class="p1">— У нас самолет через три дня, Маш, — Лерка смотрит на меня, словно я только что свалилась с Луны. — Ты чего? — пытается обнять.
Отстраняюсь.
— Лер, не надо, — прошу выставив вперед руки. — Я потом тебе все объясню. Хорошо?
С улицы доносится сигнал клаксона. Оборачиваюсь и вижу подъехавшее такси. Быстро озираюсь по сторонам и с облегчением понимаю, что мужчины заняты каждый своим делом, на нас с Лерой никто не смотрит.
Застегиваю куртку, надеваю шапку, беру в руки чемодан.
— Мне пора, — поспешно прощаюсь с подругой и покидаю дом под ее недоумевающий взгляд.
Нужно уехать как можно скорее. Не хватало еще расклеиться у всех на глазах.
Водитель словно почувствовав мое острое желание убраться отсюда быстрее, ловко убирает чемодан в багажник и возвращается на свое место.
Открыв пассажирскую дверь вижу вышедшего из — за угла Антона. Сердце забывает, что нужно биться и замирает.
Мы встречаемся взглядами. Меня прошибает новый виток боли.
— Маша? Ты куда? — удивлению на лице Попова нет предела. С вопросом в глазах он спешит к нам.
Опомнившись, залезаю в машину, закрываю дверь и пристегиваюсь.
— На вокзал, — нервно обращаюсь к водителю. — Пожалуйста, быстрее. Я опаздываю.
— Без проблем, — говорит трогая с места авто.
— Маша! Стой! — голос Антона доносится из приоткрытого окна. Мне становится еще хуже, чем было.
Оборачиваюсь и с ужасом вижу, как Попов бежит за машиной. Душа раздывается в клочья, а глупая надежда так и норовит сдаться, выслушать его и простить.
Не прощу. Никогда.
Ни за что!
— Вы можете прибавить скорость? — вытирая текущие по щекам слезы обращаюсь к водителю. — Я доплачу.
Он одаривает меня печальным, сочувствующим взглядом и ускоряется. Фигура Антона остается далеко позади.
Едва выдыхаю, закрываю глаза и откидываю голову на подлокотник, оживает мой телефон.
Звонит Антон.
Глава 38. Маша Елкина
Дорога до вокзала проходит словно в тумане, я действую на автомате и не задумываюсь ни о чем. Заставила себя отключить чувства.
Едва машина останавливается привокзальной площади, расплачиваюсь с таксистом и забираю чемодан. По пути к кассе вдруг вспоминаю, что ехать мне больше суток, а ни еды, ни воды не купила. Разворачиваюсь и иду в первый попавшийся магазин, где машинально покупаю все необходимое для поездки.
Все же хорошо, что в студенчестве я любила на выходных отправиться в небольшое приключение и с тех пор прекрасно умею собираться за считанные часы. Прошли годы, а список необходимых вещей для дороги не изменился. Ну, может быть стал чуть меньше, теперь в поездах есть розетки и не нужно возить с собой зарядный блок.
Закидываю в корзину воду, лапшу быстрого приготовления, сырокопченую колбасу, пять шоколадных батончиков и пачку чипсов. По дороге на кассу прихватываю с полки вяленые бананы, манго и три яблока. Буду заедать стресс.
Расплатившись, складываю покупки в пакет и медленным шагом бреду к вокзалу.
Едва приближаюсь, как вижу на табло время прибытия моего поезда и внутри все обмирает. Я загулялась, перестала следить за временем, а состав уже прибыл на пятый путь!
Схватив чемодан в одну руку, в другой оставляю пакет и со всех ног бегу. Сердце подскакивает к горлу, волнение зашкаливает, ноги сами несут меня вперед.
Следуя стрелочкам-указателям, нахожу нужный путь, поднимаюсь по лестнице и слышу объявление об отправлении поезда.
Он пыхтит, скрипит. Я теряюсь буквально на мгновение, но потом собираюсь и делаю последний рывок.
