Эдуард Молчанов. Моя сладкая отвлекающая таблетка. Только вот дружба эта… ненастоящая. Илья хочет меня только для секса, а Эдику я вынуждена врать, чтобы он вообще со мной разговаривал.
Экран вспыхивает входящим звонком.
Илья Мельников.
Сердце делает кульбит.
— Алло, — улыбаюсь я сквозь слезы.
— Привет, — отвечает Илья. Его голос теплый, низкий, слишком близкий.
— Как ты?
— Я в Москве.
Я морщу лоб.
— Ты же должен был вернуться на следующей неделе.
— Я не мог ждать, — спокойно говорит он. — Я заеду за тобой сегодня в семь?
У меня дыхание сбивается.
— Хорошо.
— Тогда до вечера.
Он отключается.
Я сижу с телефоном в руках, как будто меня выключили и включили заново. Он… не мог ждать.
Я смотрю на себя в зеркало во весь рост и не верю, что это я. Даниил устроил мне модный террор: мы носились по магазинам, пока я не сдалась. На мне черное облегающее платье на тонких бретелях, каблуки, волосы распущены, макияж спокойный, аккуратный. Я даже сделала легкий автозагар — надеюсь, он не заметит. Не хочу выглядеть так, будто я слишком стараюсь.
Часы показывают почти семь, и у подъезда останавливается машина. Я накидываю длинное черное пальто и спускаюсь вниз.
Дверь комнаты Даниила приоткрывается, я показываю ему пальцем:
— Не выходи.
— Хорошего вечера, — улыбается он.
Я посылаю ему воздушный поцелуй. Даня закрывает дверь. Я попросила соседей сегодня не высовываться — и так достаточно неловко.
Стук в дверь. Я закрываю глаза. Ну, поехали.
Открываю — Илья стоит на пороге: черные джинсы, серая рубашка, пиджак. Волосы в идеальном беспорядке, голубые глаза улыбаются, когда он меня видит.
— Привет, — выдыхаю я.
Он делает шаг и без единого слова крепко обнимает и целует меня. Просто губы. Жадно. Точно.
И у меня внутри все плавится от одной мысли: э то только начало.
Глава 10
Илья делает шаг назад, все еще держит мою руку и медленно оглядывает меня с ног до головы — будто проверяет, не сон ли это.
— Ты очень красивая, — шепчет он.
У меня внутри все подпрыгивает, и я улыбаюсь так тихо, как будто боюсь спугнуть момент.
Он целует меня снова — коротко, уверенно.
— Поехали… пока я не передумал и не решил пропустить ужин, сразу перейдя к «десерту»... — усмехается он.
Я фыркаю.
— Смотри, какой смелый!
— Я просто честный.
Он ведет меня к машине, открывает заднюю дверь, и я забираюсь внутрь. Водитель кивает, а Илья садится рядом и сразу кладет мою руку себе на колени, переплетает пальцы с моими. Его большой палец медленно проводит по моей коже — туда-сюда, будто он думает о чем-то своем, опасном.
— Андрей, это Катя, — говорит он водителю.
— Здравствуйте, — отвечает Андрей.
— Здравствуйте, — киваю я и вдруг чувствую себя неловко: разговоры под чужие уши — странная штука.
Машина выезжает, огни Москвы плывут за окном.
Я наклоняюсь ближе и шепчу:
— Как Питер?
Илья отвечает не сразу. Он поворачивается ко мне, смотрит так, будто раздевает взглядом — спокойно, без суеты. Потом наклоняется и целует меня в губы. Долго и тепло.
— Не удержал меня, — тихо говорит он прямо в поцелуй. — Если ты об этом.
У меня в голове становится пусто. Он делает это легко, как будто у него в крови — сводить с ума одним движением.
— Сейчас Андрей высадит тебя у ресторана, — говорит он словно между делом. — Мы проедем круг, и ты зайдешь первой. Скажешь, что ты гостья Ильи Мельникова. Тебя проводят в отдельный зал.
