местах, откуда просвечивало голое тело.
— Если бы женщины ходили по улицам в таких нарядах — все мы были бы постоянно влюблены, — заметил ведущий.
Марине такая одежда тоже была по душе. Она предпочитала не прятать фигуру в широких шифоновых юбках или бесформенных блузах. Пусть это носят те, кто хочет скрыть изъяны своей фигуры. К счастью, Марину природа одарила идеальной внешностью. Вот потому, наверное, и запросы у нее соответствующие. Кому-то щи жидкие, а кому-то и бриллианты мелкие. Но кажется, сейчас она наконец устроится в этой жизни.
Если ты родился красивым, то у тебя только три пути применения этого достоинства. Либо ты снимаешься в кино, либо становишься моделью, либо находишь богатого мужа. При этом надо все время помнить, что красота — скоропортящийся товар. И надо спешить. Рано или поздно она отойдет на второй план. Что тогда? Здесь, как в спорте, надо правильно рассчитать силы. Мужчины бегают за тобой до тех пор, пока ты не разрешаешь себя поймать. Каждая женщина знает, что именно она делает выбор. И только позволяет мужчине думать иначе.
С кино ничего не получилось, хотя Марина делала попытки. Она рассылала свои фотографии по студиям, ходила на кастинги, но, кроме предложений пойти в койку, никаких других не получала. Хотя и на это она соглашалась, делая вид, что нравятся ей эти дряхлеющие режиссеры, операторы и всякий вспомогательный сброд, который сулил золотые горы, хвастаясь знакомствами, обещая пристроить в новую картину… Мало того что они ничего для нее не сделали, так еще и бесплатно попользовались ее услугами. Только один, спасибо ему, все-таки пристроил ее в модельное агентство, где работала его родственница. Марину взяли. И кт о распространяет слухи, что все модели получают сумасшедшие деньги? Кое-кто действительно получает, конечно, но чаще не за променад по подиуму, а совсем за другое.
Марина смотрела сейчас на этих девочек, которые служили вешалками для чьих-то амбиций, и ей стало немного их жаль. Как все красиво со стороны! И насколько тебя не считают за человека, когда ты крутишься в этом бизнесе. Винтик, который всегда можно быстро заменить новым, и никто о старом не вспомнит и не пожалеет. Марина это тоже не сразу поняла. Гордилась своей работой, знала, что ей многие завидуют. Особенно пензенские знакомые, которые знали ее с детства. Вон куда продвинулась эта Маринка! Без всяких высших образовании! Без блата и денег! Она знала, что ее ставят в пример непутевым дочерям, которые не сумели собой распорядиться, не нашли богатеньких кавалеров. а прозябают где-нибудь в конторах, тратя неизвестно на что свою молодость и красоту.
Приезжая к матери, хотя это и бывало редко, Марина без устали расписывала прелести своего бытия, без стеснения врала, рассказывая о женихах-министрах пли бизнесменах. Мать, растившая дочь одна, рано состарившаяся кассирша из булочной, только вздыхала и интересовалась, когда же ее пригласят на свадьбу. Марина злилась.
— Ты отстала от жизни, — говорила она. — Сейчас люди не ставят штамп в паспорте, а живут гражданским браком. Это сохраняет любовь.
Мать не верила в Маринины объяснения. Она сама родила ребенка в так называемом гражданском браке и быстро оказалась одна, рассчитывая только на собственные силы. Она в молодости тоже была красавицей и нравилась мужчинам, а жизнь тем не менее не сложилась. Еще несколько попыток создать семью окончились неудачей. Когда, окончив школу, дочь уехала в Москву поступать в институт, а, не поступив, осталась в столице, устроилась на работу, мать радовалась, что возможностей там больше, надеялась, что Маринка с ее характером своего не упусти т. Но что-то тревожило ее, несмотря на весь этот внешний блеск дочери. Успокоить ее могло только одно — свадьба и появление внуков.
На самом деле, штамп в паспорте был Марининой навязчивой идеей и главной целью. Но никто не спешил его ей поставить. Л она уже просто сходила с ума! Какие-то невзрачные, никчемные создания толпами шли к алтарю. И только она, которая была лучше всех их, вместе взятых, оставалась в лучшем случае на унизительном положении любовницы. Конечно, можно было бы окрутить какого-нибудь лоха и заставить его пойти в загс. Но зачем он Марине? Она признавала мужчин только двух видов — они должны были иметь либо деньги, либо власть. Такие люди за одиннадцать лет жизни в столице ей, безусловно, попадались. Но увести под венец не удалось никого.
Она пыталась проделать это и с Виктором. Но сделала огромную ошибку — с самого начала стала его торопить. И он испугался. Казалось бы, чего? Своей жены? Зачем ему — состоятельному мужчине — эта старая калоша? Или двоих детей, которые уже выросли, ничего не хотят делать, а только создают папочке проблемы и тянут деньги? Было бы что терять!
Тем временем освещение в зале сменилось, все девушки, участвующие в дефиле, выстроились на подиуме, зааплодировали, и на помост поднялась героиня вечера — владелица брэнда и главный дизайнер. Была она ослепительно красива в своем белом изысканнейшем платье. Как невеста, идущая под венец. Марина постаралась запомнить фасон. Может быть, эти знания понадобятся ей в самое ближайшее время.
Гости уже поднимались с мест и торопились в банкетный зал, который расположился двумя этажами ниже. Марина отправилась следом.
Столики оказались фуршетными, для быстрого перекуса, и только для актрис был накрыт специальный, со стульями. Они уютно расположились за ним, а официанты принесли еду и напитки. Марине тоже хотелось бы посидеть, но пришлось, как и большинству, обходить длинный шведский стол с большой тарелкой в руках. Она положила всего понемногу — какие-то салатики, красную рыбу, овощи… Попозже она подойдет за горячими блюдами, которые выглядели очень аппетитно. Но особое ее внимание привлек стол, уставленный десертами — торты и пирожные смотрелись так, что от них невозможно было отвести взгляд. Марина забеспокоилась — слишком много людей крутилось около сладостей, так может и не хватить.
Втиснувшись со своей тарелкой к десертному столу, она оказалась между молодыми девчонками. Судя по всему, они были знакомы между собой. Поглощая с тарелок набранную еду и небрежно переговариваясь, они с той же легкостью между делом втискивали в свои сумки пирожные.
— Маловато взяли, — сказала одна, — пойду еще прихвачу.
«Кошмар! — подумала Марина. — И это — высшее общество!»
Она непроизвольно оглянулась на актрис. Их стол был пуст, официанты убирали приборы. Именитые разошлись. А для особо близких и важных персон банкет. видимо, организовали совсем в другом месте. Во всяком случае, самой дизайнерши нигде не было видно.
Одна из девчонок вернулась с полной
