выбрал самый дальний столик и поспешил к нему, выпустив ладонь Леры. Как только они сели, к ним подошла миниатюрная официантка с широкой улыбкой. Она с нескрываемым интересом поглядывала на Ксена.
— Хочешь что-нибудь? — спросил он Леру, не обращая на официантку никакого внимания.
— Горячий чай. С жасмином.
Получив ответ, Ксен повернулся к официантке.
— Слышали?
Та кивнула.
— Все?
— Все.
Официантка чиркнула в блокноте и удалилась, напоследок еще раз с интересом посмотрев на Ксена.
— Боишься? — спросил он, переведя взгляд на Леру.
— Немного.
Без всяких слов Ксен накрыл ладонь Леры своей и слегка сжал ее.
— У нас тут любовное гнездышко? — прозвучал рядом приятный тенор с нотками сарказма.
Лера вздрогнула от неожиданности и, повернув голову, увидела симпатичного молодого мужчину с рыже-русыми волосами и глазами цвета горького шоколада. Ухмыляясь, он с нескрываемым любопытством рассматривал ее и Ксена. Левая бровь у мужчины была рассечена и на лбу виднелся еле заметный шрам. Вместо шапки на его голове красовались круглые очки с зелеными стеклами.
— Привет, Бриарей, — поздоровался Ксен. Его рука, которая лежала на ладони Леры, потянулась к мужчине. — Давно не виделись.
Бриарей расплылся в приветливой улыбке и, пожав руку Ксена, сел к ним за столик. Не отрывая от Леры заинтересованного взгляда, он достал из кармана куртки ключи и протянул их Ксену. Красный брелок привлек внимание Леры своей яркостью и надписью «Я не пью год».
— Поживете пока рядом с Неф и Сетом. На их этаже как раз однушка пустует, — Бриарей игриво подмигнул Лере, и та смутилась. — А теперь рассказывай, что это за прелесть рядом с тобой. Неужто тебе, как и Харону, купидон в задницу стрелу пустил?
Ксен забрал ключи и, надев брелок на указательный палец, небрежно произнес:
— Это Лера, мой клиент.
— А я думал, что ты ее клиент! — заржал Бриарей.
От его пристального взгляда Леру начало подташнивать, и она старалась не смотреть на Бриарея. Несмотря на его привлекательный внешний вид и демонстрируемое дружелюбие, что-то в Бриарее заставляло Леру сжиматься от страха и держаться ближе к Ксену.
— Ладно, шучу я, — махнул рукой Бриарей. — Она хоть и выглядит как потрёпанная ночная бабочка, но я же не дурак. Что с тобой случилось, милая? Ты от кого-то прячешься?
Взгляд Леры, который смотрел немного в сторону, неосознанно скользнул по лицу Бриарея. Их взгляды встретились: ее — напуганный и растерянный, и его — тяжелый и пожирающий. Леру хватило лишь на пару секунд. Не выдержав взгляд Бриарея, она закрыла глаза и отвернулась.
— Я понял, кто ты, девочка. — Бриарей растянул губы в хищной улыбке. — Не стоит от меня отворачиваться, я не кусаюсь. Да и не тебе меня бояться после того, как ты заползла в логово к Каверину и утащила у него его главную ценность.
Глава 35
Лера резко повернулась к Бриарею и удивленно уставилась на него. Выражение ее лица требовало ответов, но хитрый гад не спешил ей их давать. Тогда Лера вперила требовательный взгляд в Ксена.
— Он — мой коллега, — со вздохом починил тот. — Много знает, потому что во все сует свой любопытный нос. — Помедлив немного, добавил: — Не бойся, ему можно доверять.
— Да, не бойся, Лерочка, — противно произнес Бриарей. — Мне можно доверять.
— Ты же никому не скажешь, где мы? — обратился к нему Ксен. — Никто не должен знать, где мы, и что я не один. Сейчас я никому не доверяю, кроме тебя, Неф и Сета.
Бриарей, наконец, отвел взгляд от Леры и посмотрел на Ксена. Отвечать он не спешил. Лишь с интересом рассматривал Ксена и будто бы размышлял, сохранить ли ему чужую тайну или разболтать ее всем в округе.
— Бри, твой отец сам сегодня сказал, что положение крайне поганое. Не говори никому, что я прячусь. И что столкнулся с Оркусом и упустил его.
Лере было крайне интересно, почему Ксен хотел скрыть произошедшее от своих коллег. Что у них там за проблемы такие, что почти никому нельзя верить? И почему он доверяет этому фрику с рассечённой бровью, раз боится, что он его сдаст?
— Не скажу, если ты пообещаешь, что не сунешься к Оркусу и его боссу один, — наконец произнес Бриарей. В его голосе не было ни тени сарказма или смеха. Лицо Бриарея вмиг приобрело серьезный, представительный вид. — Я понимаю, что ты горишь желанием сам с ним расправиться, но это может быть опасно. Оркус не из тех, кто играет честно.
Ксен согласно кивнул и убрал ключи в карман куртки.
— Без крайней необходимости я не полезу нарожен. И, как только поймем, кто из наших враг, а кто — друг, то я перестану скрываться.
— Хорошо. От меня никто из «Пантеона» не узнает, где ты и с кем ты, — торжественно произнес Бриарей. — И по доброте душевной я предоставлю тебе бонус: если узнаю, что люди Каверина тебя обнаружили, то сразу же предупрежу.
— Спасибо, друг. — Ксен даже слегка улыбнулся, не наигранно, с душой.
По этой улыбке Лера заключила, что он и этот странный тип на самом деле друзья.
— Желаю вам удачи, миледи, — сказал Бриарей и, зыркнув на Леру, с дьявольской ухмылкой добавил: — Жаль, что ты не рыженькая. Люблю женщин с огненными волосами. — Хитро уставившись на Ксена, он, как бы, между прочим, поинтересовался: — Кстати, друг, с каких это пор тебя потянуло на блондинок?
Ледяным тоном Ксен послал Бриарея куда подальше и добавил еще что-то, но Лера не услышала, что. Все ее внимание сосредоточилось на правой руке Бриарея, а именно на коричневатом родимом пятне, которое располагалось прямо на костяшке мизинца.
* * *
Глеб Каверин рассматривал куцую живую елку, украшенную в серебряно-синих тонах, и удивлялся, на что пошла приличная сумма его пожертвований детскому дому на новогодние украшения.
— И это все? — спросил он у заведующей, которая стояла рядом и нервно переминалась с ноги на ногу. — На эти деньги можно было украсить все здание, а я вижу только жалкую елку и немного игрушек на ней.
Глеб не кричал. Говорил тихо и сдержано, но внутри у него все клокотало от злости. Он ненавидел, когда его распоряжения не выполняли. Ненавидел запинающихся, мямлящих людей. Таких, как эта заведующая.
Сухенькая маленькая женщина лет пятидесяти, чьи напуганные глаза так и бегали от елки к Глебу и обратно. Она принялась объяснять, сбилась, кашлянула и начала заново, немного заикаясь. Говорила что-то про окна, которые надо было заменить в спальнях девочек, и про протекающие батареи.
Глеб терпел минуты две. После
