смотрела на Никиту и улыбалась. Она видела в нем и себя, и Владимира. Волосы такие же кучерявые и непослушные, как у нее, серо-зеленые глаза тоже ее, но вот ямочки на щеках, ямочка на упрямом подбородке, красивый нос и изогнутые словно в улыбке губы — от отца.
— Ну и красавчик у тебя получился, — каждый раз говорила бабуля, — когда сын убегал на тренировку.
— Получился, — Светлана вздыхала.
— Так и не хочешь сказать отцу, что растет такой сын?
— Не хочу. Это только мой сын. Нет, наш с тобой Никита и больше ничей.
А по ночам снова хотелось реветь. Но вот в однокомнатной квартире это было слишком трудно. И Светлана сжимала зубы, улыбалась. Она поставила цель — заработать деньги и купить им большую квартиру. Она бралась за любую работу, не отказывалась ходить в суды по пятьдесят первой, шла вперед, не слушая сплетен и шипения за своей спиной.
Светлана уже присматривала квартиру, хотела сделать своим родным сюрприз, когда вечером к ним домой заявилась мать.
— Привет, давно не виделись, — сказала баба Ира, когда увидела дочь на пороге своей квартиры. — Ты зачем пришла?
— И разве не пустишь меня?
— Заходи. Но только не на долго. Тебе тут не рады.
Мать прошла в кухню, по дороге заглянула в комнату, увидела, как Никита, которому уже исполнилось десять, делает уроки, хмыкнула. Светлана зашла следом за ней, закрыла дверь, чтобы сын не слышал, как она рада своей матери.
— Ты зачем пришла? — спросила Светлана.
— Как это зачем? Ты мне должна денег, — заявила матушка, глядя на дочь надменным взглядом.
— Почему это, позволь узнать?
— Как почему? Ты хорошо зарабатываешь, я узнавала. Поэтому ты должна отдавать мне деньги. Я растила тебя, воспитывала, тратила свои деньги. Теперь твоя очередь платить мне.
— Позволь узнать, ты инвалид и не в состоянии работать?
— Почему инвалид? — не поняла женщина. — Я твоя мать.
— Это я знаю, что ты меня родила. Но вот мать ты мне или нет, не знаю. Разве матери выгоняют своих детей на улицу ради чужого мужика? Разве матери не должны заботиться о своих детях, чего я не видела все эти годы? Насколько мне известно, ты ни копейки не дала бабуле, чтобы она воспитывала меня. И сейчас ты приперлась сюда, чтобы что-то требовать?
— Ты мне должна! — мать отказывалась понимать, что еще немного и может пострадать. — Нам с Гришей нужны деньги.
— А твой Гриша работает? Насколько мне известно, он вот уже который год ни черта не делает. И я должна вам платить деньги? А ну пошла вон отсюда, пока я не выкинула тебя.
— Ты не посмеешь, я твоя мать.
— Посмею, дорогая моя мать. Еще как посмею. Как ты выкинула меня на улицу, так и я выкинул тебя. Прочувствуй все то, что я — малая чувствовала, когда ты сунула мне в руки сумку с вещами и выставила за порог.
— Ты не посмеешь, ты мне должна платить! — она начала скатываться в истерику.
— Да что ты такое говоришь? — наконец бабуля нашла в себе силы говорить. Все это время она сидела за кухонным столом и не могла поверить в то, что сейчас слышит. — Как ты смеешь такое требовать?
— А ты молчи, старая калоша. Когда помрешь, твоя квартира моя будет.
Светлана подошла к матери, схватила ее за шиворот, рывком подняла на ноги и поволокла к двери, распахнула ее и вытолкнула женщину за порог.
— Только попробуй прийти сюда еще раз, тварь. Я просто покалечу тебя.
— Ты еще пожалеешь, что так поступила со мной, — кричала мать на весь подъезд, поднимаясь с пола, куда свалилась после толчка.
— Я уже пожалела, что у меня такая мать.
Светлана закрыла дверь, вернулась в кухню. Бабуля сидела с серым лицом, держалась за грудь.
— Так, спокойно. Она ничего нам не сделает. Где твои лекарства?
— Там, — баба Ира показала рукой на шкафчик.
Светлана быстро нашла нужные лекарства, положила перед бабулей, налила ей в чашку холодной воды.
— Пей. И у меня есть предложение.
Бабуля выпила таблетки, опустила голову. Ей было стыдно за ту, кто назывался дочерью.
— Я давно хотела купить нам большую квартиру, даже присмотрела вариант. Там четыре комнаты, новый дом, улучшенная планировка.
— Светочка, да откуда такие деньги? — бабушка с удивлением смотрела на нее.
— Работала, копила нам на квартиру, хотела сделать сюрприз. Но, думаю, что надо пересмотреть вариант.
— Какой?
— Я недавно общалась с коллегами из столицы, они приглашали меня к себе. Вот я и подумала, что если мы все вместе переберемся в столицу? Продадим твою квартиру, плюс мои накопления. Думаю, что на хорошую квартиру нам хватит. Да я еще работать буду.
Бабушка всю ночь проплакала в кухне, а утром встретила Светлану с ясными глазами.
— Знаешь, а я согласна. Никогда я не отдам ей эту квартиру. Давай продадим и купим там новую.
Никита сначала расстроился, что придется уезжать от друзей, но Светлана рассказала ему, что в столице у него будет больше возможностей, там есть замечательные спортивные секции, он может выбрать любую. Мальчишка сдался. Через месяц они уже перебирались в столицу на новое место.
Светлане удалось найти квартиру в новом доме, прозванном в народе «Китайская стена». Дом был огромным, петлял змеей. На первом этаже находились всяческие магазинчики, конторы. Недалеко находился спортивный комплекс с большим бассейном. Никита с восторгом рассказывал вечером, как он сходил на первую свою тренировку по водному полу. Ему нравилось плавание и футбол. Он долго не мог выбрать, чем заняться, но однажды бабуля подсказала ему — водное поло, и он с радостью согласился.
Первое время Светлана работала в адвокатской конторе, нарабатывала себе имя, клиентуру. Через год она случайно узнала, что небольшой книжный магазин, расположенный на первом этаже в их доме, решил перебраться в другое более оживленное место. Она быстро нашла арендодателя, договорилась с ним и через месяц открыла свой адвокатский кабинет.
Сначала она брала любое дело, но потом стала выбирать. Не всегда хотелось защищать явных подонков, воров, убийц. Она брала те дела, где видела косяки следствия, где можно было побороться за человека. И вскоре о ней заговорите в адвокатской среде, потекли клиенты. И вот пришел старый знакомый, который просит у нее помощи.
* * *
— Свет, я толком не знаю, что случилось с Вовкой, но его арестовали. Говорят, что в товаре, которые везли его машины, нашли наркотики. Ты же сама знаешь, что подставить на наркотиках — раз плюнуть. Я уверен, что он никогда бы не скатился до
