предателем должна оправдываться!
— Почему сразу предателем? — вступилась я за шефа. — Это ведь твоя подруга всё подстроила. Он не знал.
— Ага! Не знал... Девушка пропала, а он, вместо того чтобы искать её, утешался в объятьях другой.
Я могла бы поспорить, сказать, что пропавшую бухгалтершу «Деловых переводов» искали, ошибка была в том, что напрасно понадеялись на её подругу. Кроме того, Тимофей долгое время был в Китае, а по возвращении тоже ничего не смог толком предпринять, думая, что Аглая порвала с ним и не хочет видеть.
Смолчала. В конце концов, Саврасов не платит мне за адвокатские услуги:
— Давайте-ка выясняйте всё между собой, а меня не впутывайте.
— Как всё просто, если тебя послушать! — Слёзы, наконец, пропали, уступив злости в голосе собеседницы. — Вот и Тим предлагает встретиться.
— Вполне логично.
— Логично? А ты не подумала, как я ему покажусь в нынешнем виде? Знаешь ведь, во что я превратилась! Как можно сравнивать меня и его теперешнюю!
— Аля, зря ты так уж, — начала я фразу, прекрасно понимая чувства превратившейся в старуху когда-то симпатичной женщины. — Он ведь не на смотрины тебя зовёт, у вас общий сын, а значит, общая проблема.
— Поздно! Я послала его.
— Почему?
— Мои слёзы уже выплаканы. Теперь его очередь.
— Что? — не поверила я. — И с Егором встретиться не захочешь, если Тимофей Андреевич его найдёт?
Пару мгновений в трубке было тихо, потом раздались гудки. Я подождала немного, в надежде, что Аглая перезвонит. Она не стала. Я тоже. Мне ведь однозначно указали место — не нужно лезть в чужую жизнь и пытаться решать чужие проблемы. Взрослые люди — сами пусть разбираются.
Своих забот хватает, хожу теперь, оглядываюсь. Бывший предупредил, что исчезновение Юрской не гарантирует мою безопасность. Конечно, движение средств на её счетах контролировали, но ведь ушлая дамочка могла и наличкой с киллером расплатиться. Никаких сомнений в том, что Алика злится и обвиняет меня в крушении своей благополучной жизни, быть не могло. Значит, вполне способна отомстить. Придётся мне теперь ходить по улицам и оглядываться.
Тот не слишком приятный для меня разговор Алёхин завершил предложением приставить ко мне охрану, я отказалась. Может, и зря. Не знаю.
* * *
Рабочая неделя завершилась спокойно. Можно было подумать, что страсти, наконец, улеглись, и больше никому до меня нет дела. Даже бывший муж никак не проявлялся. Вероятно, его сильно загрузили новыми делами.
Я предвкушала комфортные выходные — лёгкая уборка, небольшая стирка и глажка, просмотр приятного фильма, прогулки с моим любимцем.
Однако уже утром в субботу стало ясно, что мои представления о двух прекрасных днях не соответствуют реальной перспективе.
Погода стояла прохладная. Взглянув перед выходом на заоконный градусник, я достала из шкафа утеплённые джинсы, дутую куртку и даже вязаную беретку, когда-то давно подаренную мамой. Видок у меня, конечно, был не айс, но для выгула собаки вполне годился. Краша я тоже, несмотря на активное возмущение и даже слабое рычание, обрядила в болоньевый, подбитый синтепоном комбез. Правда, стоило пёсику оказаться на площадке, он мигом забыл все обиды и стал носиться по брёвнам, прыгать через низкие барьеры и пролезать в извилистые трубы с огромным удовольствием. Мне лишь изредка приходилось бросать ему покусанный мячик, обозначая своё присутствие. А так, я по большей части листала интересные сайты в телефоне. К счастью, компанию нам с Крашем в столь ранний час никто не составил, и мне не приходилось следить за тем, чтобы питомца не покусал какой-нибудь агрессор.
— Доброе утро, Аля, — знакомый, безумно приятный тембр заставил меня ощутить, как вдоль спины хлынула волна мурашек.
Оглядываться я не стала, застыла, не сводя глаз со своей собаки.
Саврасов перепрыгнул невысокое ограждение и, пройдя немного вперёд, подобрал закатившийся под висящее бревно мячик. Свистнул, привлекая внимание Краша, и кинул ему игрушку. Лишь после этого подошёл ко мне и также привалился спиной к заборчику.
— Здравствуйте, Тимофей Андреевич, — распечатала я почти слипшиеся губы.
Мне было неловко стоять рядом с мужчиной в дорогом спортивном костюме. Казалась самой себе торгашкой на рынке, где внезапно нарисовался знаменитый актёр.
— Как официально, — усмехнулся босс, — а ведь я с личной просьбой. И очень хотел бы неформальной беседы.
Я пожала плечами:
— Если вы по поводу Аглаи, ничем не могу помочь.
— Ты уже в курсе? — удивлённо воскликнул шеф.
— Она звонила мне и устроила выволочку, объяснив, что кое-кому не стоит лезть в чужую жизнь и орудовать там как слон в посудной лавке.
— Какой же ты слон, Аля! — засмеялся Саврасов. — Ты, скорее, изящная газель. Очень симпатичная, кстати. И добрая.
Таких комплиментов мне ещё не делали. Тем не менее, я скептически улыбнулась и заявила:
— Была добрая, да вся вышла. Мне тут вообще посоветовали... — не договорив, я замолчала.
Вряд ли стоило посвящать босса в мои отношения с бывшим. Однако замять тему мне не удалось.
— Говори! — приступил он ко мне. — Говори, Аля! У тебя такой тон... Я волнуюсь.
— Обычный тон, — возразила я и присела на корточки. Краш снова прибежал с мячиком в пасти. Я приласкала питомца, встала и забросила мяч подальше, после этого только взглянула на шефа. — Не думаю, что подозрения полиции обоснованы, вряд ли мне что-то угрожает. Во всяком случае, хотелось бы так думать.
— А охрану они не догадались приставить?
— Я отказалась.
— Зря. Хочешь, попрошу Ивана Ивановича организовать?
— Ещё чего не хватало! — возмутилась я и, подозвав собаку, прицепила поводок к ошейнику. — Мы пойдём, пожалуй.
— Отказываешься мне помогать? — разочарованно спросил Саврасов мою спину.
Я отрицательно покачала головой и покинула площадку.
Мы с Крашем успели пересечь двор. Я остановилась у подъезда и вставила в гнездо таблетку ключа тач мемори. Улюлюканье замка перекрыл сдавленный вскрик, сразу же раздался выстрел.
Я резко обернулась. Краш выдернул поводок из моей руки и помчался обратно к нестриженым кустам, обрамлявшим собачью площадку. Там боролись два человека: босс и какой-то субтильный парень в чёрных джинсах, закрывающей лицо балаклаве и худи с надвинутым на голову капюшоном. Вроде он же напал на меня тогда!
Саврасов скрутил бандита и даже сумел сдёрнуть маску, но ловкий человек извернулся и врезал локтем Тиму в солнечное сплетение, достаточно сильно для того, чтобы крепкий мужчина охнул и сложился пополам. Теперь незнакомец припустился прочь, на бегу натягивая капюшон как можно глубже. Мой пёс, волоча по асфальту поводок и громко тявкая, погнался за ним. Я растерялась, не зная помогать шефу или попытаться поймать собаку.
Заорала:
— Фу!!! Краш, ко мне! Ко мне Краш! — а сама подскочила к Тиму.
Тот
