надо мной.
Хайдин хватает меня за талию, переворачивает на живот и, вцепившись в бёдра, приподнимает мою задницу в воздух. Коленями широко раздвигает мои, а затем вставляет свой член в мою киску. Без прелюдии, без верёвок, цепей или кляпов. Хайдин хватает одной рукой меня за волосы, прижимая моё лицо к его матрасу, а другой засовывает большой палец мне в задницу, и трахает мою киску, пока я не начинаю выкрикивать его имя, и моя влага не покрывает его проколотый член.
С трудом открываю глаза и оглядываю комнату. В постели только я и Маффин. Поднявшись, захожу в уборную, надеваю футболку и выхожу из его спальни. Желудок урчит, напоминая, что пора позавтракать. Я дважды испытала оргазм, а после превратилась в бесчувственное желе. Хайдин трахал меня, пока я не отключилась.
Пройдя по коридору, я оказываюсь в просторной кухне-гостиной, где вижу Хайдина, стоящего у кухонного стула в центре комнаты. На чёрной кожаной поверхности лежат верёвка и шприц. Я отступаю и разворачиваюсь, чтобы вернуться в спальню.
— Это произойдёт, Аннабель.
От этого имени у меня сводит зубы. Почему Хайдин вдруг решил назвать меня так? Только когда злится? Я что-то сделала не так? Мне казалось, сегодня утром между нами возникло что-то настоящее… Может, я просто выдавала желаемое за действительное, говоря о любви? Понимаю, Хайдин никогда не почувствует ничего подобного к другой женщине, но мне всё же казалось, что он приоткрылся, хотя бы тем, что спросил, хочу ли я детей. Это был очень личный вопрос, и впервые мне показалось, будто он хочет узнать меня. Настоящую меня. Не ту, кем я вынуждена притворяться.
— Либо ты добровольно сядешь на этот стул, либо я догоню тебя, волоком притащу обратно за волосы и привяжу к нему. Что выбираешь?
Мне не следует возбуждаться от того, как он описывает, что со мной сделает. Но я не могу с собой совладать. Можно сопротивляться лишь какое-то время, но в конце концов это бессмысленно. Закрыв глаза, я молча проклинаю его. Чёрт бы его побрал за то, что он со мной делает. Разворачиваюсь, поднимаю подбородок и иду к нему. Остановившись перед стулом, я чувствую, как его взгляд опускается на футболку, которую я надела.
— Раздевайся, — приказывает Хайдин, и я чувствую то самое волнение в животе, которое всегда появляется, когда он говорит мне, что делать.
Я стягиваю ткань через голову и отбрасываю в сторону.
— Присаживайся, куколка. — Хайдин похлопывает по коже и берёт шприц прежде, чем я успеваю сесть.
ПЯТЬДЕСЯТ
ХАЙДИН
После того как я закончил трахать её, Шарлотта отключилась, и я задумался над её словами в постели. Она знает больше, чем показывает, и это единственный способ вытянуть из неё то, что мне нужно.
Я беру верёвку и опускаюсь на колени за стулом.
— Руки за спину, — приказываю я, и Шарлотта скрещивает запястья за стулом.
Закрепив её руки, я пропускаю лишнюю верёвку под стул и обвязываю вокруг обеих лодыжек. Мне не нужно, чтобы Шарлотта была в жёстком захвате, потому что знаю, что она не будет сопротивляться. Мне просто нужно зафиксировать её на месте. Скорее для её же безопасности, чем для чего-то ещё.
Я встаю, подхожу к ней и снимаю колпачок с шприца. Она наклоняет голову в сторону и глубоко вдыхает.
— Хорошая девочка, — хвалю её, и Шарлотта тихонько вздыхает.
Вонзив иглу в её шею, я надеваю колпачок обратно и кладу шприц на кухонный остров, прежде чем вернуться к ней.
Нежно беру её за подбородок, заставляя посмотреть на меня. Её взгляд почти мгновенно тяжелеет.
— Что ты знаешь о «Кукольном доме»? — сразу перехожу к делу. На этот раз я дал ей меньше, чем в прошлый раз. У меня всего несколько вопросов, так что эффект пройдёт быстрее.
— Никогда о таком не слышала.
Билл говорил, что Шарлотта понятия не имеет, что должна делать, если выполнит своё задание.
— Ты солгала мне утром в постели про своего Лорда. Зачем? — Я знаю, что он не мёртв. Это было бы слишком просто. Шарлотта предназначена кому-то, особенно если она действительно та, о ком говорил Билл.
Шарлотта моргает, облизывает губы.
— Потому что он у тебя.
Я хмурюсь.
— Что это значит?
— Он в «Бойне».
Интересно. Через «Бойню» проходит множество Лордов. Текучка там довольно высокая. Большинство не задерживаются надолго.
— Кто тебе это сказал?
— Билл.
— Откуда, чёрт возьми, он это знает? — Забавно, что Билл не упомянул об этом во время нашей встречи. Я знал, что он что-то от меня скрывает.
— Он играет в гольф с его отцом…
— Кто твой Лорд?
— Уинстон Гарви.
Хм. Никогда не слышал этого имени. Значит, Билл её обманывает, либо Лорд скрывается под другим именем. Начинаю думать, что возможно всё.
— Когда ты должна была выйти за него замуж?
— Год назад. — Её ресницы трепещут, и я провожу рукой по волосам. Она ведь говорила, что к этому времени уже могла бы иметь хотя бы одного ребёнка.
Я хочу спросить её о производительницах, но сдерживаюсь. Шарлотта ничего об этом не знает. Лордам никогда не сообщают, какое наказание их ждёт за провал задания. Лорды хотят, чтобы ты был удивлён.
— Что ты знаешь об основателях? — решаю спросить я.
Шарлотта с недоумением хмурит брови.
— Никто не знает, кто они.
Ну зашибись! Это ничего мне не дало. Вытащив нож, я разрезаю верёвку и освобождаю Шарлотту. Подняв на руки, несу обратно в постель и накрываю одеялом до шеи.
— Эффект пройдёт в течение часа, — говорю я, нежно целуя её в лоб.
Когда я ухожу, она тихо произносит:
— Можно задать тебе вопрос?
Я сажусь рядом, убираю тёмные волосы с её лица и улыбаюсь.
— Какой?
— Почему у тебя нет Леди?
Я наклоняю голову, но не отвечаю.
— Это потому, что ты отказался от неё, или потому, что Лорды отказали тебе в Леди в наказание?
— С чего ты взяла, что они могли отказать мне в Леди? — Странное слово она использует.
— Я получила электронное письмо о тебе… в графе «Леди» было написано «отказано».
Мы с Адамом просмотрели её ноутбук, и все письма, которые она получила от Лордов, были удалены без
