за пончиком и прогуляться по парку, то я, блядь, имею на это право.
Его рука вырывается так быстро, что я даже не успеваю заметить, как она приближается. Резкая боль прокатывается по моей щеке. Я вскрикиваю, прижимая руку к пылающей коже. Я даже не знаю, почему я в шоке. Злость наполняет мое тело с такой силой, что я уверена, что моя кровь испарилась в клубах дыма.
Я делаю лучше. Мой кулак летит вперед и сталкивается с его щекой. От силы удара его голова дергается в сторону, и тут же по всей руке вспыхивает боль. Такое ощущение, что я ее сломала.
Мы оба замираем. Похоже, я больше похожа на свою мать, чем я думала. Та девушка из клуба торопливо возвращается. Бесстрашная девчонка, которая танцевала со склизкими мужиками и ломала им носы, когда они устраивались поудобнее. Девушка, которая отказывалась терпеть дерьмо от любого мужчины.
Куда она делась?
Единственное, что движется, - это наши тяжело вздымающиеся груди. Медленно он смотрит на меня. В его глазах играют несколько эмоций. Шок и ярость на первом месте, но есть и другая эмоция, которую я не могу назвать.
— Зачем ты это сделала? - мрачно спрашивает он.
— Потому что ты это заслужил, - вздыхаю я, чувствуя себя немного бодрее.
— Тебе лучше?
— Только если это означает, что ты перестанешь поднимать на меня руки. Ты должен делать мне приятно, а не причинять боль.
Он втягивает нижнюю губу, и эта неназванная эмоция выходит на передний план. Она кажется расчетливой, но я не могу быть уверена. И к моему удивлению, он кивает головой.
— Мне жаль, - говорит он.
Мне нужен словарь. Сколько слов можно подобрать к слову "сюрприз"? Я чувствую каждое из них, как будто каждый синоним - это отдельная эмоция.
— Ты... ты сожалеешь? - спрашиваю я, вскидывая брови. Растерянность. Это подходящее слово, чтобы описать мои чувства.
Он кивает и прикасается рукой к своей щеке. — Да, - шепчет он. — Мне жаль. Ты не заслужила ничего из этого.
Я сужаю глаза, скептически оценивая его поведение. Его лицо преображается. Его глаза смягчаются, а лицо расслабляется. Он выглядит искренне сожалеющим. Несмотря на все мои усилия, я чувствую, что тоже смягчаюсь.
— Тогда почему ты это сделал?
Стыд затуманивает его глаза, когда он смотрит в мою сторону. — Я просто очень волнуюсь за тебя. Так много мужчин воспользовались тобой, и я боюсь, что кто-то придет и попытается сделать это. Я не смогу защитить тебя, если не буду знать, где ты, Ривер. Я не смогу удержать монстров на расстоянии, если ты покажешь им, что они могут забрать у тебя.
Я прикусила губу, и мне стало немного стыдно.
— Я могу говорить тебе, куда я иду, и я не буду так вызывающе одеваться. Но мне нужно, чтобы ты перестал меня бить.
Он стремительно подходит ко мне, но на этот раз не со злостью. На этот раз в его глазах только любовь. Он крепко обхватывает меня своими сильными руками и прижимает к себе, нос к носу.
— Прости меня, детка. Я не должен был делать ничего подобного. Я больше не буду тебя бить. Я так расстраиваюсь, потому что ты не понимаешь, как думают мужчины, а я понимаю. Мне просто нужно, чтобы ты выслушала меня, хорошо? Я должен знать, где ты и что ты делаешь. И я должен быть уверен, что твое тело прикрыто как следует, чтобы мужчины не пытались тебя отобрать.
Я киваю, и мы оба затихаем в объятиях друг друга.
Мако был неправ. Райан не хочет распоряжаться моим телом. Он просто хочет защитить меня. Обеспечить мою безопасность.
И никто еще не делал этого для меня.
— Я заметил зеркало, - тихо говорит он. Я напрягаюсь, прежде чем отстраниться.
— Райан, мне очень, очень жаль...
— Шшш, - шепчет он, прерывая меня. Он хватает меня за затылок и снова притягивает к себе. — Все в порядке. Я все понимаю. Я уже попросил специалиста заменить его.
В моей груди нарастают эмоции. А именно облегчение. Я не хотела, чтобы он снова ударил меня за то, что я разбила его зеркало. Я прикусываю губу. — Ты точно не злишься?
— Нет, детка, я не злюсь. Я так сильно люблю тебя, Ривер, - говорит он, прижимаясь лбом к моему. — Я не могу тебя потерять. Я не могу жить без тебя.
Слезы жгут мне глаза. Не от грусти, а от счастья. Теперь я чувствую себя на вершине мира. Я чувствую, что мы наконец-то движемся в нужном направлении. Такое ощущение, что мы исцеляемся.
— Я тоже тебя люблю.
— Позволь мне сделать тебе приятно, - шепчет он мне на ухо, покусывая мое ухо. Мурашки пробегают по моему позвоночнику. Я киваю головой, даже не успев осознать этого.
Его губы касаются моих в нежном поцелуе. Он сладкий и успокаивающий. Медленно он усиливает напор, пока он не становится голодным. Он подхватывает меня на руки и несет в нашу спальню, не позволяя своим губам оторваться от моих.
Как только мои ноги касаются прохладного деревянного пола рядом с нашей кроватью, он срывает с меня одежду. Горячие поцелуи спускаются от моих губ к шее. Они останавливаются на моей груди, и влажное тепло обволакивает сосок.
Моя голова откидывается назад, и меня охватывает наслаждение.
Вот это и есть то, что заставляет меня чувствовать себя любимой.
Я могу привыкнуть к этому.
— Я думаю, что я могу быть беременна.
Я поперхнулась кофе со льдом, вдыхая часть его через нос, а остальное вылетает изо рта по прямой дуге. Хорошо, что урок закончился и мы идем к ее машине. Если бы мы были в кафетерии, я бы ее убила.
— Вау. Это было отвратительно.
Я смеюсь, частично от неверия. Я вытираю рот и нос рукой, стараясь очиститься как можно лучше. Отлично, теперь я буду липкой.
— Это была твоя вина. Ты что, издеваешься надо мной?
— Нет, - устало вздыхает Амелия.
— Почему ты думаешь, что беременна?
Она пожимает плечами. — Потому что я была очень возбуждена в последнее время.
Я недоверчиво смотрю на нее. — И это все? Ты была возбуждена?
— Нет, меня также тошнило от запаха бекона. Дважды.
— Боже мой, ты точно беременна. Никого не тошнит от запаха бекона.
— Правда?
