сокрушённо качала головой и бубнила под нос:
— Вот если бы ты её привела, Саврасов и слова бы не сказал!
Я только бровь изогнула в ответ. Разве в том дело, кто привёл некомпетентного сотрудника? Ясно, что я отослала бы деточку после первого же собеседования! Говорить этого не стала, не хотелось добавлять напряжённости в без того искрящуюся атмосферу.
Еле дождалась выходных!
Планов особых не было, я решила, что проведу два дня дома за чтением чего-нибудь лёгкого в интернете. Однако субботним утром раздался звонок. «Александр Шухов» — сообщил мне экран мобильного.
Новый знакомый вкрадчивым голосом сообщил, что они всей семьёй собираются погулять в Сокольниках. Егорка очень-очень просит составить им компанию, так как мечтает о встрече с моим мопсом.
— Не слишком большая наглость с моей стороны просить вас об этом? — таким вопросом Александр завершил своё обращение.
— Почему же наглость? — без колебаний откликнулась я. — С удовольствием прогуляюсь с вами. Давненько не была там.
— Мы тут недалеко живем, я могу Любаню с Егором отправить на трамвае, а за вами съездить.
— Зачем же? Мы с Крашем прекрасно доберёмся на метро.
Вообще-то мой питомец не любил путешествовать в переноске, но кто бы его спрашивал?
Шуховы всем семейством встретили нас у выхода. Егор сразу же бросился вызволять Краша из «тюрьмы». Я вручила парнишке поводок, наказала не позволять пёсику тащить себя, объяснив, что Краш отлично выполняет команду «рядом».
— А то мы вас потом не найдём, — добавила я с улыбкой.
Мальчишка и пёс — заметно повеселели, получив свободу и принялись носиться вокруг, пугая редких гуляющих. Мы сразу же свернули с главной аллеи, углубившись в безлюдное место.
Приёмная мама Егора оказалась маленькой круглой блондинкой с очень приветливым лицом. Говорила она негромко, даже робко. Я поначалу решила, что Любанька — так называл её супруг — побаивается меня, но вскоре убедилась, что это её обычная манера общаться. Я вновь убедилась в разумности решения своей однофамилицы: Аглая хорошо представляла, кому доверяет ребёнка.
Александр шёл в авангарде, отслеживая перемещения сына и собаки, мы с Любой беседовали на посторонние темы. Что-то о книжных новинках, что-то о современных авторах и жанровой литературе. Создавалось впечатление, что мы давно знаем друг друга и в расспросах не нуждаемся, хотя виделись впервые.
Добрели до лужайки, где можно было побегать по траве, чем и занялась мужская часть нашей компании. Мы же сели на скамейку и с улыбками следили за вознёй, которую устроили Егорка и Краш.
— Он всегда просил завезти собаку, — вздохнув, призналась Люба.
— Да, Александр говорил.
— Со всеми во дворе играет. Но ваш мопсик самый чудесный.
— Это так.
Помолчали. Люба заметно мучилась, не решаясь задать вопрос. Я не выдержала, коснулась её подрагивающей руки, спросив:
— Что вас беспокоит?
— Этот пострелёнок, — она кивнула на Егорку, — уж больно самостоятельный. Просто не знаю, что ещё может выкинуть.
— Что ж, — ободряюще улыбнулась я, — настоящий мужчина растёт, а не какая-то тютя-матютя.
— Беспокойно. Ладно, мать разыскал, так ведь ещё и с отцом виделся. Чего дальше-то ждать?
— Всё будет хорошо. Надёжный у вас парень, поверьте, я знаю, что говорю.
— Думаете?
— Уверена. Егор никогда вас не предаст.
Люба покусала губу, качая головой, потом всё-таки спросила:
— А почему вы так думаете?
Я сомневалась говорить или нет, потом решилась:
— Мы с мальчиком разговаривали, когда подошёл Тимофей Андреевич.
— Егорка сказал, что кровный отец ему понравился, — ввернула взволнованная мамочка.
— Наверное, понравился. Он нормальный мужчина. Только вот что...
— Что?
— Когда Саврасов предложил довести Егора домой на крутой тачке, он, не раздумывая, отказался и поехал на метро.
— Мы всегда объясняли, что нельзя садиться к чужим... — начала говорить Люба, но прервала фразу и засмеялась. — Пожалуй, вы правы. Мог бы и прокатиться с отцом-то, а он... Молодец!
— Вот и я говорю, что крепкий парень растёт. Разумный.
— Как вы думаете? — теперь она подалась ко мне и тронула за руку: — Разрешать им встречаться? Не выйдет ли нам это боком?
Я пожала плечами, не желая становиться адвокатом Саврасова.
— Это вам решать. Скажу только, что запреты часто провоцируют ложь. Цените то, что Егор до сих пор не врал и всё вам рассказывал. Хотя, не каждый бы смог решиться на это в его ситуации.
Отличная получилась прогулка, мы ещё недолго посидели в летнем кафе, угостились мороженым, выпили газировки, после чего тепло попрощались.
Только вернувшись домой, я обнаружила грусть, оставшуюся у меня на душе. Мне тридцать два. Вполне могла иметь сына или дочь — пусть не четырнадцати, хотя бы десяти лет. Жизнь-жизнь! Куда ты мчишься? Куда летите, года?
* * *
Мопс, изрядно зарядившийся энергией во время прогулки, не понимал моего настроения и старался порадовать, таская и складывая в рядок свои мячики, пластиковые косточки, обслюнявленные плюшевые игрушки. Энтузиазм Краша вызывал у меня печальную улыбку: без всяких сомнений, питомец преданно полюбил бы ребёнка, будь он у меня.
Я сидела на диване, поджав ноги, листала фотографии, снятые сегодня. Вот Егорка хохочет, убегая от мопса. Вот они оба возятся в опавших листьях, а папа Саша с грозным видом спешит к ним, чтобы поставить на ноги, ведь земля уже остыла — не лето. Вот мальчишка кружится с Крашем на руках, а тот пытается лизнуть его в щёку. Здоровская фотка! Не удержалась и отправила её Саврасову. Только, когда картинка ушла, спохватилась — не напрасно ли.
Ответ прилетел в ту же секунду: «Спасибо, Алечка! Ты лучшая»
Это было очень приятно. Я представила, как Тим рассматривает изображение сына, как улыбается и, как при этом у него на щеках возникают милые ямочки. Удивилась, услышав звук нового сообщения. Что ещё?
«Удалось купить билеты на завтра. Ты помнишь?»
«Помню. Что смотрим?»
«Спящая красавица»
Ух ты! Я отправила Тиму восхищённый смайлик. Вскочила и закружилась по комнате, чуть не подскакивая от радости. Только сейчас могла признаться себе, что не особенно рассчитывала на то, что шеф исполнит своё обещание. Либо забудет о нём, погрузившись в проблемы. Либо купит билеты куда попроще. А тут! Сам Чайковский называл этот балет едва ли не лучшим своим произведением. Я слышала, что «Спящую красавицу» восстановили на исторической сцене в постановке Юрия Григоровича, но даже представить не могла, что увижу её.
Да-а-а... Алёхин никогда бы не пошёл на такой подвиг. Ему бы комедию посмотреть, или фильм-катастрофу, а «песни и танцы не вдохновляют». Среди подруг тоже не находилось фанаток высокого искусства.
Воодушевление подарило мне волшебное состояние. Я тут же позвонила знакомому мастеру, записалась на маникюр
