себя говорить, пытаясь сбить ее со следа.
— Я правда стала отдыхать по выходным. Так что да, я много времени провожу на солнце.
Сын Рида и Стеллы Краун.
Я мысленно ставлю себе галочку за частичную правду и одновременно лихорадочно думаю, как бы вообще исчезнуть с ее радара.
— Натали, линия четыре, — голос Елены раздается по интеркому, прерывая допрос Рози.
Я с трудом сдерживаю облегчение. Когда я подкатываю кресло ближе к телефону, давая понять, что разговор окончен, Рози поднимается.
— Обед на следующей неделе, прежде чем я улечу домой? — спрашивает она.
— Договорились, — отвечаю я без малейшего намерения это осуществить.
Когда она подозрительно задерживается в дверях, я нарочито перетягиваю внимание на себя и тянусь к кнопке громкой связи.
— Я всё равно вытащу из тебя правду, прежде чем уеду, — предупреждает она, бросая на меня косой, хитрый взгляд, и, покачивая бедрами уходит в зал.
Индикатор звонка мигает. Я щелкаю мышью, прогоняя последнюю статью через проверку орфографии, и только потом нажимаю на кнопку.
— Натали Херст, — говорю я.
— Красавица, — хриплый, ленивый голос Истона разливается по кабинету. — Ты сломала мне член.
Я хватаю трубку, но она выскальзывает из рук и с глухим стуком падает прямо на клавиатуру. Выключив громкую связь, я лихорадочно оглядываю шумную редакцию, проверяя, не оказался ли кто-то поблизости.
— Ты вообще в своем уме, Ист… — в последний момент я осекаюсь и ныряю за монитор. — Ты должен звонить мне на мобильный, — шиплю вполголоса.
— Я звонил. Ты не ответила.
— Потому что у меня вообще-то есть работа, — отчитываю его, бросив взгляд на экран телефона. С облегчением замечаю, что имя и номер в определителе пусты. — Слава богу, твой номер скрыт.
— Всегда, — вздыхает он. — Но сейчас чрезвычайная ситуация.
Я выпрямляюсь в кресле и включаю профессиональный тон.
— Я слышала, что восточная медицина хорошо помогает в подобных ситуациях. Может, тебе стоит как следует им… заняться.
Я прикрываю микрофон ладонью и продолжаю уже шепотом:
— Я тебе задницу надеру. У меня была включена громкая связь. Слава богу, я была одна.
— Прости, — говорит он. В голосе ни капли раскаяния. Скорее откровенное веселье.
Я закатываю глаза.
— Да уж, слышно, как ты раскаиваешься.
— Потому что ты улыбаешься.
— С чего ты взял? — я ловлю свое отражение в темном экране монитора и вижу улыбку.
— Потому что я выучил тебя наизусть, красавица.
— Ладно, — вздыхаю я с наигранным раздражением, хотя в груди приятно щекочет. — Значит, ты звонил, чтобы обсудить состояние своего…
— Члена, да, — подхватывает он, нарочито будничным тоном, словно мы говорим о погоде.
— Сочувствую.
— Явно нет.
— Потому что теперь ты улыбаешься, — я щелкаю мышью, изображая занятость, и на секунду позволяю себе расслабиться.
— Не буду отрицать, — тихо, хрипло выдыхает он. — Я в последнее время часто этим занимаюсь.
— Судя по словам светской обозревательницы, которая вышла из моего кабинета за пару секунд до твоего объявления о проблеме, я страдаю тем же самым.
— Черт… будь с ней осторожна.
— Ну, ты сейчас точно не помогаешь. Она уже начала меня вынюхивать еще до твоего звонка, и поверь, я сделаю всё, чтобы держаться от нее подальше. Слава богу, на следующей неделе она улетает обратно в Калифорнию.
— Прости, — искренне шепчет он. — Просто… я сегодня за рулем и хотел поговорить с тобой, пока мы не выехали.
— Понятно.
— Ну и плюс моя проблема.
— Да, твоя чрезвычайная ситуация. Мм. Какие симптомы?
— Такое ощущение, будто он взбунтовался против меня и теперь даже не просыпается.
— А ты знаешь, когда это началось?
— Возможно, в тот момент, когда моя девушка сделала мне охренительный минет на балконе в Lake Tahoe.
В памяти мгновенно всплывает картинка, где я стою перед ним на коленях, обхватываю его ртом, а он сжимает мои волосы в кулаке, с огнем в глазах и шепотом похвалы, заставляя меня сжать бедра.
Lake Tahoe стал точкой, где наши отношения окончательно закрепились. В тот момент, когда Джоэл высадил меня у трехэтажного дворца, который Истон снял для нас на выходные, я сразу взялась за дело и зажгла в доме каждую свечу. А потом легла ждать его в постели, абсолютно голая.
Как только он переступил порог, мы больше не расставались, пока Джоэл снова не отвез меня в аэропорт. За эти два месяца мы успели украсть лишь несколько дней вместе, но то, что между нами развивается, уже превращается в самые интимные и серьезные отношения в моей жизни. Моя реальность сейчас куда прекраснее любого романа Джейн Остин, который я могу вспомнить.
— А может, это случилось в прошлые выходные, — продолжает он. — В том шале в Айдахо.
— Звучит серьезно, — бормочу я, когда перед глазами вспыхивает картина. Обнаженный Истон раскинулся в деревянной уличной купели, руки лежат на бортах, взгляд тлеющий. Я развязываю халат, на мне ничего, кроме улыбки, и делаю шаг к нему. В обе наши встречи дни уходили на блуждание по новым местам, а ночи и утра мы теряли друг в друге.
— Если говорить начистоту, — продолжает Истон, — мой член вообще стал другим с тех пор, как я встретил ее.
— Ммм. Похоже на серьезную проблему, — отвечаю я и бросаю взгляд в сторону папиного кабинета. Он полностью занят, и это немного расслабляет. — А кем ты представился моей секретарше?
— Мужчиной, которому отчаянно не хватает личного времени со своей девушкой.
Боль подкрадывается глубже, когда я начинаю с тоской думать о предстоящих выходных без него.
— Есть хоть какие-то ориентиры, когда это будет?
— Сейчас как раз занимаюсь этим. И, если честно, меня бесит, что мы добавили еще даты в тур.
— Мы это обсуждали. Я правда за тебя рада. Если честно, я этого ожидала.
— Но это значит, что нам придется еще дольше продолжать этот фарс.
— Это не фарс, — резко отвечаю я.
— Нет, не фарс, — слышно, как он выдыхает. — Я неудачно выразился.
— Ну, если тебе вдруг понадобятся слова, я к твоим услугам, — задумчиво тяну я. — Твой отец всё еще с тобой?
— Да, но после шоу в Salt Lake[99] мы свободны до конца выходных. Может, после концерта я прилечу к тебе?
— Ты бы правда так сделал?
— Ты серьезно? Прямо сейчас я бы, мать его, полетел в само солнце, лишь бы вернуться туда, где мы были в прошлые выходные. Мне физически плохо было уезжать от тебя из того шале.
— То есть, если я правильно тебя понимаю, на самом деле ты хочешь сказать, что ты полностью и безнадежно под каблуком?
— Не стоит начинать этот спор, красавица, — предупреждает он. — Проиграешь.
— А я хоть раз выигрывала с
