ответы в Google, так что я не возражала.
Когда мы добрались до парковки, я увидела дюжину или около того машин.
— Разве школа работает летом?
Дин кивнул.
— Летняя школа для правонарушителей.
— И ты явно не из их числа.
Он открыл одну из двойных дверей в школу и придержал ее для меня.
— Нет. Мои родители довольно крутые, но точно не будут рады, если я получу что-то ниже четверки с минусом.
— Похоже, на хорошую сделку с крутыми родителями, — сказала я, заходя внутрь.
— Да. И мне нравится большинство занятий.
В тот момент, когда дверь закрылась, я словно перенеслась в прошлое. В старшей школе многое было универсальным — плакаты для поддержания школьного духа, объявления на доске, разные работы учеников на стенах.
Воспоминания обрушились на меня, как физический удар. Внезапно я перестала видеть бордовые шкафчики перед собой. Меня отбросило назад во времени, к темно-синим.
В завершение я приклеила помпон на шкафчик Эйвери, обклеенный оберточной бумагой. Мне пришлось специально заказывать оберточную бумагу на тему лакросса, но я поделилась ею с остальными нашими друзьями, которые украшали шкафчики команды. Ради Эйвери я старалась изо всех сил.
Шкафчик Эйвери выглядел так, будто на него насыпали серебряные и светло-голубые блестки. Я нарисовала ее номер — семьдесят восемь — на блестящем материале и даже нарисовала клюшки для лакросса, насколько смогла. В ее шкафчике лежали кексы и пирожные, украшенные атрибутикой лакросса.
— Ридли Сойер Беннетт, что ты делаешь? — позади меня раздался голос Эйвери, и я обернулась.
— Тебя не должно было быть здесь еще час, — проворчала я.
Она только усмехнулась.
— Ты же знаешь, что в дни игр мне всегда нужно приходить в школу пораньше.
— Ну, ТА-ДАМ! — я сделала жест рукой в сторону ее украшенного шкафчика.
Эйвери подошла ближе, вглядываясь в каждую деталь, и ее глаза заблестели.
— Ридс, не могу поверить, что ты все это сделала.
— Не каждый день моя крутая близняшка приводит свою команду к чемпионству штата.
Она посмотрела на меня, проводя пальцем по одному из помпонов.
— Но обычно такое отношение только к футбольной команде.
— К черту их, — хмыкнула я. — В этом году они отстой. Если кто и заслуживает украшения шкафчиков, так это вы, ребята. Внутри для тебя есть еще несколько угощений, и я позаботилась об остальных девочках тоже. Подумала, что это будет здорово...
Мои слова прервались, когда Эйвери обняла меня, прижав к себе так сильно, что я едва могла дышать.
— Мне так повезло, что ты моя сестра.
— Люблю тебя, Эвс.
— Люблю тебя, Ридс.
— Ридли? — голос Дина прорезал воспоминания, вернув меня в настоящее.
— Прости, — прохрипела я. — Просто вернулась к своим славным школьным денькам.
Он хихикнул.
— Ну, если ты закончила ностальгировать, то библиотека здесь.
Я последовала за ним по коридору к двум распахнутым настежь дверям. Изучая город, я обнаружила, что, хотя население в черте города было небольшим, школьная система обслуживала гораздо большее количество людей. Поэтому неудивительно, что библиотека была впечатляющей.
От входа я могла видеть ряды стеллажей, а также проходы, которые, как я поняла, вели к еще большему количеству книг.
— Ого, — пробормотала я.
— Да, она огромная, — согласился Дин.
— Мистер Мазер, — поприветствовал голос. — Чему обязана удовольствием видеть вас во время летних каникул?
Я взглянула на женщину, которой на вид было около пятидесяти. Она была одета строго, в льняную юбку и белую блузку с декоративным ожерельем.
— Здравствуйте, мисс Перкинс. Я здесь, чтобы посмотреть несколько ежегодников.
Взгляд библиотекарши остановился на мне.
— А вы?
Я протянула руку.
— Ридли Сойер.
Ее глаза вспыхнули.
— Подкастер?
Я кивнула и стала ждать. Я не могла понять, что она думает обо мне в этом первом приветствии, но женщина не заставила себя долго ждать.
Ее лицо расплылось в широкой улыбке.
— Мне нравится ваше шоу. Я слушаю его каждую неделю.
Меня охватило облегчение.
— Спасибо. Это очень много значит.
— Дайте мне знать, чем я могу помочь. Дин знает, где лежат ежегодники, но вы также можете заглянуть в школьные газеты тех времен, если вам нужна предыстория. Их нет в открытом доступе.
Облегчение переросло в волнение.
— Это было бы здорово. Вы тогда были библиотекарем?
Мисс Перкинс кивнула, ее волнение угасло.
— Ужасное время. Эмерсон была такой труженицей. «Национальное общество почета», большой теннис, даже когда была в девятом классе, но больше того, она была невероятно доброй.
В ее словах чувствовалась печаль.
— Не могли бы вы дать мне интервью в конце этой недели?
У библиотекаря отвисла челюсть.
— Я?
Я кивнула.
— Полезно узнать жертву через людей, которые видели ее изо дня в день. Получить представление о Шейди-Коув в то время.
— Я не знаю… — начала мисс Перкинс.
— Если хотите, обсудите это с Эмерсон. Пока что она благосклонно отнеслась к освещению. — Я надеялась, что так будет и дальше.
— Я подумаю над этим.
— Спасибо. Вот моя визитка, чтобы вы могли связаться со мной и сообщить. — Я достала из кармана карточку и потянула ей.
Мисс Перкинс долго смотрела на нее.
— Надеюсь, вы найдете этого ублюдка.
— Я тоже, — прошептала я, оставив мисс Перкинс наедине со своими воспоминаниями.
— Они здесь, — сказал Дин, подводя меня к стеллажу в углу.
— Спасибо. Думаю, нам нужны годы, когда Эмерсон училась, а потом, может быть, плюс-минус два года. — Я присела, сканируя годы на корешках. Бинго.
Я взяла ежегодник, выпущенный ровно десять лет назад.
Ощущение вибрации внутри снова вернулось. Мне не хотелось ждать, пока доберусь до стола или фургона поэтому открыла его прямо на месте и стала перелистывать страницы. Там были обычные фотографии класса и индивидуальные портреты, снимки команд и клубов. Лицо Эмерсон сияло, казалось, через каждые несколько страниц, настолько она была вовлечена в процесс. Председатель десятого класса, теннисная команда, студенческий совет, школьная газета.
Затем я добралась до раздела «Мероприятия». На двухстраничном развороте, посвященном Дню общественных работ, Эмерсон улыбалась в камеру, одетая в один из этих ужасных неоновых жилетов и держащая в руках пакет для мусора. В ее выражении лица было столько жизни, столько открытости и доверия.
Я перевернула страницу и обнаружила еще один слишком распространенный элемент школьного ежегодника. «В память о Джейсоне Киппе». Там было несколько фотографий парня и снимок, на котором он играл в бейсбол.
— Что с ним случилось? — спросила я, ведомая журналистским азартом.
— Это было очень печально. Он накурился на смотровой площадке за городом и упал с обрыва, — тихо сказал Дин.
У меня скрутило живот. Бедный ребенок и его семья. Многие из нас в подростковом возрасте иногда поступали неправильно, но некоторые
