ней влечение? Девочка ведь тебе не игрушка в качестве утешения. Ты не можешь использовать её для того, чтобы ослабить напряжение в отношениях с женой. Для начала прислушайся к себе и определись, что это: настоящее чувство или всего лишь желание получить что-то тебе недоступное? Ведь, как ты уверял меня не так давно по телефону, она едва ли не одна такая стойкая к твоим природным чарам. Так, может, ваш мужской охотничий инстинкт в тебе снова проснулся, а, Димочка? Молодость решил вспомнить, все дела...
Морозова сдувает чёлку со лба, а Жданов молчит, и сам до конца не понимая природу затопившего его доверху притяжения.
— И подумай ещё вот о чем. Извини, если я резко сейчас скажу, но ты бы не заводил этот разговор, если бы не хотел услышать мой совет. Так вот, я на миг допускаю мысль, что примерный семьянин в твоём лице готов оставить Таню ради этой девочки, однако ты уже размышлял о последствиях? Например, о том, что ты не выносишь, когда кто-то посторонний влезает в твою личную жизнь. А о тебе с Сашей уже что только не говорят. Понимаешь, что она больше не сможет работать с тобой, когда правда эта выплывет наружу? Поклонники твои, да и не только, не оставят её в покое. Или ты так и планируешь держать её рядом в качестве помощницы? Она будет продолжать ездить везде с тобой... Удобно, конечно, ничего не скажешь.
Нина продолжала смотреть на него, а Дмитрий на миг растерялся даже от столь пристального внимания подруги и от саркастичных ноток в её голосе. И всё же, она, как и всегда, права.
— И в конце концов. Что сама Александра думает о твоей внезапной к ней и довольно-таки чрезмерной симпатии? Ты ей признавался?
В ответ на этот вопрос он невесело рассмеялся и отрицательно покачал головой, поднимаясь со скамейки.
Хватит с него свежего воздуха на сегодня.
* * *
Все эти слова лучшей подруги до сих пор звучат у мужчины в голове.
Да уж. Попытался ведь обо всем рассказать Саше, но та не дала ему этого сделать, испуганно оборвав на полуслове, глядя своими большими глазами.
Вернувшись в реальность будучи всё ещё лежащим на неудобном диване, Жданов немного вздрагивает, когда раздается вибрация его телефона, оставленного на кофейном столике.
Потянувшись за ним, по-прежнему стараясь не тревожить спящую девушку, он взглянул на экран, а после закатил глаза, в последнее время определённо начав уставать от постоянного контроля со стороны Горшкова.
Нажав на экране на зеленую кнопку, прикладывает телефон к уху и тут же слышит голос неугомонного Михаила:
— Дима, где ты? И где Александра твоя? Я же говорил тебе быть на месте в восемь утра. А уже девять почти! Калинина так и подавно должна была приехать заранее.
Не собираясь портить себе столь приятное утро разборками с директором, хоть и прекрасно знает, что они действительно нещадно опаздывают, мужчина быстро и резко отвечает:
— Мы скоро будем.
И, не дав тому возможности что-либо возразить, кладёт трубку.
Потом же, поддавшись внутреннему порыву сердца, наклоняется и целует девушку в лоб, заботливо заправив пряди распущенных волос за ушко.
Больше всего на свете сейчас желает остаться лежать вот так вместе с ней на этом тесном диване, ощущая уже почти что родное тепло её тела, однако необходимо всё-таки вернуться в суровую жизнь.
Улыбается слегка, когда Саша начинает шевелиться и недовольно сопеть, явно не желая просыпаться.
Снова приблизившись к ней, тихонько шепчет:
— Солнце моё, пора вставать.
Глава 16
Ещё не до конца проснувшись, по большей части все еще пребывая во власти Морфея, снится мне, будто бы я нежусь в тёплых и самых уютных на свете объятиях. В объятиях своего начальника. И просыпаться от такого сна совершенно не хочется.
Чувствую его сильные руки, обнимающие меня, чувствую невесомый поцелуй на лбу и ласковый шёпот мне на ухо. Затем лёгкое поглаживание по волосам, отчего всё-таки приходится невольно пошевелиться, ощущая странную тесноту с двух сторон.
Странно, моя кровать ведь достаточно свободная для того, чтобы там уместилось как минимум человека три... И всё же, несмотря на подобные тревожные мысли, пробравшиеся в мою голову, я не слишком тороплюсь открывать глаза, никак не желая отпускать от себя столь прекрасный сон, происходящий словно бы наяву.
Нет, мне, чего уж скрывать, часто снятся сны с непосредственным участием Дмитрия Николаевича, однако, чтобы настолько всё реалистичным казалось — впервые. Так по-настоящему тепло и уютно.
Невольно подаюсь ближе к источнику этого тепла, намереваясь вновь погрузиться в глубокий сон, но вдруг слышу тихий смешок у самого уха, коснувшийся моих волос. Настораживаюсь уже сильнее, медленно приоткрываю веки и первым, что я вижу, оказывается нежный взгляд до боли знакомых голубых глаз. Любимых мною глаз. И только тогда до меня постепенно доходит осознание того, что всё это не сон.
Я действительно проснулась в объятиях Жданова и прямо сейчас глупо хлопаю ресницами, не в силах поверить в реальность происходящего.
Лихорадочно начинаю вспоминать события, случившиеся накануне, и всё встаёт на свои места. Щёки вмиг опаляет румянец, а сама я опускаю глаза, утыкаясь ими в мужскую грудь, облаченную в футболку. Разряд тока пробегает по всему телу от ещё более острого ощущения того, насколько близко я лежу к мужчине и насколько тесно он прижимает меня к себе, продолжая поглаживать рукой мои волосы.
И если не брать во внимание затопившие меня неловкость и смущение от всей этой ситуации, то больше всего хочется одного. Просто взять и подвинуться к нему вновь, обнять в ответ, забыв о всех словах, которые я вчера сказала, тем самым не давая нам обоим совершить непоправимый поступок.
На короткую долю секунды действительно жалею о том, что вчерашним вечером мой разум оказался громче стука влюбленного сердца, но в конце концов я понимаю, что поступила правильно. Познакомились бы мы при других обстоятельствах и в другое время, ни за что бы не упустила шанс впустить в свою жизнь такого мужчину, но... Имеем то, что имеем.
Поднимаю глаза и снова встречаюсь взглядами с Дмитрием, который определённо забавляется от моей реакции. Тоже еле заметно улыбаюсь и внезапно понимаю, что эта проведенная вместе ночь как-то стёрла между нами очередную границу, подведя друг к другу ещё ближе. Пусть даже физической близости и не было.
Рука моя почти тянется вверх, желая всё-таки прикоснуться к нему в ответ, но тут я мельком смотрю на
