себя девочкой, которой строго наказали быть дома ровно в десять ноль-ноль. А она опаздывает, причем гуляет с мальчиком, который взялся ее провожать и которого родители могут увидеть из окна. Как недавно все было!
— До завтра. — Наташа подала руку, а Саша ее с чувством пожал. И отправился дальше — он жил ровно через два дома.
Наташа, перешагивая через ступеньки, поднялась на свой этаж и даже вздрогнула — дверь в квартиру была открыта, и из псе выглядывали отец с матерью.
— Ну вы даете! — засмеялась она. — Ложились бы спать, вам ведь вставать рано.
— Есть будешь? — сразу поинтересовалась мама.
— Только чайку, почему-то пить хочется.
— Тебе несколько раз звонили и Маша, и Лена. Маша просила обязательно перезвонить, пусть даже поздно. Что-то случилось? — беспокойно спросила мама.
— Да что ты! Я же рассказывала тебе о том, что Машка работает гидом у двух американцев, один проявляет ко мне интерес.
— Ой! — вздохнула мама.
— Ну что ты в самом деле. — Наташа чмокнула ее в теку. — Радоваться должна, что твоей дочерью интересуются.
— Я радуюсь, — кисло согласилась мать.
— Вы долго будете секретничать? — Отец стоял в дверях кухни в черных сатиновых трусах, которые Наташа обычно называла «раздутыми парусами».
— Все-все, спокойной ночи. — Она поцеловала и отца.
И вдруг за метила, как сдал в последнее время ее всегда моложавый и подтянутый папа. Из-под резинки трусов вылезал животик, а ноги стали почему-то совсем тонкими, как две палочки. Или они и были такими, да Наташа не замечала.
Какое счастье, что ей повезло с родителями. Только теперь она и сумела их оценить. А ведь было время, когда Наташа считала, что им не хватает образованности, что они слишком прямолинейны, что она знает гораздо больше и просто не может слышать их банальных советов. И вот теперь, пожив вдали и обжегшись, она обнаружила, что все это глупые мелочи, а главное — их великая родительская любовь и умение подставить плечо своему ребенку, который давно превратился во взрослую тетку, но все еще нуждается в их тепле и поддержке.
Она придвинула телефон и набрала Машин номер.
Трубку долго не брали. Наконец полусонный голос подруги пропел:
— Алло…
— Извини, сели разбудила, но ты сама просила…
— Наташ, Грэг мечтает тебя увидеть, приглашает в театр.
— Какой театр! Я теперь занята — работаю до ночи.
— Да ты что! Где?
— У Саши в рыбном производстве.
— Нормально, — протянула Маша. — Вce-таки подумай, когда сможешь выбрать время. Мне отчитаться надо завтра. Нормальный же мужик. Не отстанет ведь.
— Подумаю. Ладно, Маш, спи. Созвонимся еще.
— Пока.
Наташа положила трубку на рычаг, налила себе большую кружку чая и подумала, как здорово прошел сегодняшний день. Она почти не вспоминала об Андрее. И еще — она страшно хочет спать.
Глава восемнадцатая
— Я выхожу замуж, — сказала Марина Виктору, когда после занятии любовью он встал и начал одеваться. — И уезжаю отсюда. Когда отдать тебе ключи?
Виктор на минуту замер. Он повернулся к Марине, все еще лежащей в постели, и недоверчиво спросил:
— Ты серьезно?
— Серьезней не бывает.
— Это твой начальник, который заставлял тебя так много работать?
— Да.
— И ты его любишь?
— Конечно.
— Тогда зачем встречалась со мной?
Марина растерялась. Она ожидала не этих вопросов, а бури чувств со стороны Виктора, который должен был пасть на колени, умолять не бросать его. Она хотела увидеть его поражение и свою власть над ним. Это столько раз прокручивалось в ее мозгу. Марина знала, как поведет себя в этой ситуации. Она подготовилась. По ее сценарию Виктор должен был прийти в восторг от того, что она проделывала в постели. Он обязан был понять, что лучше Марины просто никого нет. Сначала она свысока выслушает его объяснения в любви, потом напомнит, как долго он мучил ее, не предпринимая решительных действий, а напоследок смягчится и объявит, что готова быть с ним, если они заключит официальный брак. Причем заявление на развод с женой он отнесет в загс уже завтра утром.
Но, видимо, Виктор не собирался просить прощения и признаваться в своих чувствах.
— Кажется, тебя мое сообщение не расстроило? — спросила она.
Виктор медленно подошел к ней, сел на кровать рядом.
— Ты сняла с моей души камень, — серьезно сказал он. — Я рад, что ты устроила свою судьбу. Роман наш заканчивается, мне часто бывало хорошо с тобой. Немного жаль, что не будет этой отдушины.
— Немного жаль? — вскочила Марина. — Как ты можешь так рассудительно говорить об этом?! Мы целый год встречались, я любила тебя…
— А сильно бы ты любила меня, мужчину, которому пошел шестой десяток и который годится тебе в отцы, если бы у меня не было денег? — медленно спросил он.
— Вот ты о чем! Да, я бы не влюбилась, если бы ты оказался нищим! Но ты же мне сразу объяснил, что не беден. А узнавала я тебя потом. Мы подходим друг другу, несмотря на возраст!
— Девочка моя, не надо громких слов. Тебе бы быстро надоел и я, и мои родственники, и вся моя стариковская компания. А я уже не буду бегать по дискотекам. У нас с тобой разные воспоминания. А наш секс я буду помнить — ты помогла мне почувствовать себя молодым. Но у меня еще и жена есть. Двойную нагрузку мне не потянуть.
— Ты хочешь сказать, что трахаешься с этой старухой?
— Она — моя ровесница, Марина. И выглядит, кстати, еще очень ничего. Буду ее дальше оставлять без внимания — тоже любовника заведет.
— Совсем с ума сошел! — От бессилия Марина заколотила по его спине. — Кому она нужна?!
— Ну хватит! — встал с кровати Виктор. — Не понимаешь по-хорошему — объясню прямо: я никогда не женюсь на проститутке, даже если она окажется «мисс мира» и секс-бомбой номер один. Ключи отдашь завтра, я подъеду ровно в шесть.
Он быстро прошел к выходу и громко хлопнул дверью.
Старый хрыч!
Марина не знала, как справиться со своими чувствами. Да так ли уж много денег она от него получала? Жалкие подачки! Даже в отпуск ни разу не свозил! Он, видите ли, привык с семьей отдыхать! А она тоже хороша — старалась, ублажала это дряхлеющее тело! Да он молиться должен был на нее!
Оставаться здесь она просто не могла. Все в этой чужой квартире, хозяева которой загорали где-то в Африке, чтоб их крокодилы съели, напоминало о Викторе. Надо что-нибудь испортить здесь — пусть Виктор потом объясняется. Она еще и жене его позвонит — расскажет, чем муженек
