же время, вода из спагетти почти выкипела, еще и Макс приехал раньше времени.
Я не слышала, стучался ли он. Увидела только когда в кухню заглянул. Расстроилась.
— Макс, подожди, пожалуйста, в гостиной, — простонала, разочарованная собой и своими кулинарными способностями. Сюрприз грозил провалиться.
Отвлекшись, я механически схватила кастрюлю без прихватки и завизжала, с грохотом роняя ее. Хорошо, что вода выкипела и не обрызгала меня, а быстрая реакция Макса спасла содержимое.
Пострадала только моя ладонь.
Макс схватил меня за запястье и быстро потащил к раковине. Включил холодную воду и сунул под нее обожжённое место.
Я стояла и плакала как маленькая. Было очень обидно, а пальцы сильно жгло.
— Господи, малыш, ты что творишь? Совсем не жалко свои ручки? — отчитывал меня, не давая выдернуть пострадавшую конечность.
— Это должен был быть сюрприз! Почему ты так рано приехал?
— Потому что соскучился. Мы же вчера не виделись. Я вернулся и сразу к тебе рванул.
Накануне он уехал в Питер к отцу по каким-то делам, связанным с бизнесом.
— Как не вовремя, — я тоже соскучилась, но расстроилась сильнее.
— Так, малыш, сейчас берешь лед и идешь в гостиную. Я тебя больше к горячему не подпущу.
Я оглянулась на плиту, где готовился соус. Макс умудрился выключить огонь, пока оказывал первую помощь, и хотя бы ничего не сгорело.
Я хотела поспорить, но он не дал. Достал кубик льда, сунул мне в ладонь, обмотав полотенцем, бережно взял за плечи и увел плакать в гостиную.
Нет, конечно же он не знал, что я буду там слезы лить.
Сам вернулся на кухню, а через десять минут принес нам две тарелки с тем, что в идеале должно было стать моим сюрпризом, только выглядело все гораздо аппетитнее, чем даже на картинке.
Он, оказывается, неплохо готовит.
Я опять расплакалась.
— Девочка моя, ну ты чего? Все же удалось спасти. Кроме твоих пальчиков.
Развернул полотенце, где кубик уже почти растаял и вода впиталась в ткань.
Поднес руку к губам и нежно коснулся.
Признаться, я тоже растаяла, как тот кубик. Даже больше, чем от приготовленного ужина.
— Почти прошло, — хлюпнула носом.
— Будь осторожнее в следующий раз. Мы могли бы вместе что-нибудь приготовить. Давай на День Влюбленных сделаем это у меня дома?
Цвет его глаз внезапно поменялся на более темный, густой, жгучий.
Я поняла, что это не простое приглашение. Если соглашусь, то надо принять как факт, что это будет прощание с моей невинностью.
Сердце бешено заколотилось. Мне хотелось отвести взгляд и подумать. Даже возникла легкая паника. Но его глаза держали крепче любого магнита.
Я смотрела в них и не просто тонула в темных океанских глубинах, а делала это с большим наслаждением... Как будто нет ничего прекраснее, чем умереть на дне этой непроглядной бездны.
И я согласилась. Просто склонила голову без слов, потому что не могла выдавить ни звука.
И тут же поняла, что не жалею и не боюсь больше.
Даже если Макс еще не признался, он наверняка сделает это. Я вот точно скажу ему о своей любви. Хотя он ведь это и без слов знает. Не может не знать...
Две недели февраля пролетели еще незаметнее.
Я готовилась к Дню Валентина так же тщательно, как делаю всё в своей жизни.
Сегодня я стану частью его не просто на словах, а в прямом смысле.
Как же трепетно и волнительно...
Глава 24
Макс, придерживая меня за поясницу, открывает дверь в свою квартиру на самом верхнем этаже элитного жилого комплекса.
— Проходи, у меня для тебя подарок.
Его рука немного напряжена, как будто он опасается, что я сбегу в последний момент. Но я уже все решила.
Кстати о подарке. Я вся измучилась, думая, что же можно подарить парню, у которого все есть.
Остановилась на, возможно, банальном решении — себя. Ну не шоколад же!
Я купила то, чего у меня никогда не было и то, что без Макса я бы не позволила себе. Чулки и кружевной комплект белья с трусиками-стрингами. Сначала хотела красным цветом в честь праздника, но мне показалось, что на моей бледной коже это будет слишком ярко и купила все-таки белый.
Изюминкой же комплекта были милые розовые ленточки, завязанные бантиками в стратегических местах. Это белье снималось проще, чем любое другое — одним лишь "дерни за веревочку".
Поскольку я планировала его надевать только на встречи с Максом, то меня не смущало.
Я ни одному мужчине или парню еще не делала подарки на День влюбленных, поэтому была крайне обеспокоена, понравится ли...
Но это не единственное, что меня тревожило, разумеется.
Нет, я не сомневалась в своем решении провести с ним сегодняшнюю ночь, но...
А если ему не понравится? Сколько девушек у него было до? Уж наверняка среди них были опытные любовницы, так сказать, мастерицы на все руки. А я... Я даже целоваться не умею толком. Максу приходилось учить меня этому.
Он когда узнал, что я никогда до него ни с кем не целовалась, был удивлен. Признался, что у меня хорошо получилось в загородном доме. И пообещал обучить.
Только, кажется, я все же иногда косячила. Потому что он отрывался и немного сердился. Уходил то на кухню, то в ванную, чтобы не сорваться на мне.
Что я делала не так, я не понимала. Мне самой казалось, что начало получаться неплохо. Но из-за этих вот его отлучек, чувствовала неуверенность.
А если даже с поцелуями все так плохо, то что с сексом? Я же точно ничего не смогу сделать правильно. Я ведь даже обнаженного мужчину ни разу не видела!
Но я храбро вхожу в квартиру. Наша с Данкой трёшка довольно просторная и современная, но у Макса просто высший класс.
Правда сразу видно, что это логово холостяка. Но мне нравится. Здесь чувствуется отражение его личности.
Как будто дизайнер хорошо его знал… или знала…
— Ну как? Нравится?
— Тот, кто это создавал, неплохо тебя знает, — выдаю, чувствуя укол ревности.
— Как ты догадалась? — значит, я права. — Это мой личный проект. Можно сказать хобби. Было. Когда мне подарили эту квартиру на совершеннолетие. С тех пор я не сильно что-то менял. По мелочам только.
Оу. Да в нем скрыто множество талантов. Даже не догадывалась.
Как мало я о нем знаю. Хочу больше! Больше! Хочу знать всё, даже то, что он прячет от других.
Уверена, есть другой Макс, которого мало кто видел. И я мечтаю стать
