меня самого и моих товарищей по команде, когда я был в их возрасте.
— Успокойтесь, вы, двое, — говорит им Морган, но я не упускаю намека на веселье в ее тоне.
Парни смеются, еще немного подталкивают друг друга, а затем я вижу, как они берут каждый по наушнику и начинают кивать головами под какую-то песню, которую считают достойной для прослушивания. Я усмехаюсь и оглядываюсь на дорогу:
— О, если бы мне снова было шестнадцать.
— Не могу сказать, что торопилась бы вернуться в то время, когда мне было шестнадцать, — со вздохом отвечает Морган. — У меня опухали лодыжки и на подходе был ребенок.
— Прости, Моргс, я не имел в виду…
Она хихикает:
— Я знаю, ловкач, все в порядке.
Иногда я думаю, что получил травму мозга, а не плеча, потому что, клянусь, не могу поверить, что только что произнес что-то подобное.
— Спасибо тебе огромное за это, Итан не мог усидеть на месте с тех пор, как ты сказал ему, что мы едем сегодня вечером.
Я ухмыляюсь, благодарный за смену темы:
— Честно говоря, это не имеет большого значения, мне кажется, что ты слишком переоцениваешь меня. Я же получаю бесплатные билеты от команды.
— Это не имеет значения. Ты будешь его любимым человеком весь следующий год.
Я снова смотрю в зеркало заднего вида, но мальчики не обращают на нас никакого внимания.
Мне нравится чувствовать себя любимым человеком Итана. Вероятно, слишком рано, учитывая стадию наших с Морган отношений — если это вообще можно квалифицировать как отношения. Я хочу, чтобы Итан любил меня, потому что мне очень нравится Морган, и у меня такое ощущение, что если бы ее сын меня ненавидел, у меня не было с ней ни одного чертового шанса.
Если подумать, ситуация странная. Если бы я не был тренером Итана, то вряд ли бы Морган нас познакомила, особенно на таком раннем этапе наших отношений. Она не производит впечатления женщины, которая торопится с решениями, особенно в том, что касается её ребёнка.
— Надеюсь, все в порядке, — выпаливаю я вдруг, — ты знаешь… мы были всего на паре свиданий, а я уже провожу время с твоим сыном… не хочу, чтобы ты чувствовала, что это слишком рано.
— Ты его тренер. — Она слегка смеется. — И вряд ли я вытащу его из команды — он меня убьет.
— Ты понимаешь, что я имею в виду, мы можем разделить это… мне не обязательно пересекаться с ним вне команды, если ты этого не хочешь.
Она протягивает руку и берет мою руку в свою, нежно поглаживая кончиками пальцев мою ладонь.
— Меня устраивает то, что устраивает Итана, Ловкач, и я думаю, ты забываешь, что именно он согласовывал эти условия, поскольку не просто просил билеты… он попросил пойти с тобой на игру.
Хм. Полагаю, он и правда это сделал.
— Ты ему нравишься, Броуди, я это вижу. Так что, если для тебя это не слишком, то меня это более чем устраивает.
Я сжимаю ее руку. Мне нравится тусоваться с Итаном, он хороший парень. Морган проделала с ним потрясающую работу.
— Это круто, Тренер! Перестаньте раздувать проблему из ничего, — говорит Итан сзади, и мои глаза расширяются, когда я понимаю, что он подслушивает. — Вы — первый мамин парень, который мне действительно нравится.
Маленький засранец прислушивался к каждому слову. Я прочищаю горло.
— Хорошо, ну… мм… круто.
Краем глаза я смотрю на Морган, и она закусывает губу, чтобы сдержать смех. Я предупреждающе указываю на нее пальцем:
— Значит, у тебя были другие парни? — спрашиваю я, приподняв брови.
— Э-э-э, ловкач, мы не об этом говорим. — Она хихикает, покачивая головой.
— Это Ник, — отвечает за нее Итан, — парень был полным придурком.
Я смеюсь, пока он продолжает говорить, называя тех немногих мужчин, которые встречались с его мамой, а Морган с каждой секундой краснеет все сильнее и сильнее.
* * *
— Не могу поверить, что вы пригласили Адама Бертона на нашу следующую тренировку, — кричит Итан. — У Лукаса и Джереми просто орехи взорвутся.
— Ты можешь этого не говорить? — Морган гримасничает, когда я подъезжаю к ее дому. — Мне не хочется представлять чьи-то орехи.
Мы высадили Хантера по дороге, но Итан не перестает говорить всю дорогу; он мычит от волнения при одной лишь мысли, что Адам будет на тренировке. Морган не шутила — я думаю, это может быть лучшая ночь в жизни ребенка.
Мы не только осмотрели игровую площадку, но и после встречи с некоторыми ребятами я отвел всю нашу небольшую компанию в раздевалку. Я никогда не видел двух мальчиков-подростков, которые были бы так взволнованы чем-то, что не касалось бы полуобнаженных женщин.
Было тяжело снова оказаться в раздевалке со своей старой командой и не участвовать в происходящем, но увидеть выражение лица Итана явно стоит.
— Но они точно взорвутся, — восклицает он, наклоняясь через центр сидений, чтобы ухмыльнуться ей, его руки совершают взрывное движение.
— Просто скажи спасибо и зайди внутрь. — Она стонет.
— Спасибо, тренер, это было круто, серьезно. — Он протягивает кулак, чтобы удариться о мой.
Я поддерживаю.
— Пожалуйста, и можешь ли ты звать меня Броуди, когда мы не на тренировках или играх? «Тренер» означает, что я должен вести себя максимально хорошо или что-то в этом роде.
Парнишка уже наполовину вышел из машины, и я даже не уверен, что он слушает.
— Конечно, конечно, — говорит он, прежде чем хлопнуть дверью и уйти по тропинке.
— Я могла бы поклясться, что закрыла ворота, когда уходила. — Морган хмурится, наблюдая, как Итан бежит через уже открытые ворота.
Я хмурюсь.
— Может быть, кто-то пришёл в гости, пока нас не было… оставил дверь открытой?
— Может быть. — Она пожимает плечами, и на ее лицо возвращается улыбка. — Но никто никогда не приходит ко мне в гости.
— Я прихожу.
— Это намек на то, что ты хочешь войти? — она оглядывается на свой дом и наблюдает, как Итан открывает дверь.
— Это точно. — Я ухмыляюсь. — Итак, ты собираешься меня пригласить или нет?
Ее взгляд задерживается до тех пор, пока Итан не включает свет, я не знаю почему, но кажется, она немного на взводе.
— С тобой все в порядке, Моргс?
Она улыбается, широко и легко:
— У меня все хорошо… слишком активное воображение…
Я собираюсь спросить ее, что она имеет в виду, когда произносит волшебные слова, которые мне очень хочется услышать:
— Хочешь зайти выпить?
Глава 10
Морган
— Напомни мне еще раз, почему это хорошая идея? — спрашивает он,
