период они ещё делают вид, что поддерживают тебя, то потом...
Потом ты их раздражаешь своими проблемами.
У меня так уже было.
И я не хочу снова разочаровываться, глядя на свои проблемы через призму чужих глаз!
Не могу...
Моему сердцу нужен покой, оно болеет и у него "постельный режим"!
Поэтому – никаких отношений!
Лучше просто дружить и не развивать эту тему дальше.
Такси останавливается, подъезжая к школе, и мы выходим из машины.
– Ой. А я ему точно понвав–юсь, мам? – спрашивает Лиса.
С волнением поправив шапку, цепляется за мою руку.
Недовольно щурит нос от летящих в лицо снежинок.
– Уверена, он будет в восторге!
Веду её на задний двор, уже издалека слыша бренчанье цепи.
Он нас ждёт...
Завернув за поворот, останавливаюсь, встречаясь взглядом с умными, янтарными глазами.
– Привет, дружище – улыбаюсь я.
И замечаю, как Лиса отходит бочком, прячась за моими ногами.
– Ого! Какой огвомный!
Да...
Балу у нас – великан даже среди собак своей породы.
– А он не кусается, мам?
– Нет, малыш. Он очень добрый.
Хотя...
Мама считает, что к собакам такая характеристика неприменима...
Что ж.
Если говорить её языком, Балу – социализированный пёс с устойчивой психикой, который, по наблюдениям, всегда очень дружелюбен к детям.
Он научен понимать свою силу и габариты, а также умеет анализировать оппонента.
Этот навык отточен до совершенства.
– Красивый, да?
– Ну дя...
Смотрю на Балу.
Расслабленно виляет опущенным хвостом. Взгляд мягкий, явно расположенный.
– Мам, а как с ним познакомиться, чтобы он захотев со мной двужить?
Вообще, он уже хочет.
И заинтересовано склоняет голову в бок, ожидая, когда к нему подойдут...
Но предисловие нам всё равно не помешает.
– Скажи ему ласковым голосом что–нибудь приятное. Он всё понимает.
– Пвиятное? – растерянно.
– Ага...
Молчит какое–то время, размышляя.
– Ой. Я знаю! Знаю!
– Давай...
– Это что за квасота такая?! – выглядывает из–за моей ноги. – Ваше ве–и–ко–ве–пие пвосто свепить гваза! – пародирует интонации майора.
– Отлично! – смеюсь я.
Смотрю на Балу.
Словно делая одолжение, лениво опускается, демонстрируя животик.
Поднимает лапы...
– Он разрешает себя погладить – перевожу я.
Чувствую себя Хагридом, который привел ученика знакомиться с диковиной зверюшкой.
И Лисичка справляется на отлично!
Через пару минут она уже вовсю гладит Балу, приговаривая, какой он замечательный пёсик.
Сначала аккуратно, едва касаясь пальцами.
Но постепенно – смелеет.
– А давай немного с ним прогуляемся? – предлагаю я.
– Давай! – счастливо улыбается. – Баву, ты же хочешь погувять? Да?
Киваем ему с умным видом.
Делает вид, что слушает.
– Мам, он сказав, что да! – поворачивается ко мне.
– Вот и хорошо...
Отстегнув его от цепи, надеваю поводок...
Из–за высоких нагрузок в молодости, у Балу риск артрита.
Но шанс ещё есть!
Наш ветеринар говорит, что, при выполнении всех условий, мы сможем этого избежать.
Балу нужен особый корм с большим количеством омега–три, регулярные курсы хондропротекторов и своевременный осмотр.
А ещё – нужно двигаться!
Нагрузки должны быть частыми, но небольшими.
И, если все необходимое я могу ему купить, то с последним у нас проблема.
Увы...
Цепь движения не подразумевает.
А Балу нужен хотя бы самовольный выгул по территории.
Раньше ведь так и было!
Все сотрудники его знают, клиенты с другими собаками работают в специально огражденной территории и это – абсолютно безопасно.
Но нет...
Мама запрещает.
Он ведь сейчас "недекоративный"...
Неудобный!
И, если меня от подобной напасти спасают таблетки, то Балу, увы, уже ничего не спасает.
Прогулявшись, заводим его в помещение школы.
Хотя...
Ему теперь и это строго запрещено, но мамы здесь нет.
Она сегодня в соседнем городе.
Там запланирован кинологический конкурс и её попросили принять участие в составе жюри.
Поэтому мы с Балу позволяем себе некоторые вольности...
– Ховоший пёсик...– суетится вокруг него Лиса. – Мой зайчик... Ты мой совнышка!
Прижимается к нему щекой, гладит.
– Подружилась?
– Мхм…
Улыбается в ответ так широко, что даже глаз не видно!
Ставлю рядом с Балу обогреватель.
Помимо всех прочих рекомендаций, его дряхлым суставам очень нужно тепло!
И это сейчас – тоже огромная проблема.
Пока Лиса дурачится с ним, делаю несколько милых фото, чтобы разместить их в городских и волонтерских группах.
Может, кто–нибудь заберет его в хорошие условия и подарит дом?
Прикусываю до боли губу.
Это как вынужденное предательство!
И мне до ужаса тошно, что я сама не могу дать своему другу все необходимое.
Но если это и правда поможет спасти ему жизнь?
Псы с артритом в таких условиях долго не живут.
Они мучаются от боли...
И нам нужно эту боль предотвратить!
Пишу к посту рекомендации, указывая, что ему нужно тепло и легкие физические нагрузки.
Желательно – ещё и массаж.
Делаю пометку, что буду оплачивать нужный корм, лекарства и ветеринара.
Главное – дом!
– Мам! А давай его себе забевем! – оборачивается ко мне Лиса. – Он сказав, что он хочет. Пообещав двужить с дед Васей.
Улыбаюсь ей, чувствуя, как закрадывается в сердце надежда.
А ведь и правда, можно спросить об этом у Тимура.
Мало ли?
Вдруг согласится?
"Тимур Алексеевич, а вам, случайно, не нужен пёсик?" – пишу ему смс.
Но надежда моя моментально гасится.
"Даже не вздумайте" – прилетает в ту же минуту.
"Ну почему?!" – ставлю жалобный смайл.
"В моем доме – никаких животных. Это не обсуждается".
Увы....
Погасив экран, обнимаю Балу за шею...
– Мы обязательно что–нибудь придумаем... Слышишь?
Даю себе несколько минут, чтобы погрустить о нашей тяжкой доле и поднимаюсь на ноги.
Так...
– А теперь у нас массаж!
Глава 20 Кардиохирургия
Тимур
– И что, он реально
