с неприличным визгом ударяется об пол.
Джексон почти сразу же поднимается на ноги. Его движения быстры и уверенны, как у человека, который проводит много времени в спортзале. Однако я тоже не стою на месте. Я провожу много времени на поле для регби, сражаясь с парнями, которые намного крупнее Джексона. Он совершенно не готов к тому, что я делаю выпад вперёд, врезаюсь в него плечом и отбрасываю его спиной к стене.
— Блядь! Какого чёрта, Кейд... — прорычал он, но я уже был на ногах, отталкивая его назад и прижимая к стене. Мой кулак с силой врезался ему в подбородок, и он падает набок. На мгновение мне показалось, что я смогу нокаутировать его одним ударом, но Джексон обрушился на меня всем своим весом, отбрасывая назад и нанося ответный удар.
В этот момент в комнату врывается Дин и, схватив Джексона, пытается оттащить его от меня. Однако вместо того, чтобы остановить драку, он лишь превращает её в потасовку. Джексон развернулся, его кулак ударил Дина в живот, и когда мне удалось нанести ему ещё один удар, мы втроём закружились в прихожей нашего собственного дома, как безумные, пригибаясь, виляя и раскачиваясь.
Откровенно говоря, мне кажется, что мы все немного сошли с ума. И почему бы и нет? Этот город словно создан для того, чтобы свести нас с ума. Если бы мы знали обо всём, что будем делать сегодня вечером, это было бы достаточно, чтобы довести любого до предела, и я чувствую, что мы на грани.
У меня такое ощущение, что мы шли к этому моменту уже довольно долго.
— Что, чёрт возьми, происходит? — Кричит Джексон с окровавленным ртом, уклоняясь от моего следующего удара и сильно ударяя меня по руке.
— Ты трахнул сегодня Афину, — рычу я, снова бросаясь на него.
— И что с того? — Усмехается Джексон. — Я спал с ней и раньше. Она не твоя собственность, Кейд, и даже не Дина. Мы все теперь делим её, не так ли? Делимся маленькой шлюшкой питомцем, которую подарили нам наши отцы.
— Не смей так о ней говорить! — Воскликнул я, бросаясь на него и используя весь свой вес, чтобы вывести его из равновесия и повалить на пол. Мы упали вместе, и от удара о паркет пол сотрясся с такой силой, что я, не задумываясь, ударил его кулаком в лицо с такой силой, что, уверен, у него должны были зашататься зубы. Если нет, то они уже были в пути.
— Кейд! — Сквозь пелену ярости прорвался голос Дина, и в следующий момент я почувствовал, как он тянет меня назад, оттаскивая от Джексона. Я отступил, и на этот раз Джексон не сразу поднялся. Из его рта и носа текла кровь, челюсть побагровела в том месте, куда я его ударил, и он выглядел немного шокированным.
— Возьми его под свой контроль, — прорычал он Дину, и этого было достаточно, чтобы я снова бросился вперёд, но Дин преградил мне путь. Я снова отступил, а Дин, присев на корточки, протянул руку, схватил Джексона за рубашку и притянул его лицо к своему:
— Она такого не заслуживает.
— Она это заслужила. — Джексон усмехается, и на его лице появляется горькое и возмущённое выражение, которого я не видел уже очень давно, с тех пор как умерла Натали. — Она соблазнила меня, зная, что она сводная сестра моей бывшей. Зная, что Натали умерла, и понимая, как я к этому отношусь. Она всё это знала, но всё равно пробралась в мою постель, просто чтобы осуществить свой маленький план — заполучить всех нас, чтобы никто из нас не смог победить. Ей было безразлично на мои чувства, как и всем в этом проклятом городе. Вот почему мы с Натали собирались уехать. Но они отняли у меня и это тоже.
Джексон делает глубокий вдох, словно собираясь заговорить, а затем использует все свои силы, чтобы оттолкнуться от Дина и, опираясь на твёрдую древесину, неуклюже поднимается на ноги.
— Пошли вы, — отчётливо произносит он, на его нижней губе пузырится кровь. — Пошли вы оба.
Затем он поднимается по лестнице, оставляя нас одних.
7
АФИНА
Я сплю слишком долго. Думаю, у меня есть множество оправданий для этого. Вчера были похороны моей матери, я показала ребятам все исследования, которые мы с Мией собрали, а Джексон жестоко обращался со мной на улице. Я не помню, как потеряла сознание, просто упала на землю после того, как он отпустил меня, и почувствовала, как холод охватывает меня. Я почти не помню, как Дин и Кейд затащили меня в ванну, лишь смутное ощущение тёплой воды и понимание того, что они оба были рядом со мной.
Когда я просыпаюсь, то оказываюсь одна в своей постели, в тепле и сухости. Однако я всё ещё чувствую себя измотанной, как будто не спала по-настоящему. Быстрый взгляд на телефон показывает, что уже почти полдень, но я всё равно переворачиваюсь на другой бок, плотнее натягивая одеяло и морщусь от боли между бёдер. Но я не хочу об этом думать. Чем больше я думаю о том, что произошло вчера, тем сильнее во мне нарастает гнев, гнев, который я использовала, чтобы помочь себе справиться с горем. А Джексон только усугубил его.
Да, я знаю, что поступила неправильно. Я должна была сказать ему правду до того, как мы переспали. Я должна была рассказать ему всё, как только заподозрила неладное. Я позволила своим желаниям и потребностям встать у меня на пути, и он прав, что злится на меня. Однако то, как он обошёлся со мной прошлой ночью, было неправильно во всех возможных смыслах этого слова.
И я не собираюсь оставлять это без внимания.
Я заставляю себя встать с постели и медленно одеваюсь. К моему удивлению, когда я спускаюсь в столовую, Кейд и Дин всё ещё сидят за столом, даже для воскресенья это слишком позднее время для начала завтрака.
Что ещё более шокирует, так это состояние их лиц.
Дин выглядит не так уж плохо — всего лишь несколько синяков тут и там и небольшая ссадина на губе. Однако Кейд выглядит так, будто провёл десять раундов с Мухаммедом Али. Его лицо в синяках, губы распухли, и ясно, что прошлой ночью он серьёзно подрался.
— Что, чёрт возьми, произошло? — Выпаливаю я, уставившись на них обоих. Кейд с Дином одновременно поднимают глаза. По тому, как они
