были похожи друг на друга и не умели говорить о том. что на душе. Но оба чувствовали, как тяжело другому, и старались показать, что они-то — отец и сын — будут вместе, что бы там ни вытворяла объединяющая их и любимая ими женщина.
Саша посмотрел на часы и вспомнил, что не заказал Наталье пропуск. Он взял бланк и поднялся из своего подвального помещения на первый этаж — к бюро пропусков. И сразу же увидел ее.
Она стояла в очереди к окошку. И из нескольких женщин, составлявших очередь, выделялась какой-то подтянутостью и аккуратностью. Саша подумал, что ему со студенческих лет нравились в подруге жены качества. совсем несвойственные Лене, — мягкость, уступчивость. А с годами он укрепился во мнении, что это — самое главное в женщине. Его всегда удивляла их дружба — три таких непохожих человека. Наверное, это привычка — держаться за друзей, обретенных в детстве и юности. Но почему она не распространилась со стороны Лены на него? Ведь они тоже провели вместе свои лучшие годы.
Хотя им и сейчас не так уж много лет.
Они вместе оформили пропуск, и Саша провел На талью в свой маленький кабинетик, тесную комнатушку, куда еле-еле удалось втиснуть два небольших письменных стола.
— Садись. — пригласил он. — Как видишь, хоромами наше заведение назвать трудно.
— Ничего страшного, — сказала Наташа, устроившись за одним из столов. — А у тебя даже компьютера нет?
— Сломался, надо покупать новый, а денег не хватает. Обходимся. У бухгалтера есть компьютер, но поскольку она работает по совместительству, то ей удобней держать его дома.
Саша помолчал, собираясь с мыслями, чтобы сказать Наташе главное, что его беспокоило.
— Понимаешь, я буду только рад, если ты начнешь здесь работать. Но боюсь, тебе не понравится. У пас почти не бывает выходных. Если ты будешь ездить в общественном транспорте, то от тебя будут шарахаться пассажиры. По исходящему запаху они подумают, что ты какая-нибудь бомжиха. Контингент у нас самый простой, ты не найдешь здесь друзей. А что самое главное, я не смогу тебе платить столько, на сколько ты, вероятно, рассчитываешь.
— Саша, ты же знаешь, я по профессии — технолог пищевой промышленности. Значит, это мое. Пусть я раньше сметану и масло делала, а теперь на рыбу перейду. Я тут думала: что я вообще умею делать? А ничего больше. Ну связать что-нибудь смогу или приготовить, Так что в принципе можно поваром устроиться. Но есть такое понятие — покровительство профессии. Если ты чем-то уже занимался и у тебя неплохо получалось, стоит попробовать к этому вернуться. И мне очень нравится, что много работы, — я готова проводить здесь круглые сутки. Мне сейчас это просто необходимо. А домой буду пешком ходить, проветриваться — тут ведь не так далеко, не больше получаса. Насчет зарплаты… Уж сколько положишь. Иногда могу брать натурой — обожаю рыбу. Ну и не зря же мы вдруг встретились в парке — для чего-то это было нужно?
— Я тебя предупредил, — вздохнул Саша. — Давай тогда думать, чем ты будешь заниматься. Для начала изучи, что мы производим. Каждый день по утрам приезжают покупатели. Будешь отпускать товар, выписав накладные. С завтрашнего дня и приступай. Пойдем, я покажу тебе цех, склад готовой продукции.
Экскурсия была недолгой. Наташа особенно интересовалась технологией приготовления рыбы и удивилась, как скуден оказался ассортимент. Она решила, что обязательно надо посидеть за книгами, посмотреть новые рецептуры. Зря ее пугал Саша — ничего страшного она не увидела. Все удобно, продуманно и, как ни странно, очень чисто. Обычное производство. Она войдет в курс дела и подумает, что тут можно улучшить.
— Главная проблема — деньги, — попутно объяснял Саша. — Тогда можно увеличить оборот. Ио мой партнер, уезжая за границу, свою долю забрал. Дела уже шли ни шатко ни валко, так что деньги только убывали. а не приходили. Разбогатеть не удалось. — Он развел руками.
— А кредит? Его можно как-то получить?
— Физическим лицам — никак. А юридическим — под залог. Куча бумаг, проценты неподъемные…
Они вернулись в кабинет. И Наташа засела за документы. Все в них ей было понятно. Она вспомнила, как осваивала эту науку, помогая на первых порах Андрею. Значит, доля ее труда в его бизнесе тоже есть?
Саша уехал закупать товар. Он совмещал в одном лице водителя, грузчика и экспедитора. А Наташа погрузилась в бумаги и не отрывалась от них до позднего вечера.
Домой шли вместе. Через парк, погруженный во тьму, куда не заходил в это время пи один нормальный человек.
— Я не понимаю чего-то, — сказала Наташа. — Все последнее время слышала по телевизору о том, как облегчают жизнь работникам малого бизнеса. А на деле…..
— А на деле, — зло подхватил Саша, — все, кому не лень, хотят поиметь и тебя, и твой бизнес. Ладно бы деньги были, поделюсь — не жалко, но ведь их нет.
— Да… Знаешь, я тут с Ясной виделась, она очень тобой интересовалась. Ты бы позвонил ей, что ли.
— Не хочу навязываться. Я ей ничего плохого не сделал.
Они молча шли дальше, думая каждый о своем.
— Скажи, Саш, а почему вы разошлись с Андреем и Лешей? Что случилось между вами?
— Да ничего особенного, — подумав, ответил Саша. — Просто я не вписался в их общее дело. Не хотел профессию бросать, а они посчитали, что я выделываюсь. Теперь признаю: был не прав. Все равно на свободные хлеба подался. Уж лучше бы с ними. Но они как-то вычеркнули меня из своей жизни. Как и Лена.
— Хочешь, я дам тебе почитать всякие умные книжки. Мне мама натащила огромное количество. Как обрести уверенность, как приобрести авторитет, как программировать других… Там еще много про карму, про формулу успеха, жизнь без конфликтов и что-то еще.
— Тебе помогло?
— Да я не очень прониклась. Единственное, что запомнила, — не надо копить обиды, иначе переполняется карма, а это плохо. Жизнь тебя испытывает на прочность. Если ты очень добрый, то тебе для равновесия посылается злая супруга. В общем, чтобы жизнь медом не казалась.
— Интересно… А что же делать?
— Вот этого я не знаю, — рассмеялась Наташа. — Наверное, терпеть. Хотя там приводятся какие-то упражнения, которые помогают справиться с ситуацией. Но с твоим ритмом жизни у тебя на это просто не хватит времени. Надеюсь, что у меня теперь тоже. Лучше пешочком походим — тоже, говорят, полезно.
Они уже подходили к Наташиному дому. Свет в окнах родительской квартиры горел: мама ждала, волновалась, как прошел ее первый рабочий день. Наташа почувствовала
