ему захотелось схватить эту женщину за горло, чтобы она перестала мямлить жалкие оправдания.
— Приведите девочку, — прервал заведующую Каверин. — Я хочу с ней поговорить.
Женщина тут же замолкла, кивнула и покинула свой маленький и душный кабинет.
Краем глаза Глеб заметил, как напрягся Оркус, тенью следующий за каждым его шагом.
— В последнее время ты меня разочаровываешь. — Каверин отщипнул от елки иголку, растер ее пальцами и вдохнул терпкий хвойный запах. — Дважды упустил этого мальчишку, не можешь найти Леру и мою флешку, потерял Ярослава. Ты что, сдаешь позиции?
— Простите. — Оркус потупил взгляд.
Глеб довольно ухмыльнулся. Он знал, что Оркус его боялся. Вернее, боялся того, что он мог сделать с тем, кто был ему дорог.
Несколько лет назад Каверин воспользовался услугами Оркуса через «Пантеон» и был настолько доволен выполненной работой, что предложил Оркусу работать на него, но тот отказал. Политика организации не позволяла, видите ли. Однако Каверин, который привык добиваться всего, что он хочет, не успокоился и дошел до руководителя «Пантеона», который называл себя Ураном и скрывался под маской. Увы, но глава «Пантеона» категорически отказал Каверину, но сделал этот так тактично и дружелюбно, что Глеб даже решил отступить. Однако один случай заставил его идти до конца.
Посещая детский дом, спонсором которого он недавно стал, Каверин увидел Оркуса вместе с маленькой черноволосой девчушкой. Подняв сведения, Глеб узнал, что это его дочь, Анна. Оркус узнал о ее существовании недавно, и иногда навещал ее в детдоме, однако, по словам заведующей, не говорил девочке, что он — ее отец.
Каверин не надеялся на успех своего замысла по вербовке Оркуса, но, к его удивлению, все вышло как нельзя лучше. Для того, чтобы сделать Оркуса своим человеком, потребовалось всего пара дней и фото, на котором Глеб обнимает Анну.
Заполучив самого лучшего наемника «Пантеона», Глеб начал развлекаться. Первым делом он заставил Оркуса выкрасть ценную информацию из «Пантеона». Забавно, но большая ее часть оказалась не в электронном виде, и даже не в бумажном. Все важные сведения Уран, или Всеволод Галицкий, как потом узнал Каверин, хранил в голове своей жены Марии. Оркус привел ее к Глебу, но его люди так увлеклись пытками, что женщина умерла, так и не выдав ничего ценного. Все, что осталось у Каверина на «Пантеон» — это лишь сведения о его сотрудниках. Не густо, но тоже весьма неплохо. Когда-нибудь эти данные могут ему пригодиться.
В коридоре послышались гулкие шаги, которые вырвали Глеба из воспоминаний. Заведующая вошла в кабинет вместе с темноволосой девочкой восьми лет. В ее темных глазах проскользнул радостный огонек, когда девочка увидела Глеба. Подскакивая, она подошла к нему и, лучезарно улыбнувшись, поздоровалась. Несколько минут они разговаривали на нейтральные темы: обсуждали погоду, предстоящие праздники и сегодняшний завтрак. Девочка весело щебетала, размахивая маленькими тонкими ручками. Когда она замолкла, Глеб сел перед ней на корточки и спросил:
— Хочешь стать моей дочкой?
Глаза девочки расширились от удивления. Она прикрыла рот ладошками, начала прыгать и выкрикивать:
— Да! Да! Да!
Глеб снисходительно улыбнулся и сказал заведующей:
— Подготовьте все документы. Я хочу, чтобы Анюта как можно скорее переехала ко мне и официально стала моей дочерью.
Заведующая кивнула и заверила его, что быстро все сделает. Глеб еще некоторое время побыл с Анютой, а потом попрощался с ней и ласково поцеловал в макушку.
— Уходим, — Глеб махнул рукой Оркусу, который все это время стоял на одном месте, как каменный истукан.
Пошатнувшись, Оркус повернулся и последовал за Глебом. Подойдя к машине, Каверин схватил его за руку и изо всех сил сдавил ее, впиваясь в кожу ногтями.
— Я буду продолжать заботиться о твоей дочери, пока ты будешь меня радовать, — злобно процедил Глеб. — Если ты еще раз меня разочаруешь, я разочарую Анюту. Просто помни, что все твои косяки будут отражаться на ней.
— Зачем ты ее удочеряешь? Она и так была у тебя в руках, — в голосе Оркуса сквозила неподдельная боль.
— Моя последняя игрушка от меня сбежала, прихватив кое-что очень важное. Я не могу без игрушек, мне становится скучно. Надеюсь, эта ничего подобного не выкинет.
Лицо Оркуса исказилось от гнева. Каверин заливисто рассмеялся и отпустил его руку.
Боже, какой же это кайф — держать чьи-то жизни в своих руках!
Глава 36
— В смысле, придет какая-то Неф и перекрасит меня⁈ — крикнула Лера на всю кухню с набитым конфетами ртом.
— В прямом, — спокойно ответил ей Ксен. — Если хочешь иногда выходить на улицу, тебе надо изменить внешность. Не забывай, что тебя ищут по всему городу и за его пределами.
— Такое хрен забудешь.
Лера с нежностью погладила свои светлые кудри. Ксен ее не понимал. Как можно так переживать из-за каких-то волос, которые потом отрастут?
— Может, я буду парик носить? — с надеждой спросила Лера.
— Лучше не рисковать, — ответил Ксен и сделал глоток кофе из любимой синей кружки в белый горошек, которую чуть не забыл забрать из старой квартиры.
Бурча, Лера развернула очередную конфету и, откусив от нее кусочек, поинтересовалась:
— Эта стремная кружка настолько важна для тебя?
Ксен кивнул.
— Мне подарил ее одни парнишка, которого я спас.
— Ты кого-то спасаешь? — удивилась Лера.
— А ты думала, я только убивать могу? — усмехнулся Ксен.
Он сел на стоящий рядом с Лерой стул и оказался к ней так близко, что ей стало не по себе. Сердце вдруг забилось быстрее, а в голове зародилась абсолютно глупая мысль — положить голову на плечо Ксена. Отвернувшись к окну, Лера сделала вид, что заинтересована уличным пейзажем.
Медленно потягивая горячий кофе, Ксен внимательно рассматривал Леру, пока она этого не видела. Теперь, лучше изучив ее, он понял, что она оказалась вполне нормальной и послушной девчонкой. Более того, Ксен начал находить Леру привлекательной.
В новую квартиру они заселились только вчера и пока что мало контактировали друг с другом, что Ксена немного напрягало. Ему хотелось пообщаться с Лерой в спокойной, не угрожающей их жизням обстановке. Подобные желания были чужды для него, одиночки по жизни, у которого были большие проблемы с эмоциями.
Тишину на кухне прервал безудержный звонок в дверь. Нехотя Ксен встал с места, чтобы открыть. Тяжело вздохнув, Лера пробормотала в кружку:
— Вот и конец моим прекрасным волосам…
Нефтида влетела в квартиру быстрее, чем Ксен успел сказать ей «привет». На плече у девушки висела набитая до отказа сумка.
— Ты скупила весь магазин? — Ксен указал на раздутую сумку. — Я же сказал, что нужна только темная
