чтобы понял: нефиг надо мной насмехаться.
Я дышу часто-часто. Еле сижу на сиденье. Мне хочется взорваться, поругаться. Ироничное выражение физиономии Роберта только сильнее подстрекает меня. Ещё и кольцо на среднем пальце. Как я могла так облажаться? Мне еле удается сдержать себя от скандала.
- Извини, - произносит примирительно. - Я не хотел тебя обидеть.
- А что ты хотел? - рычу. - В браке с тобой было много ошибок. В новых отношениях я стараюсь их не допускать. Я не позволяю себе растворяться в новом человеке. Пару раз в неделю я остаюсь в своей квартире, чтобы побыть наедине с мыслями и соскучиться по возлюбленному. А ещё я не знакомлю с ним свою маму…
Я намереваюсь продолжить тираду дальше, но Роб перебивает:
- Что? - восклицает изумленно и, оторвавшись от лобового стекла, таращится на меня во все глаза. - Ты выходишь замуж и не познакомила с женихом свою маму?!
- Да, - вздергиваю подбородок кверху.
Роберт громко хохочет на весь салон.
- Я бы поаплодировал тебе, если бы можно было отпустить руль.
- Не надо, обойдусь.
- Что ж…. - перестает смеяться и резко становится серьёзным. - А ты действительно научилась на своих ошибках.
- Да. Я не хочу тянуть в новые отношения старые проблемы.
- Мудро, - кивает.
- Хочется верить, что ты тоже сделал выводы и в свои будущие отношения не потянешь за собой багаж старых ошибок.
- Не поверишь, но я действительно сделал выводы и приложил усилия, чтобы не наступить на те же грабли.
- Да? И какие выводы ты сделал?
- Ну, это уже не тебе проверять.
Роберт загадочно замолкает. Я с подозрением кошусь на него. Не то чтобы мне очень сильно любопытно, но…
Любопытно.
Он перестал общаться по ночам с Кариной? Научился уважать чужих матерей? Научился считаться с мнением своей второй половины? Стал ответственнее относиться к своему репродуктивному здоровью? Готов перекрасить стены в квартире?
Я демонстративно отворачиваюсь к окну. Не хочу больше с ним разговаривать. Мы проехали примерно половину пути. Недолго ещё осталось терпеть пытку под названием «Наедине с бывшим мужем и его острыми разоблачительными вопросами». Кстати, про кольцо я Робу так и не ответила. Надеюсь, он уже забыл этот вопрос.
Ан нет.
- А почему ты переодела помолвочное кольцо на другой палец?
По кочану. Кровь в венах снова закипает. Медленно-медленно по одному градусу.
- Я сейчас приму твой интерес к себе за желание вернуть меня обратно. Знаешь, мне вот абсолютно по фиг, есть ли у тебя кольцо и на каком пальце.
- Ты же видишь, что у меня нет кольца. И я сказал, что отношений тоже ни с кем нет.
- Мне плевать, - отрезаю.
Тянусь левой рукой к передней панели и включаю музыку. Прибавляю громкости. Даю Роберту понять, что не настроена на продолжение диалога. Песня орет так, что уши в трубочку скручиваются. Роб не убавляет громкости, и спасибо ему на этом.
Как только он подъезжает к моему дому, я сразу выскакиваю из салона, не попрощавшись. Пока иду к подъезду, затылком чувствую взгляд бывшего мужа. Роберт почему-то не уезжает.
Глава 21. Телевизор
Утром тридцать первого декабря я еду к маме.
Да, я буду отмечать Новый год с мамой.
Не вижу в этом ничего зазорного.
Почти все мои подруги давно обзавелись мужьями и детьми, навязываться к кому-то из них не очень хочется. Да и не зря ведь говорят: Новый год - семейный праздник. А у меня кроме мамы больше нет семьи. Но мы будем не вдвоем. К нам придет кто-то в гости. Я не спрашивала, кто именно. Наверное, кто-нибудь из ее подруг, кто же ещё.
Я беру с собой пять бутылок алкоголя. Мне их подарили как журналисту банки, про которые я пишу. В этом плюс работы журналистом - на Новый год не нужно тратиться на алкоголь: его дарят в огромных количествах. Пять бутылок - это то, что мне хватает сил увезти с собой. Дома у меня остаются ещё десять.
Родительница встречает меня в хорошем настроении и в стильном домашнем костюме. Я моментально заражаюсь маминым позитивным настроем.
- С наступающим, моя Златуля-красотуля, - мама чмокает меня в щеку и забирает из моих рук сумки.
- С наступающим, мам, - целую ее в ответ.
Я снимаю верхнюю одежду, мою руки и иду в свою детскую комнату, чтобы переодеться в домашнюю одежду. После этого направляюсь на кухню. У мамы открыта бутылка шампанского, один бокал наполовину полон, из старого магнитофона льются новогодние песни, а на плите кипят овощи для салатов.
- Как дела? Как вчера прошел корпоратив?
Мама протыкает вилкой картошку в кастрюле. Родительница невозмутима, а я стараюсь понять, есть ли в ее вопросе скрытый подвох. Она хочет узнать про Роберта? Если и так, то не подает виду. Пританцовывает под песню, подпевает, берет бокал и делает маленький глоточек.
- Не очень хорошо, если честно. Новое начальство объявило о реформе в следующем году.
Я сажусь на свое любимое место за столом и подтягиваю к себе деревянную доску с ножом. Вытаскиваю из упаковки одну крабовую палочку, снимаю обертку и принимаюсь разрезать.
Я намеренно избегаю имен «Роберт» и «Карина». Абстрактное «новое начальство» лучше подходит. Мама и так поняла, что я имею в виду бывшего мужа. А что у меня в начальницах теперь будет и его подружайка тоже, родительнице не надо знать. По крайней мере пока.
- Что за реформа? Сокращение зарплат?
На удивление мама и бровью не ведет. Может, потому что я уже рассказала ей про урезание зп? Или это так на нее действует шампанское?
- Не только. В нашем холдинге же ещё есть телеканалы. Нас будут объединять.
- Каким образом?
- Пока мало кто понимает, что в голове у нового начальства. Ну, как пример, я договорюсь об интервью со статусным министром и должна буду взять с собой нахлебников в виде оператора и телекорреспондента, чтобы мое интервью вышло не только в газете, но ещё и на телевидении.
Я не сдерживаю эмоций и брезгливо морщусь.
- Так это же хорошо, - выпаливает мама, развернувшись ко мне всем корпусом.
Я резко вскидываю на нее изумленный взгляд.
- Хорошо? - бросаю из рук нож с крабовой палочкой. - Что в этом хорошего, мама? Я трачу уйму времени, чтобы договориться об интервью.
