последние строки.
Ноты рояля еще висят в воздухе, когда скрипки взмывают вверх, и зал погружается во тьму.
В следующую секунду пространство взрывается восторженными криками. Сквозь темноту я различаю, как сдвигается с места скамья у рояля, подсвеченная небольшим ярким светом снизу. Мое лицо всё еще в слезах, я собираюсь с силами. Глаза продолжают наполняться влагой, кожа головы покалывает, когда он стремительно направляется ко мне.
Шесть футов… пять… четыре… три — и он появляется передо мной. Я бросаюсь к нему, и он легко ловит меня, целуя так, словно вокруг нет стадиона, ревущего от восторга. Но успокаивает он именно меня. Его теплые ладони нежно удерживают, стирают мои слезы, пока поцелуй становится глубже и настойчивее. В нем столько убежденности с обеих сторон, и с каждым уверенным движением языка он словно вплавляет нас друг в друга всё сильнее.
Эти драгоценные, судьбоносные секунды существуют только для нас.
Натали и Истон.
Он прерывает поцелуй, когда загорается свет, и сразу же начинает уводить меня в сторону, туда, где безопасно.
— Н-нет, — говорю я, выдергивая руку. — Нет. Хватит прятаться.
Он смотрит на меня сверху вниз, взвешивая мои слова.
— Ты уверена?
— Абсолютно, — всхлипываю я. — Я л-люблю тебя, Истон. Вс-еем, что во мне есть. Больше никаких тайн. Ни от кого.
Ликование вспыхивает на его лице, когда он снова притягивает меня к себе и целует. Этот поцелуй еще сильнее предыдущего. Я вцепляюсь в него, чтобы не подогнулись колени, пока он углубляет его, а наши руки скользят друг по другу с почти благоговейной нежностью. Вокруг нас начинает двигаться размытое пятно из тел, но мы продолжаем прижиматься друг к другу, не отпуская, пока наши языки находят друг друга, а между нами текут безмолвные обещания. Мы скрепляем себя этим поцелуем до тех пор, пока нас не прерывают.
Мы улыбаемся друг другу, носы почти касаются, и я наконец произношу:
— И подумать только… я п-паниковала из-за того, что ты не ответил мне на сообщение, — бормочу я.
— Я не собирался тянуть еще хоть один гребаный день, не сказав тебе этого, — он прижимает слова прямо к моим губам.
— Господи… я не могу поверить, что ты сделал это… Вот так.
— Спокойно… и счастливо? — дразнит он, повторяя мои слова, сказанные утром.
Боже, это правда было сегодня утром?
— Это ты. Только ты заставляешь меня так з-заикаться и теряться, — выдавливаю я, запинаясь. — Между прочим, я в-вполне властная женщина во всех остальных аспектах своей чертовой ж-жизни. — Я всхлипываю, тщетно пытаясь взять себя в руки. — Н-надеюсь, ты д-доволен. Я… я сл-сломлена. Ты м-меня сломал!
— Справедливо, — читаю я по его губам, потому что шум вокруг становится всё громче.
— Ч-что, ч-черт возьми, мне т-теперь д-делать? — всхлипываю я и качаю головой, пока он аккуратно стирает потекшую тушь под моими глазами.
Он обхватывает мое лицо ладонями, пристально вглядываясь в меня.
— Выходи за меня.
Глава 47
Space Song
Beach House
Натали
— Ч-что? — вырывается у меня, когда Истон вдруг заговаривает, но не со мной.
— На сегодня всё, — резко бросает он подошедшему работнику сцены, не сводя с меня напряженного взгляда. — Уйди, пожалуйста, — добавляет он уже жестче.
В его лице нет ни намека на блеф, пока он смотрит на меня, одновременно оценивая мою реакцию на свое предложение. Работник поспешно исчезает. Я всё еще ошарашенно смотрю на Истона снизу вверх, когда он зовет Джоэла. Краем зрения я улавливаю его приближение, но взгляд по-прежнему прикован к Истону.
— Пожалуйста, найди нам машину. Мы сразу за тобой.
— Уже ищу, — отвечает Джоэл.
А Истон всё так же держит меня в плену своего взгляда, будто ищет в моих глазах ответ.
— Выходи за меня, — повторяет он. — Давай сделаем это. Давай построим жизнь вместе.
Он медленно поднимает мою левую руку и прижимается нежным поцелуем к пустому безымянному пальцу.
— Выходи за меня, потому что мы из тех редких, счастливых людей, которым удалось найти друг друга — то, что многим так и не удается. Было бы почти преступлением этого не сделать. Ради нас обоих. Выходи за меня, Красавица. Прямо сейчас. Выходи за меня сегодня.
— Да, — шепчу я в ответ.
Единственное слово, которое звучит ясно и в голове, и в сердце.
— Да.
Истон обрывает мое третье «да» еще одним поцелуем, меняющим всё, но слишком быстро его заканчивает, сжимает мою руку и тянет меня со сцены вниз по ступеням. А потом мы уже бежим по коридорам, намеренно игнорируя всех и всё, что могло бы помешать нашему поспешному бегству. Я вижу только эйфоричную улыбку Истона, пока мы мчимся к гаражу. Я улыбаюсь ему в ответ — растрепанная, с пылающей кожей, и мне всё равно.
Прижавшись к нему боком, я не отрываю от него взгляда, пока мы молча спускаемся в лифте. Охрана смыкается вокруг нас, и нас быстро проводят к черному внедорожнику. Стоит двери захлопнуться, как Истон выругивается и обращается к Джоэлу, который уже сидит за рулем.
— Джоэл, нам нужна приватность. Прямо сейчас. Ты можешь это устроить?
Тот бросает взгляд назад и без труда считывает ситуацию.
— Понял.
Джоэл выходит из машины, и через несколько минут мы уже пересаживаемся из внедорожника в лимузин. Когда поднимается тонированное стекло, Истон обращается к нему с еще одной просьбой:
— Включи нам что-нибудь. Что угодно.
— Будет сделано, — невозмутимо отвечает Джоэл, прежде чем перегородка окончательно поднимается.
Мягкая, мелодичная музыка наполняет салон лимузина, и я поворачиваюсь к Истону.
— Ч-что ты… — начинаю я, но Истон обрывает меня, целуя с дикой, необузданной жадностью. Его загрубевшие пальцы ныряют под мою куртку, и ладонь накрывает обнаженную грудь.
— Господи, ты пытаешься меня убить? — бросает он.
Любой мой ответ он тут же глушит, снова прижимаясь губами к моим и вплетая язык в поцелуй. Руки блуждают, рты слиты воедино, и мы теряемся друг в друге, пока он не отстраняется, прижимаясь лбом к моему.
— Черт, детка, — бормочет он. — Мне всё равно мало.
Он тянет меня к себе, усаживая верхом, затем вытягивает ремень безопасности и пристегивает нас вместе, пока я тихо смеюсь ему в губы. Но очень скоро от этого смеха не остается и следа, когда он спускает куртку с моих плеч. Мои затвердевшие соски скользят по его футболке, и я стону, прося большего, прямо ему в рот. Не в силах справиться с желанием почувствовать его, я умудряюсь слегка откинуться назад, насколько позволяет ремень, и расстегиваю его джинсы. Забираясь под боксеры, сжимаю его
