быстро нашли, — с прихожей раздается мужской голос, следом за ним звучит хлопок входной двери и шум заполняет дом.
— Мы не терялись, — лучезарно улыбаясь сообщает Лерка и косится на меня.
Я же стою, переминаясь с ноги на ногу и с замиранием в сердце высматриваю Антона. Вижу его, мысли вылетают из головы.
Не знаю откуда у меня появились сверхъестественные силы, только вот я стойко выдерживаю его взгляд. Правда ноги подкашиваются, но это уже не важно. Он не увидит.
— Мы купили продукты, — Антон и Леша Тихомиров ставят на столешницу по два полных пакета. Дима заносит коробки, а Витя помахав нам рукой, уходит в другой дом.
— Приготовите что-нибудь сносное на ужин? — кивая на покупки спрашивает Малышев. Лерка смотрит на него и театрально округляет глаза.
Лезет в пакеты, достает оттуда покупки и расставляет их на столе. От обилия продуктов глаза лезут на лоб, а Золотарева все не останавливается, достает и достает.
— О-бал-деть, — выдает.
— Вы решили остаться здесь на месяц? — интересуюсь изо всех сил стараясь поддерживать шутливый тон и захожу на кухню. — Три вида колбасы, сосиски, шашлык, курица, форель, — перечисляю особо бросающиеся в глаза покупки. Подхожу к Лерке, беру в руки небольшой белый брикет и читаю. — Камамбер? — откровенно удивляюсь.
— Ну да, — как ни в чем ни бывало пожимает плечами Тихомиров. — Еще скажи будто не любишь, — хмыкает с тонкой издевкой, от которой я тут же смущаюсь.
— Люблю, — признаюсь чувствуя как краснеют щеки.
— Поэтому и купили, — спокойно произносит Антон прожигая меня пристальным взглядом.
Смотреть от Антона для меня тяжело, но игнорировать его еще сложнее, поэтому я не придумываю ничего лучше, как пойти и налить в стакан воды. Делая вид будто дико хочу пить, отворачиваюсь и медленно лью воду.
Руки трясутся, внутри всё дрожит.
Чувствуя близость Антона, сердце заходится в рваном ритме. Моё состояние похоже на марафонца после финала, ничего не соображает и дико трясёт.
Энергетика Попова ломает мою оборону, прожигает в ней дыры и вызывает желание подчиниться. Никогда прежде я не испытывала ничего подобного и поэтому побаиваюсь своих эмоций и чувств.
Я не могу сделать вид будто его не существует, ведь в этом случае сразу же посыпятся вопросы. Наши друзья слишком внимательные, чтобы не заметить как между нами искрит.
Вообще удивительно почему Лерка до сих пор не учинила мне допрос. Она должна была заметить моё странное состояние вчерашним вечером. Слишком на нее не похоже…
Хотя она тоже была сама не своя. Может из-за этого?
— Кушай с удовольствием, — говорит Антон проходя мимо и как бы случайно задевает меня бедром. В месте касания начинает жечь, а по телу проносится мощный разряд электрического тока.
Вода комом застревает в горле, давлюсь и склонившись над раковиной кашляю. Пытаюсь продохнуть, но из-за спазма ничего не получается. Кашляю сильнее.
Дергаюсь. Опрокидываю стакан, проливаю на себя воду, а когда чувствую мощные хлопки поиски, наконец, могу сделать вдох.
Оборачиваюсь, вижу своего спасителя и цепенею.
— Спасибо, — благодарю едва отдышавшись.
— Пожалуйста, — своим твёрдым и уверенным голосом отвечает Антон.
Он внимательно смотрит на меня, а я стою, замерев, не в силах пошевелиться.
— Ты как? — спрашивает не сводя с меня пристального, тяжёлого взгляда. — Дышать можешь? Ничего не мешает?
— Все в порядке, — пытаюсь как можно быстрее разорвать зрительный контакт.
Несколько часов назад я ему со всей дури врезала по генофонду, а он спас меня от удушения. Как тут выстоять?
— Машк, ты решила меня окончательно доконать? — к нам подбегает обеспокоенная Лерка.
Едва подруга оказывается рядом, как тут же ураганом вклинивается между мной и Антоном и моментально переключает мое внимание на себя. Мне даже дышать становится легче.
— Не только ж тебе, — бросаю в ответ. Лерка прыскает и отмахивается.
— Иди, переоденься, — кивает в сторону лестницы. — А то сейчас мужики слюной поперхнутся.
Резко опускаю голову вниз, вижу естественную реакцию организма на холод и машинально скрещиваю руки на груди. Мне резко кажется будто на меня все смотрят.
— Держи, — Антон накидывает мне на плечи свою кофту.
Поднимаю глаза и меня накрывает умиротворением, спокойствием и ощущением, что все будет хорошо. Меня словно завернули в кокон и оберегают. Невероятные ощущения.
Только хочу поблагодарить за заботу, как со стороны коридора доносится тихая возня и взгляды присутствующих устремляются туда.
— Парни, Крапивин звонил, — наш разговор прерывает Тихомиров. — Из-за схода лавины немного накрыло защиту. Поможем откопать? У них не хватает рук, техника есть.
Мужчины переглядываются, а мы с Золотаревой как стояли, так и стоим ничего не понимая. Что за защита? Зачем её откапывать? Вот кого нужно искать, так это людей, которые могут быть под снежным завалом, но никак не какую-то защиту.
Лёша бодрым шагом возвращается к нам, видит меня в кофте Попова и бросает в сторону товарища ухмылку, полную сарказма.
Антон делает шаг в сторону и закрывает меня своей спиной.
— Когда и где надо быть? — деловым тоном обращается к Тихомирову, тот принимается объяснять, а я воспользовавшись ситуацией, сбегаю на второй этаж.
Заскакиваю в комнату, снимаю кофту Антона, стягиваю мокрую одежду, но никак не могу сделать нормальный вдох. Всё моё тело пропахли его запахом, он буквально въелся в кожу. Не ототрешь!
Проигнорировав зов разума, надеваю халат, хватаю косметичку и быстрым шагом иду в душ. Если мне повезёт, то по пути никого не встречу.
Но где я и где везение? Мы однозначно находимся на разных полюсах.
Едва мне стоит дотронуться до ручки душевой, как дверь открывается и я на всей скорости влетаю в широкую грудь Антона.
— Ой, — взвизгивая отпрыгиваю назад. Случайно наступаю на брошенный кем-то мячик, теряю равновесие и размахивая руками в разные стороны, падаю.
Передо мной за считанные доли секунд проносятся особо яркие картинки моей недолгой жизни, фантазия объединяется с паникой и выкатывает список самых ужасных последствий после мощного удара затылком об кафель.
Меня снова спасает Антон.
— Не смотри вниз, — говорит удерживая меня одной рукой за талию, а второй контролирует спину.
— Почему? — спрашиваю и конечно же тут же опускаю взгляд.
Полы моего халата распахнуты и теперь понимаю отчего вмиг стало тепло. Кожей чувствую как за грудной клеткой бьется сердце мужчины, чья энергетика и чей взгляд уничтожают мою оборону за считанные мгновения.
Ноги больше не мёрзнут, но, опустив взгляд ещё ниже, понимаю, что они находятся под упавшим с бёдер Антона полотенцем.
Моментально краснею.
Поднимаю глаза вверх.
— Когда я говорю, ты подчиняешься, — произносит сурово.
Антон смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц, а я таю. Хочется делать всё,