Значит, вот так. Сначала я. Потом — он. Илья, будто чувствуя, целует тыльную сторону моей ладони.
— Я приду через пару минут. Так спокойнее. Без лишних взглядов.
Я делаю вид, что мне все равно, и отворачиваюсь к окну. Конечно. Ему нельзя светиться со мной.
Катя, не начинай.
— Может, мне вообще сбежать, пока ты круги наматываешь? — шепчу я, стараясь звучать игриво.
Он тихо смеется.
— Попробуй. Посмотрим, чем это закончится.
— Я быстро бегаю, — улыбаюсь я.
— Я быстрее.
Мы смотрим друг на друга, и мне вдруг становится ясно: это не шутка. Ему нравится контроль.
— Мы могли бы не ехать в ресторан, — предлагаю я, чтобы разрядить обстановку. — Слишком много… сложностей.
— Я уже забронировал. Это мое любимое место. И еда, и коктейли огонь. Тебе понравится, обещаю.
Я киваю, хотя внутри все равно трепыхается тревога.
Через несколько минут мы подъезжаем к итальянскому ресторану. У входа — пара фотографов, как будто случайно. Конечно.
— Я высажу вас за углом, Катя, — спокойно говорит Андрей.
— Хорошо.
Машина поворачивает, останавливается.
— Заходишь в «Белла Донна», — напоминает Илья. — Говоришь, что ты гостья Мельникова. Тебя ждут.
— Поняла.
Я тянусь к двери, но Илья притягивает меня обратно и целует еще раз — так, что у меня колени становятся ватными.
Я невольно бросаю взгляд на Андрея, — тот смотрит строго вперед, будто ничего не существует. Стыдно. И смешно. И горячо.
Я вырываюсь из поцелуя, торопливо выхожу и почти бегу к ресторану.
Хостес улыбается:
— Добрый вечер!
— Добрый! Я… гостья Ильи Мельникова.
Улыбка у нее чуть «дежурная», взгляд быстро пробегается по мне сверху вниз.
— Конечно. Пройдемте.
Она ведет меня через зал, потом по коридору, открывает двойные двери, — и я замираю. Комната отдельная. Камина нет, но есть свечи, мягкий свет, теплое дерево, будто маленькое шале. Как в Красной Поляне на богатой базе отдыха, только я там никогда не была. Но почему-то уверена: выглядело бы именно так.
— Вам принести что-нибудь, пока вы ждете? — спрашивает она, забирая пальто.
Я сглатываю. Мне срочно нужно перестать нервничать.
— «Маргариту», пожалуйста. И… — я делаю паузу и решаю: плевать. — Текилу. Одну.
Хостес приподнимает бровь.
— Поняла.
— И… — я вздыхаю. — Две.
Она улыбается шире, будто мы с ней на одной стороне.
— Поняла. Быстро?
— Пожалуйста, — почти прошу.
— Ясно. «Одна из таких ночей». Сейчас.
Она уходит, а я оглядываюсь и вдруг думаю не то, что нужно думать. Сколько женщин он приводил сюда?
Дверь открывается, и Илья входит так, будто это его дом. Улыбается, наклоняется и целует меня, прежде чем сесть.
— Привет.
Он сегодня слишком близкий. Слишком… свой. Я пытаюсь улыбнуться спокойно, но получается нервно.
Появляется официантка с подносом — «маргарита» и два шота. Я почти успеваю облегченно выдохнуть, но тут понимаю: Илья уже здесь. Ладно. Все равно.
— Ваш заказ, — говорит она и ставит все передо мной.
Илья смотрит на шоты и усмехается.
— Жажда?
— Немного, — бурчу я и делаю большой глоток «маргариты».
Он поворачивается к официантке:
— Бутылку красного. Барбареско, девяносто шестой, если есть.
