скромницы. Глазом бы моргнуть не успел, как оказался в чьей-нибудь постели.
Алекс приложил ладони к щекам в притворном ужасе.
– Вот так скандал! И сколько бедолаг очутилось в твоей постели?
Андреа загадочно поиграла бровями.
– Все равно ничего не сможешь доказать.
Смеясь и подначивая друг друга, они вернулись в машину.
– Кстати, – заметил Алекс, – твой отец будет на свадьбе? Давно хотел на него посмотреть.
– Нет.
– Нет?
– У него дела.
– Важнее свадьбы собственной дочери?
Андреа пожала плечами.
– Быть директором для него проще, чем быть отцом.
Сообразив, что тема неприятна для Андреа, Алекс промолчал.
Вывел машину с парковки и бросил, будто невзначай:
– Учись мы оба в колледже в наши двадцать, я бы оказался в твоей постели.
– Чего?! – Андреа едва не поперхнулась.
– Сама посуди: деревенский скромник и безбашенная нью-йоркская студентка… Нет, ты не оставила бы мне ни единого шанса!
Андреа покачала головой, отворачиваясь к окну.
– Знаешь, из нас двоих ты больше похож на коварного соблазнителя.
– Такие заявления и без доказательств? Не принимается.
Андреа возмущенно развернулась на сидении.
– Ах, доказательства? А кто постоянно норовил обнять, прижаться, коснуться? Я, знаешь ли, тоже не железная.
– Серьезно? Это называется «проявление привязанности». И вообще. Сказала девушка, из-за которой я не спал ночами.
– Да, да… – Андреа изобразила пальцами руки открывающийся рот Алекса. – Встреться мы в колледже в наши двадцать, ты не оставил бы мне ни единого шанса. Со своей глупой очаровательной улыбкой и надоедливой потребностью проявлять заботу во всем!
Коварный соблазнитель глядел на нее через зеркало заднего вида, улыбаясь той самой проклятой улыбкой, от которой внутри все переворачивалось.
– А ты сейчас меня оскорбила или похвалила? Я не понял.
Андреа проглотила едкий комментарий по поводу когнитивных способностей Алекса и выдала размеренно:
– Живи теперь с этим.
Она даже немного запыхалась во время спора. Но теперь, чувствуя себя безусловной победительницей, могла расслабиться и перевести дух.
– А сама-то… – пробормотал Алекс себе под нос неразборчиво. – Со своими ресницами, как у ангела, и вечным сарказмом.
Это будто не предназначалось для ее ушей, поэтому Андреа сделала вид, что не услышала. Но в душе разливалось приятное тепло, а губы растягивались в улыбке.
Несколько часов спустя они въезжали в Миннеаполис. Погода стояла отличная, на небе не было ни облачка, однако не приходилось страдать от изнуряющей жары. Все складывалось как нельзя благоприятно. Дома, в Нью-Йорке, Андреа бы уже сошла с ума от беспокойства. Ведь каждому известно: если все идет слишком хорошо, значит, жди беды.
Сейчас подобные мысли даже не возникали. А если и возникали, Андреа легко их отбрасывала. Алекс тоже казался расслабленным. Он сосредоточенно вел машину, что-то тихо напевая. Да и в целом не выглядел как человек, который третий день подряд был за рулем по двенадцать часов. Оставалось надеяться – он не жалел, что все вышло именно так, а не иначе. Андреа вот вроде бы не жалела. И даже не столь сильно по приезде накинется на Эмму, как могла бы. Каким-то неведомым образом сестра знала, что ей нужно, лучше, чем сама Андреа.
Они оставили машину на платной парковке и направились в парк. Каменные джунгли сменились лесами. Переход между городскими пейзажами и живой, дышащей природой был разительным. И центром всего являлась подвижная и стремительная Миссисипи. Вот за что Андреа любила северные штаты. Хоть она никогда не была на юге, все равно не сомневалась – там такой красоты не найти.
– Кажется, эта тропа ведет к водопаду, – сказал Алекс, вырывая Андреа из задумчивости. – Я давно тут не был. – В его голосе послышалось нечто, похожее на сожаление.
– С кем ты был здесь в последний раз? – спросила Андреа.
Алекс рассеянно улыбнулся ей, взял за запястье и повел дальше по тропе.
– С родителями.
Значит, очень давно.
– Интересно посмотреть, насколько все изменилось.
Они обошли кафе с морепродуктами и выбрались на широкую мощеную дорожку. У невысокой ограды из крупных камней толпились люди. Фотографировались, разговаривали с кем-то по видеосвязи, показывали куда-то пальцем.
– Вот он, – сказал Алекс и приобнял Андреа за плечи, подталкивая в нужном направлении. – Такой же красивый, как я помню.
Они приблизились, и Андреа наконец увидела водопад. Он был… симпатичным. Не огромным, конечно: просто средних размеров ручей падал с большой высоты. Андреа ожидала чего-то более впечатляющего. Но, возможно, она слишком завысила ожидания: Алекс говорил о водопаде не замолкая, стоило им оказаться в черте города.
Сам же Алекс был очарован. Он замер перед оградой, опустил руку, покоившуюся на плечах Андреа, и склонился вперед, стараясь охватить взглядом природную достопримечательность. Сейчас в мыслях он был далеко отсюда. Где-то в прошлом, когда его отец еще не был болен, а мать не сбежала из семьи. Был ли он счастливее тогда? По Алексу трудно судить. Сколько Андреа его знала, он всегда был раздражающим до зубного скрежета неисправимым оптимистом. Это его способ не сойти с ума от того, что происходило в его жизни. Но согласился бы он пожертвовать всем, что имеет сейчас, и отмотать время на десять, двадцать лет назад? Андреа не знала.
Возможно, Алекс и сам не знал, никогда ни о чем подобном не задумывался.
Почувствовав, что смотрит на Алекса уже неприлично долго, Андреа вернулась взглядом к водопаду. Позади него был широкий выступ, и сейчас туда направлялась группа туристов.
– Туда можно попасть? – спросила она, указывая пальцем направление.
– Хм?.. А, да. Если хочешь, можем спуститься. Только путь не самый простой. И есть шанс промочить ноги.
– Ты же знаешь, я этого никогда не боялась.
– Тогда идем.
Они спустились к реке, побрели вдоль каменистого берега. Тропа была извилистая и неровная, и Андреа порадовалась, что надела закрытую обувь.
И оно того стоило.
За водопадом было прохладно и сыро, капли ледяной воды, отскакивая от камней, попадали на кожу, заставляя Андреа вздрагивать. Алекс отгородил ее, заслонил собой от воды.
– Зимой вода замерзает, – рассказывал Алекс. – И местечко становится похоже на дворец Снежной королевы со стенами изо льда. А весной, когда все тает, водопад полностью закрывает этот уступ. Здесь образуется тайное место, скрытое от посторонних глаз.
Андреа подняла голову, встречаясь глазами с Алексом. Скользнула ниже, к его приоткрытым губам. Ей пришлось напомнить себе, что сейчас не весна и сверху их видно, как на ладони. Возможно, ей показалось, но и Алекс с трудом смог оторвать от нее взгляд.
– А нам не надо загадать желание или вроде того? – спросила Андреа, еще немного отодвигаясь от воды и от Алекса. Она уже начинала замерзать.
– Можно, если хочешь. Никогда, правда,
