такого.
Светлана после их встречи возле бассейна больше не видела его. Она не возвращалась в спортивный городок, не искала о нем информацию. Только однажды нашла список команды пловцов, которые будут представлять команду России на Олимпиаде. Фамилии Владимира в нем не было.
— Аркадий Павлович, а почему Истомин не поехал на Олимпиаду? — спросила Светлана, когда они обо всем поговорили, заключили договор на защиту Истомина.
— Да этот дурак за два дня до выезда плечо повредил. Упал в душевой, выбил сустав, — тренер покачал головой. — Ведь он прошел все отборочные соревнования, шел на рекорд. Был стабилен, как никогда. А тут упал. Говорит, на мыле поскользнулся. Да ерунда, просто обычный перенапряг
— А потом? А что потом? Ушел из спорта.
— Как Вы узнали, что ему нужна помощь? — спросила Светлана.
— Да случайно. В газете заметку прочитал — «бывший чемпион пойман на наркотиках». Я к нему в контору, там какой-то парень и рассказал мне, что знал, дал вот эти документы. Ну не верю я во все это. Подставили его.
— Хорошо, — Светлана улыбнулась, стараясь подбодрить старого тренера. — Я возьму это дело. Вы, случайно, не в курсе, кто расследует его?
— Да уже никто. Его уже в суд направили. Через неделю заседание.
— Хорошо, что пришли ко мне. Я все узнаю и перезвоню Вам.
— Спасибо тебе, Светлана. Спасибо. Помоги ему, дураку.
— Сделаю все, что от меня зависит.
Они тепло попрощались, Аркадий Павлович ушел, а Светлана еще раз пересмотрела все документы, что принес ей тренер. Скудно, но можно работать. У нее есть целая неделя, чтобы разобраться. Она немного подумала, потом набрала номер телефона. Когда пошло соединение, она улыбнулась невидимому собеседнику:
— Привет, Валерий. У тебя время для меня найдется?
— Не вопрос, Светик, говори, что надо, — ответил мужской голос. — Или погоди, минут через десять буду у тебя.
— Жду, — она улыбнулась и отключила вызов.
Валерий один из частных сыщиков, с которыми ее свела судьба. Четыре друга, которые лет шесть назад оставили службу в полиции и создали свою фирму, которая быстро дала о себе знать. Последние два года Света часто обращалась к ним за помощью. Эти ребята могли даже найти недостающую часть фрагмента папируса фараона Тутмоса Ш, написанный им лично, если понадобится. Валерий — мужчина сорока шести лет, крепыш, темноволосый с темными, как ночь глазами, давно выказывал Светлане знаки внимания. Но она до сих пор не верила в любовь. Тем более, что он был женат, развелся три года назад, у него были взрослые сын и дочь. По опыту знала, что бывшие жены не успокаиваются, когда их бывшие мужья находят свое счастье, стараясь достать бывшего, доказать, как он был не прав, оставив ее одну с детьми. Сколько было уже таких дел у нее в производстве, поэтому с ответными чувствами не спешила, оставив Валерия и его друзей во френд-зоне.
Как и обещал, Валерий появился у нее в офисе через десять минут, с улыбкой поставил на стол небольшой тортик.
— Светусик, я сегодня без обеда. Напоишь меня чаем? — мужчина улыбнулся самой обаятельной улыбкой, на какую был способен старый матерый опер.
— Да и я не откажусь.
Пока Мила делала им чай, они обменялись последними новостями. Когда чай был выпит, Валерий напомнил.
— Я бросил все и примчался к тебе, самый злой адвокат столицы.
— Ой, да ладно, — она засмеялась.
— А что? Я правду говорю. Все, как узнают, что в дело вступает неподкупная и непреклонная Рогозина, сразу начинают бояться и писать рапорта на увольнение. Скольких ты уже следаков уволила?
— Ладно, и не следователи были, так, взяточники. Давай к делу.
Она в двух словах рассказала ей о новом деле.
— Погоди, — Валерий задумался, забарабанил пальцами по столешнице. — Истомин? Не тот ли мальчик, наша надежда российского спорта?
— Он, — Светлана криво усмехнулась.
— А ты его откуда знаешь?
— Мы вместе учились в спортивном интернате.
— Ты? И кто ты у нас? — мужчина с улыбкой смотрел на молодую женщину.
— Семиборье. Выступала за юношескую сборную.
— И почему бросила?
Светлана невольно поморщилась, но скрывать от человека, который не раз спасал ее, выручал, помогал не хотела.
— Случился Никитка. А потом закрутилось, возвращаться в спорт не стала.
— Понятно. Значит так, я по своим каналам пробью все, что известно про твоего (тут Светлана снова невольно скривилась, как от зубной боли. Не смогла сдержать себя) Истомина, завтра к вечеру позвоню. А ты пока съезди к нему в СИЗО, может, что от него нужное узнаешь.
Глава 6
В коридоре зазвучали тяжелые шаги, приблизились к двери его камеры, звякнула задвижка, открылась дверка «кормушки».
— Истомин, на выход. К адвокату, — пробасил выводящий.
Владимир поднялся со шконки, неторопливо собрал свои записи, копии дела, которые ему выдавали на руки, копию обвинительного заключения, которую он никак не смог прочитать до конца, так как каждый раз на него накатывала ярость. Все доказательства его вины ложные, допрошенные свидетели врали. Даже тот, кого он давно считал своим другом, дал показания против него, предал его в очередной раз. Сука. Он помнил следователя, который сидел, развалившись в своем кресле и смотрел ему в лицо, нагло ухмылялся: «Все равно тебя осудят. Все доказательства на тебя собраны. Ты можешь не признавать свою вину, отказываться от дачи показаний, все равно дело пойдет в суд, и полетишь ты белым лебедем лет на пятнадцать. А был бы умным, жил бы спокойно, тебе же предлагали решить по-хорошему». Так хотелось вдарить по этой лоснящейся роже со всей силы чтобы следак слетел со своего кресла вверх тормашками, зашелся визгом. Тогда Владимир с трудом сдержал свой порыв.
Видеться со своим адвокатом, которому ему дали по пятьдесят первой, не хотелось. Явно этот мальчишка был подкуплен его врагами, работать совершенно не хотел, только предлагал одно — «Владимир Михайлович, признайте свою вину, а я постараюсь, чтобы вам при наказании учли чистосердечное». Ага. С разбегу. Взял и признал. Он уже догадывался, кто мог его подставить. На это его навели слова следователя о спокойной жизни. Но доказать, сидя под стражей, возможности не было, обратиться не к кому.
Он стукнул по двери, вновь заскрежетал ключ в замке, приоткрылась дверь, фиксируемая цепочкой. Владимир протиснулся из камеры в коридор, повернулся лицом к стене, сложив руки за спиной, ожидая, пока выводящий закроет дверь.
— Вперед, к допросным, — пробасил мужчина.
Владимир шел, уже ни на что не надеясь. Вот уже коридор, где находятся комнаты для допросов. Не дожидаясь команды, он снова повернулся к стене лицом,