Схватив свою ношу, подбегаю к первому попавшемуся вагону и запрыгиваю в открытую дверь.
— Девушка! Билет! — требует проводница не позволяя мне продвинуться дальше.
Поезд пыхтит еще громче, из громкоговорителя еще раз повторяют предупреждение об отбытии поезда с пятого пути.
— Он у меня в телефоне, — говорю запыхавшись. — Пожалуйста, пустите меня, — едва не молю.
— Маша! Елкина! Стой! Не уезжай! Нам нужно поговорить! — раздается с перрона.
Поворачиваю голову на звук и вижу бегущего к нам Антона. Следом за ним несутся Лерка и Тихомиров.
На лице подруги написан испуг. Антон же полон решимости.
— Пожалуйста, — продолжаю молить проводницу.
Поезд дергает. Я одной ногой в вагоне, а вторая висит в воздухе.
— Машка! Не дури! — визжит Лерка.
— Остановись! — орет Тихомиров.
— Все не так как ты думаешь! Ты неправильно все поняла! — это уже кричит Антон.
Слезы душат, сердце разбивается на сотни тысяч мелких осколков. Я поднимаю на проводницу взгляд, полный мольбы.
— Пожалуйста, пропустите меня, — шепчу всхлипывая.
Если она откажется, то я распадусь на кусочки и больше никогда не смогу собраться назад.
— У меня есть билет. Правда. Седьмой вагон, тридцать шестое место, — говорю держась руками за поручни, чтоб не упасть.
Женщина одаряет меня печальным взглядом, поджимает губы и качает головой.
— За тобой что ли? — кивает на почти подбежавшего к вагону Антона.
— Да, — отвечаю. Нет смысла скрывать. — Он говорил, что любит меня, а выяснилось, что у него есть другая и ребенок. Он со мной в отпуске решил развлечься, — зачем-то вываливаю на проводницу всю свою боль.
Выслушав мое признание, женщина моментально меняется в лице. Она становится грозной и суровой.
— Девочка, милая, — ахает и отступает в сторону, пропуская в вагон. — Проходи, конечно. Бедная…
От ее сочувствия мне становится невыносимо плохо, я шмыгаю носом и растираю слезы по щекам. Горько, обидно. До боли противно! От себя, от разрушенных чаяний и разбитых надежд.
Я полюбила его, а он…
— Спасибо, — выдыхаю и заскакиваю в вагон.
Едва оказываюсь за спиной проводницы, как поезд дергается с новой силой и начинает движение.
— Маша! — слышу наполненный болью крик за спиной.
Оборачиваюсь. Там стоит Антон.
Глаза в глаза. Мгновение. Боль на боль.
— Останься, — просит решительным, наполненным силой голосом.
— Я слышала твой разговор по телефону, — мой голос слышится совсем чужим, непохожим на привычный. Разбитым, безликим, глухим. — Отпусти.
Всхлипываю.
А затем разворачиваюсь и прохожу за двери вагона.
— Нет! — прилетает четкий, грокий ответ.
Но становится уже поздно. Проводница закрыла двери, перрон исчезает позади, поезд набирает скорость. Мы мчим вперед.
Чувствуя себя самым несчастным человеком на свете, прохожу сквозь вагоны и добираюсь до своего. Показываюсь проводнице, даю на проверку документы, а после захожу в купе.
— Опачки, — говорит мужик, едва переступаю порог. — Какая красавица едет с нами, — пробегает по мне смачным, оценивающим взглядом.
— Проходи, красота, — вторит ему другой. Похлопывает по месту рядом с собой. — Мы тебя не тронем.
— Только если чуть-чуть, — ржет третий. — Но не переживай, тебе понравится, — заверяет.
Глава 39. Антон Попов
— Машка, блин! — рычу останавливась на краю платформы, сгибаюсь пополам от долгого бега и тяжело
