я наняла его. Его резюме было настолько впечатляющим, что казалось фальшивкой, но его уровень действительно был высоким, и мне захотелось узнать о нем больше. Узнав, что ему не хватает денег, я отдала ему все сбережения, которые привезла с собой, – так мы и стали парой.
– Разве папе не хватало денег? – спросила Ся Дэн. Ее бабушка была главой агентства недвижимости «Сяжунь», и даже если отцу поначалу было трудно, вряд ли дело было в финансах.
– Он притворялся.
– …
– Он специально оставил резюме в том агентстве, ведь знал, что я ищу учителя.
Ся Дэн долго молчала, а потом сказала:
– Папа действительно крут.
Мать улыбнулась.
– Хитрость доказывает его ум, но не любовь.
– Но он любит тебя.
– Да, любит. – Мама кивнула.
Ся Дэн облокотилась на спинку дивана, размышляя о родительской любви, и невольно пробормотала:
– Мужчины все одинаковые, когда встречают того, кто им нравится.
Мама услышала ее слова.
– Твой парень тоже притворяется, что у него нет денег?
Ся Дэн покачала головой.
– Он притворяется во всем.
– И он все равно тебе нравится?
– Он любит меня.
Мама слегка замерла, затем мягко поправила волосы у уха дочки.
– А ты? Ты уверена в своих чувствах?
Вопрос вернул их к началу разговора, но теперь у Ся Дэн был ответ.
Она посмотрела на рекламный баннер, видневшийся в дальнем конце улицы, и тихо сказала:
– Мне важно все, что с ним связано. Все в нем влияет на мои эмоции. Мне больно, когда он ранен, больно, когда он отдаляется… А когда с ним все хорошо, мне кажется, я тоже в порядке.
Мама смотрела на наивное выражение лица дочери, когда та говорила о любви, и на губах ее играла улыбка.
Ся Дэн повернулась к ней.
– Если это не любовь, то я не знаю, что такое любовь.
Мама все поняла, обняла драгоценную дочку и просто сказала:
– Все хорошо.
Ся Дэн так давно не была в объятиях мамы – из-за своей холодности, – что сначала даже не отреагировала. Но та не обратила на это внимания. Она скучала по такой дочери. Много лет спустя она наконец увидела ее снова – пусть даже ненадолго. Ее малышка словно стала чуть ярче. Не сильно, но она уже не была такой равнодушной, такой бесчувственной, как раньше…
Как же это приятно.
Не нужно часто.
Иногда – достаточно.
– Можешь сказать мне его имя?
Ся Дэн отстранилась от мамы и посмотрела на нее.
– Я не буду ему докучать. – Мама сделала вид, что немного обижена. – А ты бы хоть раз так спешила расспросить меня о моих делах!
Ся Дэн не стала колебаться и сразу ответила:
– Ю Фэн.
Услышав это имя, мама замерла. Ее мягкое выражение лица рассыпалось и не собиралось обратно как минимум полминуты, хотя контроль эмоций всегда был ее сильной стороной.
Ся Дэн почувствовала неладное, но не стала спрашивать. Если мать захочет объяснить – она скажет. Хотя легкое беспокойство осталось, она знала родителей: они всегда уважали ее выбор. Поэтому она не стала зацикливаться на этой странной реакции.
Глава 48
Корабельный фонарь отклонился от курса
(часть 8)
У Шэнь Ю и Хэ Чжуншэна были свои дела – учеба и работа, поэтому они не могли долго оставаться с Ю Фэном и уехали через два дня. На третий день Ю Фэн получил сообщение от Хэ Чжуншэна:
«При Шэнь Ю неудобно было говорить, а теперь, когда он уехал, наконец есть возможность. Прости за историю с Гуань Исинь, я не ожидал, что так получится. В будущем, если ты будешь давать советы насчет женщин, я буду прислушиваться, чтобы подобное не повторилось».
Ю Фэн ответил:
«Херню не городи. Кто тебе вообще давал советы насчет женщин? Я – нет».
Хэ Чжуншэн тут же прислал сообщение:
«Да-да-да, это собака насоветовала».
Ю Фэн заблокировал его после этого. В этот момент Ся Дэн, которая смотрела его экран через трансляцию, спросила:
– Разве он не намекает, что ты хорошо разбираешься в женщинах?
– Оговорился, – отрезал Ю Фэн.
– Ага. – Ся Дэн кивнула.
– Ты вообще слушала, что я объяснял?
Ся Дэн ответила:
– Не мне же писать эту домашку, так что не важно, слушала или нет.
– Сама не делаешь, а меня заставляешь.
– Ну, если кто-то готов за меня писать, я не откажусь. Профессор Фан даже хвалит меня.
– Ты завела парня, чтобы его эксплуатировать?
В этот момент домработница напомнила Ся Дэн, что суп готов. Ся Дэн включила громкую связь, отложила телефон, сняла кастрюлю с огня, надела прихватки и открыла крышку. Ароматный пар окутал ее лицо. Она отвернулась и, широко раскрыв глаза, посмотрела на домработницу.
– Готово?
Та осмотрела блюдо и улыбнулась.
– И цвет, и запах, и вкус – в самый раз.
Тем временем Ю Фэн добавил:
– Ладно, напишу за тебя. Только не игнорируй меня.
Ся Дэн взяла телефон.
– Суп готов. Сейчас упакую и привезу тебе.
Ю Фэн замолчал на секунду.
– Ты что, все это время варила суп?
– Угу. – В голосе Ся Дэн слышалась гордость. – Впервые. Наша домработница говорит, что получилось идеально. Я даже не попробую – первая ложка будет твоя.
Услышав это, Ю Фэн прошелся туда-сюда у телевизора, чтобы успокоиться, и затем максимально ровно произнес:
– Первая ложка мне? Ты его не отравила, часом?
– Да, подсыпала туда пачку мышьяка. – Глаза Ся Дэн мягко сияли.
Ю Фэн прикрыл рот рукой. Слишком уж часто он улыбался в последние три дня.
– Так сильно ненавидишь меня?
– А нельзя? – Ся Дэн наивно склонила голову набок.
Не в правилах домработницы было подслушивать разговоры, но в тоне Ся Дэн явно отсутствовала ее обычная холодность, и домработнице невольно захотелось уловить хотя бы пару фраз. Но прежде чем она успела что-то разобрать, ее взгляд упал на браслет на запястье Ся Дэн – тот самый, с якорем. Видимо, парень подарил.
Только вот ту безделушку она подобрала несколько лет назад…
