условие. Чем дольше тянется тишина, тем резче становятся наши выдохи в трубке.
— Я не хочу ссориться.
— В этом, черт возьми, и проблема, — фыркает он. — Я воюю здесь один.
— Это неправда. Мы договорились дать этому время. Мы уже проходили через такое.
— Обстоятельства сейчас, мать их, немного другие, тебе не кажется?
— Конечно. Ты думаешь, я не мучилась каждую секунду, пока мы были порознь?
— И всё же я сижу здесь сорок четыре чертовых дня спустя. Муж без жены. Действия, Натали. Действия. Садись на самолет.
— Я не могу. Сегодня — не могу. Я приеду к тебе…
— Это шутка, — резко обрывает он. — Мы сами превратились в ту самую шутку, которую из нас делают медиа. Свадьба на эмоциях, а брака по сути нет. Очень рок-н-ролльно и до чертиков клишированно. Я больше не могу защищать то, чего на самом деле не существует!
— И с каких пор тебе вообще не плевать на то, что пишет пресса, или ты начал читать заголовки? — огрызаюсь я, чувствуя, как пульс гремит в ушах.
— С тех пор как меня заставили увидеть, как мою жену утешает другой мужчина!
— Ты дерешься нечестно. Может, я и не до конца объяснила, насколько важен сегодняшний вечер, но это…
— Ты прощалась со мной тогда на вилле, да? — хрипло бросает он.
— Нет, Истон. Господи, нет…
— Тогда садись на самолет.
— Если я сделаю это, он никогда нас не примет.
— Мне уже, блядь, всё равно.
— А мне нет. Истон, пожалуйста, не делай этого, — умоляю я. — Ты любовь всей моей жизни, и я не хочу тебя потерять, но я не знаю, как еще это исправить, кроме как довести всё до конца. Просто дай мне…
— Ты, черт возьми, сдаешь назад. Выбираешь самый легкий путь. Подстраиваться под него не работает. Ты разве этого не видишь?
Его голос становится едким, у меня скручивает живот.
— Ты ведешь себя неразумно.
— Разве я не любил тебя так, как тебе было нужно? — его голос ломается на этих словах, и его болезненное дыхание режет меня изнутри. — Для меня это было так легко…
— Я приеду к тебе, клянусь. Пожалуйста, просто дай мне еще немного…
— Пожалуйста, не выбирай его, — хрипло говорит он ровно в тот момент, когда с его стороны линии раздается настойчивый стук в дверь.
— Я не буду выбирать. Никогда. Пожалуйста, не заставляй меня, — умоляю я. — Он даже тост еще не произнес.
— Мы ведь даже ни дня не прожили в одном и том же месте, — шепчет он, пока с другой стороны двери кто-то выкрикивает его имя, приглушенно доносящееся в трубке. — Ни одного гребаного дня.
И именно тогда я понимаю, что он больше меня не слышит. Потому что он перестал мне верить. Это осознание вбивает первый гвоздь в крышку нашего гроба, пока я лихорадочно ищу способ не дать ему забить его до конца.
И именно его следующие слова заставляют мое сердце бешено колотиться.
— Ты приехала в Сиэтл ради меня. Ты нашла меня, вышла за меня замуж. Ты делала это осознанно, — надломленно произносит он, и сердце разрывается на части.
— Я этого не отрицаю. Истон, наши отцы едва не подрались. У твоей мамы мог случиться инсульт… Господи, я никогда не забуду лицо моего отца. Я так близко…
— Нет, красавица, нет, — его измученный голос рвет меня на части. — Ты разрушаешь нас. Мы — всё, что имеет значение. Пожалуйста, — хрипло умоляет он, — приезжай ко мне.
Слезы льются по щекам, пока я судорожно подбираю слова, чтобы всё это остановить. Я не могу винить его ни за злость, ни за то, что у него лопнуло терпение. Но могу винить за момент, который он для этого выбрал.
— Истон. Когда я вернулась домой, всё было гораздо хуже, чем я тебе показывала. Я потеряла сво…
— Что, блядь?! — он взрывается, обрывая мое признание. Когда он снова говорит, хриплый голос полон неверия. — Ты, черт возьми, подала на развод?
— Что?!
Телефон издает короткий сигнал. Я бросаю взгляд на экран и вижу уведомление о письме из юридической фирмы моего отца.
— Ис…
В трубке раздается глухой рев и грохот, а затем связь обрывается.
Глава 59
November Rain
Guns N’ Roses
Натали
На лбу мгновенно проступает пот, когда я, цепляясь за бетонные ступени, пытаюсь справиться с накатившей тошнотой. Я в оцепенении смотрю на телефон. Открыв письмо, я чувствую, как меня накрывает ужас. Внутри — заявление о разводе, где указано, что подала его я. Я открываю документ, чтобы прочитать формулировки, дохожу до первой страницы, и тут же всплывает уведомление о том, что документ активирован.
Спасибо современным технологиям. Теперь наш брак можно расторгнуть всего двумя подписями. Одной от каждого из нас и еще одной — от свидетеля.
— Нет. Нет. Нет, — выдыхаю я, когда зрение плывет, паника простреливает тело, а осознание обрушивается всей тяжестью.
Истон может развестись со мной прямо сейчас. Одним движением пальца.
В отчаянии я снова набираю его номер, но каждый раз попадаю на переполненную голосовую почту. Сердце колотится в груди, перед глазами мутнеет, а мои звонки так и остаются без ответа. В истерике я набираю Джоэла. Он тоже не отвечает, и я понимаю, что, скорее всего, он сейчас сам пытается добраться до Истона. Я оставляю Джоэлу сообщение, умоляя перезвонить мне, а потом лихорадочно пролистываю контакты и снова набираю номер.
— Натали, что за херня? — Бенджи отвечает без всяких приветствий, и в его голосе отчетливо слышна враждебность.
— Бенджи, — выдавливаю я, — пожалуйста, скажи, что ты с Истоном.
— Какого черта ты творишь, Натали?
— Бенджи, прошу тебя, ты с ним? — повторяю я, одновременно отправляя Истону сообщение с мольбой перезвонить мне.
— Нет, — резко отвечает он. — Я в Северной Каролине. Но он звонил мне после того, как сорвался со саундчека из-за фотографии его невесты, улыбающейся другому мужчине так, будто он следующий на очереди. Джоэл его потерял. Рид сейчас ищет его.
— Думаю, Рид его нашел. Кто-то нашел. Бенджи, пожалуйста, свяжись хоть с кем-нибудь. Мне нужно знать, что с ним всё в порядке.
Он тяжело выдыхает.
— Я перезвоню тебе.
— Не клади трубку, пожалуйста! — срываюсь я, ловя на себе несколько взглядов, прежде чем отвернуться и сбежать вниз по лестнице во двор, вымощенный плиткой. — Пожалуйста, не вешай трубку!
— Ладно. Дай мне разослать пару сообщений.
— Спасибо, — говорю я и за считанные секунды прохожу двор из конца в конец. Взгляд цепляется за цветущие миниатюрные розы нежно-розового цвета, и в
