не почувствовала того, когда он успел ко мне прикоснуться!
Испуганно вырываю свою ладонь и отхожу от начальника в сторону, а затем и вовсе проношусь мимо такого же ошалевшего Михаила. Слышу, как он нападает на Дмитрия с претензиями по поводу нашего опоздания и с вопросами о том, чего это ради мы заявились сюда держась за руки. Однако ответов я решаю не дожидаться, как можно скорее скрывшись в здании и оставив мужчин позади.
Ну просто невообразимо "прекрасное" утро!
Стараясь не акцентировать своё внимание на ненужных сейчас вещах, и так слишком растерянная всеми происходящими сегодня событиями, я оказываюсь в самом центре множества людей, бегающих туда-сюда. Среди них замечаю спокойно стоящих поодаль от всеобщего хаоса двух знакомых мне мужчин. Ведущий нашего будущего шоу и друг Жданова, с которым они часто вместе работают. Вячеслав Журавлёв — очень талантливый композитор и просто отличный человек.
Последний, судя по всему, тоже приглашен как гость, что и не удивительно. Помимо него, тут будут и другие люди, чьи жизни в той или иной мере невольно изменил мой начальник с помощью своего творчества.
Собираюсь уже спросить, не нужна ли где помощь, как ко мне внезапно подбегает женщина лет тридцати пяти и зовет переодеваться. Я непонимающе хлопаю глазами и осматриваю свой внешний вид. Да, он неидеален, но чтобы прям переодеваться...
Собираюсь, конечно же, отказаться, как вдруг она выдает ещё более странное заявление:
— Александра, верно? Вы будете в кадре, а значит, нужно привести Вас в порядок, — произносит она уверенно, видя моё замешательство. Начинает настойчиво тянуть за собой.
— Нет-нет, подождите, это какая-то ошибка... — усмехаюсь нервно, а у самой ноги подкашиваются от осознания приближающегося кошмара.
— Никакой ошибки нет, Калинина, — раздаётся внезапно за моей спиной мужской голос, отчего даже эта женщина тут же отходит в сторону, не желая попасть под горячую руку Горшкова. — Ты тоже участвуешь в съёмках.
Глава 17
Обойдя меня, мужчина останавливается прямо напротив и принимается сверлить мою персону еще более недоброжелательным взглядом. Я осматриваюсь по сторонам в поисках Дмитрия, но, к собственному сожалению, замечаю его в конце противоположного угла, после чего он и вовсе скрывается в одной из гримерок, быстро поздоровавшись с друзьями и совсем не замечая того, что его директор в очередной раз на меня напал.
— Но, Михаил Андреевич, с чего мне вдруг понадобилось появляться в студии? — с откровенной паникой в голосе спрашиваю, готовая провалиться сквозь землю.
— Вы оба должны показать на камеру, что между вами нет никаких отношений, кроме рабочих. Ты заварила кашу с этим чертовым караоке, а теперь, будь добра, иди и продемонстрируй это. Покажи, что вас связывает только работа, если не хочешь, чтобы имя Димы и дальше полоскали в самом нелицеприятном свете из-за тебя. К тому же здешние хозяева сами настояли на том, чтобы ты участвовала в этом шоу, так что вперед. И попробуй только ляпнуть что-нибудь лишнее!
Стремительно развернувшись, Горшков уходит в ту сторону, где минуту назад скрылся наш общий начальник, а я так и остаюсь стоять на месте посреди огромного павильона. Глубоко вздохнув, послушно киваю все еще стоящей поблизости женщине и направляюсь за ней. Даже не знаю, куда она меня ведет, но мне, честно говоря, по большей части все равно.
Безумно страшно от осознания того, что придется оказаться перед зрителями и перед множеством камер, но Михаил прав. Если бы не я, в интернет бы не попали наши с Ждановым провокационные фото, а значит, мне нужно туда выйти и всеми возможными способами показать, что все сплетни о нас — всего лишь выдумка журналистов.
Когда мое безвольное и не сопротивляющееся тело усаживают в кресло и принимаются что-то делать с волосами и лицом, я сдаюсь на милость незнакомым мне рукам, продолжая обдумывать то, как правильно нужно будет себя вести и что говорить. И да, прямо сейчас мне крайне недостает успокоительной таблетки, так как от волнения даже начинает кружиться голова, но приходится себя перебороть и взять в руки. В конце концов, я уже взрослый человек и должна быть ответственной за все то, что делаю. Да и ведущий этой программы достаточно уважаемый человек в нашем шоу-бизнесе, а не один из тех стервятников, кто станет намеренно провоцировать и раздувать скандал в прямом эфире. К тому же, с Дмитрием они неплохо общаются при встречах.
— Всё, готово, — слышу словно бы через толщу воды голос той самой женщины.
Несколько раз моргаю и смотрю на себя в зеркало, поразившись тому, как за столь короткое время она сделала меня не просто человеком, а вполне себе красивой девушкой.
Легкий макияж скрыл синяки под глазами, а стрелки и тени сделали их даже чуть больше, выразительнее. Да и волосы, собранные в высокий хвост, заметно добавили моему облику загадочный, роковой вид. Хотя, роковой я себя определённо не ощущаю.
Вдруг осознаю, что уже очень долгое время не красилась, отчего сама себе в данный момент кажусь кем-то другим, однако на любование времени совсем не осталось. После макияжа меня ведут переодеваться, перед этим успев спросить о моих размерах. Передают в руки платье белого цвета и отправляют за ширму, где я и облачаюсь в него.
Платье это удивительно хорошо садится по фигуре, длиной доходя до колен, с треугольным вырезом на груди. В плечах, правда, чуточку тесным кажется, но это не критично. Да и не об этом мне сейчас следует волноваться.
Когда я оказываюсь полностью готовой, ко мне прикрепляют микрофон и сразу же отправляют в тот самый зал, где уже почти все собрались.
Словно в тумане, прохожу на свое место и осматриваю собравшихся тут людей, отметив, что пока еще пустующее место Дмитрия Николаевича находится между местом ведущего и Виктора Нестерова — одного из его друзей и, по совместительству, отличного композитора. А вот меня разместили как раз прямо напротив них, и я даже не знаю, радоваться этому расстоянию или же нет.
Делаю несколько глубоких вдохов и вытираю вспотевшие ладони о ткань платья под столом, когда замечаю приближающихся мужчин, один из которых является главной фигурой сегодняшнего шоу.
Привычно засматриваюсь на Жданова и подмечаю, что его тоже переодели и подготовили к пристальному вниманию камер. Сейчас он выглядит не так, каким я привыкла его видеть в обычной жизни, нет. Казалось бы, просто белоснежная рубашка и уложенные чуть назад волосы, а внешне он кажется уже совсем другим.
Встряхнув головой, отвожу взгляд, напомнив себе о словах Горшкова.
